Людвиг

В свой дом Алан и Люд­виг до­гово­рились не пус­кать пос­то­рон­них: ни­каких гор­ничных, ни­каких убор­щиц или по­варов. Ус­пешный хо­зя­ин се­ти ме­ховых бу­тиков и ди­зай­нер­ско­го са­лона ко­жаных из­де­лий Люд­виг Бра­ниц­кий сам го­товил обе­ды и ужи­ны, а ес­ли силь­но был заг­ру­жен ра­ботой, за­казы­вал из рес­то­рана в ак­ку­рат­ных плас­ти­ковых кон­тей­не­рах. Алан Пе­терс, нев­зи­рая на мо­дель­ную внеш­ность и силь­ную наг­рузку в ди­зай­нер­ском бю­ро, сам уби­рал их не­малень­кое жи­лище, хоть и вор­чал, что для них боль­шой дву­хэтаж­ный дом на ти­хой Лес­ной ули­це — это мно­го. За те пять лет, что они про­жили вмес­те, бы­товые не­уря­дицы сгла­дились, при­выч­ки сло­жились, ха­рак­те­ры при­тёр­лись. Алан, внеш­не лег­ко­мыс­ленный блон­дин-мо­дель, в бю­ро был стро­гим ру­ково­дите­лем, а до­ма — лас­ко­вым ро­ман­тичным влюб­лённым, выс­ка­зыва­ющим пот­ребность ви­деть и слы­шать Люд­ви­га еже­час­но, за что ре­гуляр­но слы­шал от сво­его ку­зена Сти­ва: «Ты ему быс­тро нас­ку­чишь! По­мень­ше вор­ко­вания!» В от­вет Алан толь­ко ус­ме­хал­ся и от­ма­хивал­ся: «Да что ты по­нима­ешь в люб­ви? Ес­ли у нас пол­ная вза­им­ность, это ни­чем не ис­портить!» Вот и сей­час, за три дня до праз­дни­ка всех влюб­лённых, Алан у­ехал с ра­боты по­рань­ше, со­об­щив Люд­ви­гу, что хо­чет на­вес­ти чис­то­ту в до­ме. Нет, убор­ку он то­же пла­ниро­вал, но спер­ва поб­ро­дил по ма­гази­нам. Алан не ис­кал по­дар­ков — всё, что он ви­дел, счи­тал не­дос­той­ным сво­его лю­бимо­го. Его рас­пи­рало от же­лания по­радо­вать до­рого­го Луи, ко­торо­му он втай­не це­лый ме­сяц де­лал сюр­приз — бла­го, что об­ра­зова­ние и собс­твен­ная мас­тер­ская по ко­же и ме­ху да­вали ши­рокие воз­можнос­ти. Но прос­ты­ми из­де­ли­ями та­кого же ди­зай­не­ра бы­ло не уди­вить, по­это­му Алан уже год изу­чал при­ёмы юве­лир­но­го мас­терс­тва. К это­му праз­дни­ку он сде­лал воз­люблен­но­му биз­нес-на­бор из се­реб­ра и бе­лой ко­жи ама­зон­ской ана­кон­ды-аль­би­носа: нес­коль­ко па­пок, еже­недель­ник, под­став­ки под ка­ран­да­ши и ка­лен­дарь. Се­год­ня он про­ехал­ся по цен­траль­ным ма­гази­нам, под­би­рая упа­ков­ку под стать — бе­лую ко­роб­ку, пок­ры­тую свер­ка­ющим снеж­ным узо­ром. До­ма Алан лю­бов­но упа­ковал из­де­лия, ус­ме­ха­ясь сво­им мыс­лям: «Труд­но приш­лось. Скры­вать ра­боту в мас­тер­ской, вы­бирая вре­мя, ког­да ми­лого нет ря­дом…» Зап­ря­тал ко­роб­ку вглубь ан­тре­солей, за­валив её ста­рым моль­бер­том и стоп­кой жур­на­лов, и толь­ко пос­ле это­го