Кругом голова

1. Имеешь ли ты право на слабость? Должна ли ты быть всегда сильной? Бесконечный монолог, забытые желания, принятое раз и навсегда решение. Боль, душевная и физическая, самый лучший способ запомнить раз и навсегда. - Ты должна быть сильной! – говорила ей мама, сжимая плечи. – Всегда! Что бы ни случилось! Санджи было чему поучиться у матери. Ее мать тоже была сильной, только отец был сильнее. Домашний ад, раз начавшись, заканчиваться не желал. Неудачи на работе, увольнение, пристрастие к выпивке оказались только началом. Отец не желал больше искать работу. Вместо этого ее матери пришлось работать за двоих. Но дальше все покатилось, как с горки. И сидеть в углу, слушая крики матери, стирая кровь с лица, в какой-то момент стало событием почти каждого вечера. А с какого-то момента она поняла, что должна давать ему отпор. Противостоять человеку в разы сильнее тебя можно только тогда, когда злоба лишает тебя ясности ума, ненависть распаляет сердце, сжигая душу. Но результат оставался тем же. Просто утром было еще больнее вставать. Мужчины. Санджи поняла, что ненавидит их. Бояться? Да, сначала она боялась. Но это прошло. Осталась ненависть. Ненависть до дрожи. Отвращение до тошноты. Слабый моросящий дождь. Тело, сломленное побоями. Санджи сидела на лавке, глядя вверх, в тоскливое серое небо. По ребрам медленно разливалась боль. Из дома она кое-как удрала, но далеко уйти не смогла. Небольшой дворик, заброшенный и неухоженный, вот и все, на что она могла сейчас рассчитывать. Она слишком устала от сопротивления, от бесконечной борьбы. Может, признать правоту отца? Согласиться с тем, что она и ее мать достойны только лизать его ботинки? Холодно. Где же ты, небо? Что же там, за облаками? Во двор вошла банда. Трое. Держа биты за головой они двинулись к лавке, на которой сидела Санджи. Она их не видела, устремив глаза в такое равнодушное небо. Бандиты носили повязки на лицах, а благодаря “отменной” погоде, капюшон скрывал остальную часть лица. В этот момент перед девушкой возник разъяренный мужчина, он дернул ее за руку, и она глухо вскрикнула, чуть ли не падая на землю, но он снова дернул ее. - Мразь! Куда ты убежала?! Твое дело ждать своей очереди! Сучка! – мужчина ударил ее наотмашь рукой по лицу. Но девушка безучастно смотрела на него. - Какая разница, здесь тоже пойдет! – мужчина расстегнул ширинку. – Ты должна уже понять свое место! Шелест капель заглушал его шаги. Глаза бандита, который приказал своим дружкам следовать за ним, опасно блеснули. Ореховые, они были в ярости. Рот его приоткрылся в весьма зловещей улыбке, и видеть ее было не обязательно, чтобы знать о ее наличии. - Аники… - тихо прошептал второй панк с длинноватыми зелеными волосами, что немного торчали из-под капюшона. - Тихо, Барт, - шикнул на него паренек, что шел впереди. Походка выдавала в нем отнюдь не просто панка, малолетнего бандюка из подворотни. Еще несколько шагов, и парень схватил насильника за руку. - Сломать? – вкрадчиво спросил он. Бартоломео еле успел подхватить девушку, она потеряла сознание от стресса. Мужчина попытался дернуться, но не вышло. Проклятый мальчишка был силен. Гнев отразился на лице насильника. - Или мне тебе обрезание сделать? Ножа не пожалею, - пообещал парень. - Откромсаю по самые помидоры. Третий бандит рассмеялся. - Давай просто битой ему голову разобьем? – предложил он. Ореховые глаза смотрели в самые обычные карие. Обычные глаза, откуда же столько мерзости? Парень сильнее сжал его руку. - О. Этот человек признает власть силы, - удовлетворенно сказал панк. Он ударил его рукой наотмашь. Обычная на вид пощечина, но нанесенная со всей отпущенной парню силой. А Ророноа Зоро отпущено было немало. Мужчина потерял равновесие, упал на землю, схватившись за щеку и застонав от боли. - Как же… больно! Хватит… - Уже? Как? Мы только начали развлекаться, – сказать, что Зоро был в бешенстве, ничего не сказать. Он буквально выдыхал воздух через сомкнутые зубы. – А, с беззащитной девочкой было интереснее? Ничего, - его улыбка не сулила ничего хорошего. – Я тебе покажу, что такое быть беззащитным. - Нет! Нет! - Кажется, он обделался, аники. Судя по запаху, - заметил третий. Зоро усмехнулся. - Мы даем тебе день, чтобы убраться из города. Смотри, какая щедрая сделка. Или ты остаешься и… Зоро топнул ногой рядом с его головой, а Бартоломео издал весьма однозначный звук: - Смэ-э-ш! - Я уеду! – мужчина подскочил и из последних сил бросился бежать. - Может, стоило его прикончить? – спросил третий. - Нет, Дрейк, - устало сказал Зоро, распрямляясь. – Он просто ссыкло. Мучил тех, до кого мог добраться. Когда он уедет, для нее все закончится. Мы не убийцы. Пусть с остальным полиция разбирается. Барталомео тем временем уложил Санджи на лавку. Зоро снял свой плащ, накрывая ее и проверяя пульс. - Все хорошо. Теперь с ней все будет хорошо. Небо медленно светлело, и вскоре первые лучи солнца упали на детскую площадку. - Почему ты так уверен, аники? Зоро сел перед девушкой на корточки, проводя рукой по золотым волосам, касаясь синяка на щеке и шее. - Я прослежу. 