Мысли плюшевого мишки

В прокуренном помещении дешевого бара было людно и душно, даже вездесущие сквозняки не дарили прохлады, лишь били ледяными хлыстами по спине и пояснице. Пыльцы усталого брюнета лениво перебирали струны оцарапанной во многих местах черной акустики. Сидя на высоком барном стуле посреди грязной, местами раздолбанной сцены, музыкант вспоминал огромные залы, свет софитов, фансервис с Урухой. Уруха… Родной, нежный, любимый Койю… Как хотелось вытащить его из того гадюшника, куда он попал. Все так изменилось со смертью Ютаки…Он ушел… и с ним ушли тепло, свет и ощущение безопасности, жизнь как будто разделилась на две половинки – до и после. И это после стало непроглядной тьмой. Через неделю после похорон, оставшихся Газэтто затаскали по полицейским участкам и следователям, а потом… потом начался Ад. «Они собрались в репетиционной, пол уже был чисто вымыт. Аой полулежал на диване, пытаясь принять решение - что же делать дальше, поглаживал по волосам страдающего от похмелья Койю, тихо постанывающего на коленях любовника, Акира нарушал могильную тишину тихими звуками бас-гитары, Таканори пристроился на любимом месте Укэ, покачиваясь, как ненормальный и обнимая себя за плечи, вокалист уткнулся носом в украденного, окровавленного медвежонка, вдыхая металлический запах, смешанный с тонкими нотками парфюма ударника. Дверь распахнулась от резкого удара, гулко ударившись о стену. Музыканты вздрогнули – появления гостей они сейчас явно не ждали и синхронно повернули головы к двери. Силуэт похожего на шкаф телохранителя не предвещал ничего хорошего, заставив музыкантов вскочить с насиженных мест и сгруппироваться у большого окна. Вошедший за ним мужчина напоминал крокодила в человеческом обличии: невысокий, коренастый, с холодным взглядом, он распространял вокруг себя ауру страха и беспрекословного подчинения – наверное, только такой человек мог быть одним из самых опасных людей в сфере теневого бизнеса и управлять своей кровавой империей, в буквальном смысле построенной на трупах. Мизукэ Тадао с грацией кровожадного хищника вошел в репетиционную, за его спиной появилась еще пара громил – телохранителей. Вооруженных стволами сорок пятого калибра. - О, как все замечательно совпало, – растянув губы в наигранной улыбке Мизукэ, - все в сборе. Аой интуитивно спрятал моментально отрезвевшего Койю за своей спиной, а Рейта прикрыл вокалиста, готовый в любой момент разорвать первого, кто посягнет на малыша. - Ну… Побольше радости на лицах. – Хрипловато-стальным голосом продолжил бизнесмен, - считайте меня своим работодателем. Миэукэ внимательно рассматривал вцепившегося в Аоя Уруху, приторно сладко проговорив: - У меня как раз освободилась пара вакантных местечек, как раз для таких красоток как вы… - Только тронь. – Предупреждающе рыкнул Аой. - Арр… Дерзкий! – улыбнулся Тадао, - мальчики, вы только посмотрите! Какая прелесть! Думаю, с ним будет интересно поиграть. Громилы за его спиной довольно хмыкнули. - Но у меня не так много времени, чтобы с вами вести задушевные беседы. – «Крокодил» подошел ближе к сгруппировавшимся музыкантам, потянул руку с казавшимися короткими из-за массивных колец пальцами к Такашиме, - Крошка, ты будешь прекрасно выглядеть на сцене у шеста… - Руки прочь! – ударил по руке бизнесмена Широяма. - Не выводи меня. – Спокойно предупредил Тадао, вновь потянувшись к нежной щеке лид-гитариста. Аой не стал спокойно дожидаться, пока его любимого коснутся эти грубые пальцы, сжав кулак и хорошо размахнувшись, Юу разбил наглецу нос, громко рыкнув: - Я сказал – не тронь его! Мизукэ отстранился, пытаясь остановить хлынувшую из разбитого носа кровь, сделав знак своим людям, Мизуке не дал гитаристу ударить дважды, ударив того коленом в пах. Аой тихо захрипел, упав на колени. - Вот именно так вы и будете передо мной стоять, мелкие шавки! – сплюнул кровь Тадао, - Или печальная история вашего упрямого друга вас ничему не научила? - Сука! Это ты убил