при­нял­ся за убор­ку. Спер­ва он ре­шил вклю­чить бод­рую му­зыку, тран­сли­ру­ющу­юся по всем ком­на­там че­рез ко­лон­ки от компь­юте­ра в ка­бине­те. Алан не был за­яд­лым ме­лома­ном — он до­верял вку­су Луи, час­то ра­бота­юще­го под вдох­новля­ющие рит­мы. Сто­ило толь­ко на­жать кла­вишу пов­то­ра пос­ледней ком­по­зиции, дом за­пол­ни­ли пе­чаль­ные зву­ки: Я сам по­губил — Уже не вер­нуть. Те­бя не хра­нил, И прок­лят мой путь! Ска­зать, что Алан был удив­лён — нет, это­го ма­ло… Алан был пот­ря­сен. Люд­виг та­кого ни­ког­да не слу­шал, нет! Обыч­но он ри­совал но­вые мо­дели под энер­гичную и бод­рую му­зыку. Алан знал точ­но: Люд­виг слиш­ком чувс­тви­тель­ный. Му­зыка, ко­торую он слу­шал, всег­да от­ра­жала его нас­тро­ение и стрем­ле­ния. «Мо­жет, за­болел и не хо­чет приз­на­вать­ся?» — за­бес­по­ко­ил­ся Алан, вык­лю­чая звук. По­пыт­ки вой­ти в компь­ютер бы­ли пре­сече­ны бе­зучас­тной сис­те­мой, тре­бу­ющей па­роль. Стран­но: рань­ше Люд­виг ни­ког­да не скры­вал от не­го свои фай­лы. Это нем­но­го нас­то­рожи­ло Ала­на. Он поп­ро­бовал по­доб­рать нес­коль­ко ва­ри­ан­тов, но па­роль не под­да­вал­ся; тог­да он вклю­чил пов­тор зву­ка из до­маш­не­го ки­ноте­ат­ра, и по до­му опять заз­ву­чало: А сер­дце как лёд Хо­лодит, Мой прер­ван по­лёт. По­зади Всё то, чем я жил И ко­го я лю­бил! Алан за­думал­ся, вспо­миная: вот Люд­виг на­чал за­дер­жи­вать­ся на ра­боте; вот он сво­рачи­ва­ет ок­но на эк­ра­не компь­юте­ра имен­но в тот мо­мент, ког­да Алан приб­ли­зил­ся к его сто­лу... Па­мять ус­лужли­во под­со­выва­ла стран­ные мо­мен­ты: вот он прос­нулся ночью, а лю­бимо­го ря­дом нет — тот си­дит в ка­бине­те за компь­юте­ром и что-то пе­чата­ет; за­тем пря­чет всё от по­зёвы­ва­юще­го Ала­на, сво­дит раз­го­вор к шут­ке о ра­боте и о не­пос­то­ян­ной му­зе, вдох­но­вении. Все эти стран­ности вы­зыва­ли толь­ко не­до­уме­ние, а те­перь по­яви­лось по­доз­ре­ние, ко­торое креп­ло. Алан по­метал­ся нем­но­го по до­му, по­пытал­ся взло­мать па­роль со сво­его но­ут­бу­ка, но ско­ро по­нял: он ху­дож­ник, ди­зай­нер, твор­ческая лич­ность, но не ха­кер. Ос­та­вал­ся пос­ледний спо­соб — про­сить по­мощи у дру­зей. Он поз­во­нил ку­зену Сти­ву, про­живав­ше­му с Де­ном, до­воль­но силь­ным прог­раммис­том, ко­торый нас­тра­ивал им до­маш­ние и слу­жеб­ные компь­юте­ры. — Ден, я по­терял бу­маж­ку с па­ролем к глав­но­му компь­юте­ру... У Луи сей­час важ­ная встре­ча, поз­во­нить ему не мо­гу, а мне нуж­ны ма­тери­алы из ком­па. Ты смо­жешь при­ехать, по­мочь? — Что же вы