2. Санджи проснулась от того, что было очень тепло. Слабый металлический запах щекотал ей нос. Девушка не сразу сообразила, что на ней чужой плащ с таким странным ароматом. Металл, корица и что-то еще. Все, что она помнила, это отчаяние, когда поняла, что отец ее нашел. Но сделать она уже больше ничего не могла. Силы оставили ее, погружая во тьму. На песке возле лавки было полно отпечатков тяжелых ботинок. Что же здесь было? - Мама! – вспомнила Санджи и поспешила домой, с некоторым сожалением оставляя теплый плащ. Она была дома, сидела на диване, смотря в одну точку. - Мама! – Санджи ворвалась в квартиру. - Ты представляешь, он ушел, - с легкой усмешкой сказала женщина. – Собирался как сумасшедший и потом, ваа-а-х, - она взмахнулся руками, - и испарился. Санджи упала на колени, обнимая ее за ноги. - Неужели! – сквозь слезы сказала девушка. – Неужели? - Неужели? – склонила Санджи голову на бок, рассматривая флаеры на стойке. Доброжелательная старушка, что сидела за стойкой, только покивала головой. - Да. Девушка тоже может стать капитаном судна, но для этого надо быть потрясающе сильной, - заметила старушка. - Но… Она совсем такой не выглядит! – удивилась Санджи, глядя на веселую физиономию девчонки. - Не стоит недооценивать Лу-чан, она у нас самая боевая, - мягко улыбнулась старушка. – Вступай в наш клуб. Членские взносы незначительные, а удовольствия… сколько нигде не получишь. Им сейчас нужен кок. Ты же умеешь готовить, девочка моя? - Иногда мне кажется, что это единственное, что я умею, - усмехнулась Санджи и вышла из здания Парусного Судоходства. Жизнь складывалась странно. Ее мать снова вышла замуж, Санджи пришлось смириться с этим. Акааси Зефф был старомодным и консервативным человеком. Санджи, которая с трудом находилась рядом с мужчинами, с трудом пыталась быть хотя бы вежливой. Зефф был очень строг, но быстро понял, что с Санджи надо вести себя иначе. Его подмастерья уже научились уворачиваться от половников, а она тут же забивалась в угол, стоило просто в сердцах замахнуться. Однако, когда он предложил научить ее драться, чтобы суметь дать отпор другому, она неожиданно заинтересовалась. - А готовить научите? – неловко спросила она тогда. И Зефф начал пытаться исправлять ее мнение о мужчинах. Это были прекрасные три года. Всего лишь три года, и Санджи простилась с матерью. - Бедная девочка. У нее же теперь никого не осталось, - шептались за ее спиной на могиле. - От отца доставалось, а отчим не лучше. Ты глянь на него только. - Почему?! – закричала Санджи, ударяя руками по свежему надгробию. – Почему, ками-сама… Что я сделала в прошлой жизни, что ты… - Не богохульствуй, - сказал сухой голос Зеффа. – Она просто ушла в другой мир раньше, чем мы. Только и всего. Пошли домой, дочка. Дочка? Никогда она не слышала из уст мужчины столько доброты и нежности в этом слове. Поэтому, оторопев, Санджи молча последовала за ним. В квартире она немного пришла в себя. - Куда мне теперь идти? – девушка обвела глазами чужую квартиру. Их старую мать почти сразу продала. Эта квартира принадлежала отчиму. - Ты куда-то собиралась? Знаешь, когда на душе так, что хочется помереть, нет ничего лучше готовки. Давай я тебе покажу, как делать те пирожные с малиной. Помнишь, ты хотела научиться? - Мне не надо… уходить? – ее потрепали по голове, но этим и ограничились. Но Санджи хватило за глаза. Чистой улыбки, доброго взгляда. - Ну что ж. За дело! Зефф, однако, знал, что так просто проблему ее не решить, начало, впрочем, было положено. Пойти в парусный клуб тоже была его затея. Но он был уверен, что хорошее хобби, где есть масса увлеченных своим делом идеалистов, самое правильное место. Не знал только Зефф, что его случайный выбор носил почти судьбоносный характер. - Санджи, - прошептал Зоро, еле слышно на отборе коков в команду Луффи. Монки это, однако, услышала. Широко улыбнувшись, она сказала: - Я решила. Санджи будет нашим коком! - Но капитан, - возмутился Усопп. – Мы не со всеми еще пообщались! - Санджи. Верно, Зоро? - Я этого не забуду, Луффи, - сглотнув, сказал Ророноа. Он почти отчаялся ее найти после того, как Санджи переехала. И тут такое совпадение. Голубые глаза холодно оглядели его, сразу выстраивая дистанцию. Но Зоро это было неважно. Для начала сама судьба вернула ему Санджи. А дальше как-нибудь, да разберемся.