Ютаку! – взорвался Акира, но ударить так и не смог. Пара громил быстро угомонили блондина серией ударов по ногам и прессу. –Аой уже поднялся, прижав спиной к стене дрожащего всем телом Такашиму, тот лишь крепче сжимал в руках черную ткань водолазки Широямы. - Этого – в клуб и подготовить к вечеру, - ткнул окровавленным пальцем в Уруху бизнесмен, а этому, - Мизуке сжал подбородок Аоя пальцами, точно тисками, – преподать урок! Да такой, чтобы больше не рыпался! Широяма отчаянно пытался защитить свою любовь, разбивая в кровь кулаки о бесчувственные тела громил, но на качков его попытки действовали как щекотка для маленьких детей, они лишь посмеивались, скручивая руки гитариста. - Юу! – надрывался Уруха, пытаясь высвободиться из стальной хватки телохранителя, легко тащившего его к выходу, - Юу!.. Юу!! - Койю! – постараться сделать рывок Широяма, но, верзилам, похоже, надоела эта сцена и, оглушив обоих гитаристов рукоятками пистолетов, потащили бездыханные тела прочь из репетиционной. Вязкая, тяжелая темнота навалилась резко и стремительно, а развеялась в темном, сыром подвале, куда его притащил Аори, верзила, которому поручили следить за Широямой. Ночь с ним Аой запомнил как короткую поездку в Ад. Казалось, за несколько часов Юу расплатился за все грехи., когда либо совершенные им в жизни.» Что стало с остальными парнями Широяма уже не знал. Лишь раз ему удалось найти Уруху. В одном из дешевых стрип-клубов на окраине Токио. Широяма попытался поймать его после выступления и сбежать куда-нибудь, хоть вплавь до других континентов. Но Аори и Микато, надзиратель Урухи, нашли его быстрее. Отправив «героя-неудачника» на курорт на пару недель в травматологическое отделение районной больницы. «Что с тобой сейчас, бедный мой Койю?» - думал Широяма, как заведенная кукла перебирая пальцами струны. Мягкое прикосновение к ноге и тихое урчание вырвали Юу из пучины печальных мыслей, вызвав давно забытую улыбку на губах – черный кот ласково потерся головой о ногу гитариста, зацепившись коготками за темно синюю ткань джинс потянулся, точно стараясь заглянуть в глаза Аоя. - Привет, кошак – тихо шепнул Аой, заметив, как довольно прикрыл глаза кот. От мягких прикосновений горячих лапок от колена по всему телу волнами побежало тепло. « Тепло…Или, может, я так соскучился по ласковым прикосновениям?»– подумал Юу, не отрывая взгляда от золотых кошачьих глаз. «Пора тебе домой. Ты устал» – услышал в голове Широяма голос. Такой знакомый, родной и почти забытый. Рука дрогнула, сбив аккорд: - Что? – шепнул Юу. - Эй ты! Какого черта? - раздался пьяный бас Аори и глухой удар пустого стакана о столешницу, – давай замути чего-нибудь веселенькое! Я отдохнуть хочу! Широяма вздрогнул, вновь начав играть, превозмогая боль в усталых пальцах. Связываться с Аори когда он в таком состоянии совсем не хотелось. Перебитые ребра еще болели после их недавней стычки: - Бежал бы ты отсюда… А то огребешь еще… - доброжелательно шепнул Аой урчащему животному, но тот только зажмурился, точно говоря – «Не переживай» - Фссттт… - неумело свистнул громила, – я сказал повеселее! Тяжелый бокал из-под виски разбился о сцену, успев раскроить кожу над бровью гитариста. Широяма упал рядом, едва не приземлившись на опасные осколки. Стараясь зажать рукой кровоточащую рану, он лишь успел заметить на месте кота высокого мужчину. Перед глазами Аоя все плыло, но это не мешало разглядеть родные, знакомые и одновременно забытые очертания: - Ю… Ютака? – тихо хрипнул Широяма. А мужчина уже направлялся к столику верзилы, матерящемуся на все лады. - Сука! Ты откуда взялся? – шарил по бокам Аори в поисках спасительного пистолета. – Призрак что ли? Немногочисленные посетители бара судорожно вжимались в спинки неудобных стульев, моментально отрезвев при виде появившегося из воздуха человека, сидящие ближе к двери, со всей скоростью, на какую только были способны, рванули к выходу, едва не сбив застопорившуюся официантку и не выбив дверь. - Скорее – твой последний вздох, - медленно приближался Ютака, растягивая удовольствие от лицезрения все нарастающего страха в глазах Аори. Много на себя берешь! – рыкнул Аори, нацелив ствол на ударника. – Ни шагу ближе! - А то что? – улыбнулся Юта. - Псих, изрешетю! - Какое сложное слово для гориллы… - рассмеялся Юта. - Да ты больной! Фокусник, бля… - Чувствуешь страх? Такой же чувствовали все те, кого ты жестоко убивал… - сверкнул золотыми кошачьими глазами Укэ, - чувствуешь, как замирает сердце, с каждым ударом? Как паника сводит с ума? - Заткнись! Заткнись! Ты урод размалеванный! – задрожал пистолет в руках надзирателя. - Мысли путаются… ты не знаешь, куда спрятаться, готов согласиться на любые условия, лишь бы сохранить свою жизнь… Заткнись! Заткнись! ЗАТКНИСЬ! – выстрелы один за другим разорвали в клочья нависшую тяжелую тишину, Аори не переставал нажимать на курок, даже когда опустела обойма дорогого ствола сорок пятого калибра. Ютака, упал на пол, раскинув руки в стороны, Широяма смотрел на него не в силах понять и принять происходящее: Ютака вернулся? И погиб? Как? А кровь? Где кровь?.. Что происходит? - Ты и не представляешь, сколько людей мечтало сделать тоже самое с тобой… - усмехнулся Укэ, в секунду поднявшись с пола. - Ты должен сдохнуть! Ты покойник! Ты труп! – уже истерил Аори. - Но я жив, - стряхнул пыль с плеча Укэ, - а вот ты – нет. Спокойный голос ударника вкручивался в мозг громилы, точно шуруп в отверстие, разгоняя склизкий страх по венам. А Ютака спокойно наблюдал своими золотыми кошачьими глазами, растягивая слова, смакуя каждую фразу: - Боишься?.. хах… Ну конечно ты боишься… Одно дело причинять боль и вселять ужас в несчастных жертв и совсем другое – быть такой жертвой, а ты жертва… ты пластилин в моих руках. - Заткнись! Закрой пасть! – громила забегал по бару, сшибая столы и стулья, в панике пытаясь оторвать кусочки декораций, разбить окно и при этом, старался как можно дальше отбежать от восставшего драммера. - Заткнись! Ты труп! Ты сдох год назад! - Паника…Паника… Каково чувствовать себя в шаге от собственной смерти? - Заткнись! – кричал на опустевший бар Аори, заметив на сцене пытающегося прийти в себя гитариста, он, схватив за горлышко разбитую бутылку, ринулся к нему. - Это ты его вызвал! Убью!.. - Обломаешься, - легко сбил с ног громилу Ютака, выбив из руки бутылку и легко оседлав поверженного громилу, приложил ладонь к бешено колотящемуся сердцу,- Аори…сегодня ты испытаешь боль всех тех людей, кому ты причинил столько зла…боли… и страха… Аори задергался в предсмертных конвульсиях, в последние секунды видя себя глазами своих жертв: женщина на шестом месяце беременности… восемнадцатилетний подросток… какой-то бродяга, пойманный ради развлечения… восьмилетний мальчик, молящий отпустить… Аори почувствовал, как от бешено ритма разрываются мышцы его сердца, как боль разрывает каждую клеточку тела, как дробятся на мелкие кусочки кости, издавая тихий хруст. Ютака отошел от бугая, неспешно направившись к замершему Широяме, присел на корточки рядом с ним. - Ю- Ютака ? - Привет, Юу. – Улыбнулся драммер, будто они не виделись всего пару часов. - Ютака? Ты? – боль в голове, звон в ушах, запах дешевого алкоголя и чего-то металлического, точно туман застилали трезвомыслие гитариста, но блеснувшая на шее мужчины цепочка стала лучшем подтверждением реальности. – Как? - Я. Вернулся. - Юта! – Повис на шее Укэ Аой, - Ютака! Это был Ад!.. А Кою… - Тшш… - улыбнулся ударник, поглаживая Широяму по спине. – Теперь все будет хорошо, поверь мне. - Юта… Ютака… я так боялся… было так страшно… больно… - запинался Аой. - Все в прошлом, - улыбнулся драммер. – Все прошло. Ютака прижался губами к рассеченной коже над бровью Широямы, тот довольно прикрыл глаза. Страх и боль уходили, растворялись где-то во всепоглощающем нежном тепле, сладкая дрема приятно окутала расслабленного гитариста, наливая веки тяжестью: - Ютака… - Тш… ты засыпай, Юу… теперь ты в безопасности.