с Люд­ви­гом та­кие за­быв­чи­вые? Я ему уже по­могал в та­ком де­ле. Пос­мотри на обо­роте фот­ки, что ви­сит на сте­не. Я ему по­сове­товал за­писать на лбу, он пос­лу­шал… Так что па­роль ви­сит пе­ред но­сом. Алан рез­во ки­нул­ся к фо­тог­ра­фи­ям на сте­не и пе­рево­рошил с де­сяток ра­мок со сво­ими изоб­ра­жени­ями с по­казов, ко­торы­ми Люд­виг щед­ро ук­ра­сил свой ка­бинет. На са­мой боль­шой фо­тог­ра­фии с па­рой сме­ющих­ся бай­ке­ров в кру­тых кос­тю­мах отыс­ка­лась прик­ле­ен­ная за­пис­ка с па­ролем: «Вмес­те нав­сегда!» Алан быс­тро ввёл па­роль и удов­летво­рён­но хмык­нул: «По­лучи­лось! Те­перь уви­жу, с кем ты так час­то пе­репи­сыва­ешь­ся… И что гуг­лишь». Прос­мотрев со­об­ще­ния, Алан нем­но­го ус­по­ко­ил­ся: всё бы­ло как всег­да. Ред­кое об­ще­ние с друзь­ями, ди­ало­ги с кли­ен­та­ми и пос­тавщи­ками про­из­во­дились из офи­са, но­вых зна­комых и по­доз­ри­тель­ных дру­зей по­ка не вид­но. Толь­ко ста­рые-но­вые друзья-вра­ги, Ру­бен и Лис, ак­ти­визи­рова­лись в пос­леднее вре­мя. Вер­нее, сам Лис, ожив­лённо пе­репи­сыва­ющий­ся с Луи. «Стран­но, что это­му ры­жему про­хин­дею нуж­но от из­лишне бла­город­но­го Люд­ви­га. Ви­дать, опять бу­дет ныть, что на­копи­лись проб­ле­мы в лич­ной жиз­ни. Бу­дет пла­кать­ся в жи­лет­ку, жа­ловать­ся и про­сить со­вета. Веч­но он со сво­ими пред­почте­ни­ями и муж­чи­нами ра­зоб­рать­ся не мо­жет», — Алан не­силь­но жа­ловал ста­рых зна­ком­цев, хо­тя имен­но Лис по­мог спас­тись пять лет на­зад, про­дав за двес­ти ты­сяч кри­миналь­ную афе­ру Ру­бена, его тог­дашне­го лю­бов­ни­ка. Алан выс­ка­зывал бла­годар­ность Ли­су, но по­нять та­кой вет­ре­нос­ти и из­мен не мог. Те­перь его нас­то­рожи­ло, что стран­ности по­веде­ния Люд­ви­га свя­заны с Ли­сом. Од­на ра­дость, что тот да­леко, про­жива­ет с Ру­беном в Ам­стер­да­ме. Толь­ко вчи­тав­шись в пе­репис­ку, Алан уви­дел, что ра­но ра­довал­ся: «Ры­жий Лис: Ско­ро уви­дим­ся, я те­бе всё рас­ска­жу. Лу­ид­жи: Я так дол­го не вы­дер­жу. Мне нуж­но сей­час! Ры­жий Лис: Ещё есть вре­мя. Я че­рез два дня при­еду и всё при­везу. Лу­ид­жи: А я по­ка всё об­ду­маю и при­готов­лю сюр­при­зы к праз­дни­ку. Есть толь­ко од­на проб­ле­ма… Ры­жий Лис: Свя­зан­ная с на­ми? Лу­ид­жи: Нет, это дру­гое. Я не знаю, как под­го­товить од­ну си­ту­ацию… Ры­жий Лис: По­гугль…» «Вот и всё!.. — бу­хало на­батом сер­дце Ала­на. — Вот и всё! Прав­ду го­ворил Стив: я на­до­ел Луи, и он свя­зал­ся с Ли­сом! — ра­неной пти­цей ме­тались мыс­ли. — Мо­жет, это всё не так, как ка­жет­ся? Мо­жет, у это­го об­ще­ния со­вер­шенно прос­тое объ­яс­не­ние…» — ре­яла зыб­кая ве­ра. За­бира­ясь в па­мять ком­па, он всё еще на что-то на­де­ял­ся… То ли на зап­рос: «Ка­кой по­дарок по­дарить лю­бимо­му пар­ню в день свя­того Ва­лен­ти­на?», то ли «Как сде­лать пред­ло­жение?», то ли «Ка­кие до­кумен­ты нуж­ны для ре­гис­тра­ции бра­ка в Ни­дер­ландах для инос­тран­ных пар?» Он уже дав­но роб­ко меч­тал, что при­дёт та­кое вре­мя, ког­да Люд­виг пред­ло­жит зак­лю­чить брак. Толь­ко от­крыв зап­рос Люд­ви­га, он по­нял, нас­коль­ко был на­ивен и слеп, а Стив — прав. В спис­ке зап­ро­сов зна­чилось «Как кра­сиво за­вер­шить дав­ний ро­ман?» А даль­ше в па­мяти хра­нилась инс­трук­ция: «Скром­ный про­щаль­ный по­дарок на праз­дник, тём­ные цве­ты, пе­чаль­ная ат­мосфер­ная му­зыка. Веж­ли­вые сло­ва — я те­бя не­дос­то­ин, ты най­дёшь се­бе луч­ше­го». Ру­ки опус­ти­лись, гла­за на­пол­ни­лись сле­зами. Алан где сто­ял, там и сел на ко­вёр, за­быв и о компь­юте­ре, и об убор­ке, и о гря­дущем че­рез три дня праз­дни­ке люб­ви. В его ду­ше бу­шева­ла боль, горь­кая, жес­то­кая, все­пог­ло­ща­ющая, но он не мог сер­дить­ся на Люд­ви­га. Ко­неч­но, та­кому яр­ко­му и та­лан­тли­вому Луи ста­ло скуч­но со скром­ным и ти­хим Ала­ном, на­до­еда­ющим сво­ей лю­бовью. Да, вот его и по­тяну­ло к яр­ко­му, как огонь, Ли­су! Сам ви­новат. Го­ворил Стив: слиш­ком при­лип­чи­вые на­до­еда­ют быс­тро. Вот толь­ко Люд­ви­га жал­ко. За­чем он свя­зал­ся с вер­тихвос­том Ли­сом — тот нес­коль­ко раз ме­тал­ся меж­ду Ру­беном и Те­дом, из­ме­няя то од­но­му, то дру­гому! А те­перь, при­лепив­шись к Луи, он ста­вил то­го под удар гне­ва рев­ни­вого Ру­бена, с ко­торым жил пос­ледние два го­да. Эх, Луи, Луи… Раз­давший­ся те­лефон­ный зво­нок вы­вел из оце­пене­ния. Зво­нил Люд­виг: «Я нем­но­го за­дер­жусь. За­еду в мар­кет. Мо­жет, что на­до ку­пить?» Алан во­левым уси­ли­ем зас­та­вил свой го­лос зву­чать ров­но: «Мне ни­чего не на­до. По­яви­лись кое-ка­кие де­ла, ме­ня не бу­дет до­ма!», а за­тем бро­сил труб­ку. У­яз­влён­ная гор­дость гна­ла его пос­ко­рее по­кинуть дом, до этой ми­нуты быв­ший лю­бов­ным гнез­дышком, а от­ны­не ка­зав­ший­ся ло­вуш­кой, за­пад­нёй. Он не­мед­ленно зак­рыл компь­ютер и на­вёл пер­во­началь­ный по­рядок в ка­бине­те; за­тем вор­вался в свою мас­тер­скую, соб­рал в две боль­шие сум­ки поч­ти все свои инс­тру­мен­ты юве­лира, при­над­лежнос­ти ху­дож­ни­ка-ди­зай­не­ра, но­ут­бук, нем­но­го одеж­ды. На­дел тёп­лый пу­ховик, с со­жале­ни­ем бро­сив на ди­ван бе­ло-зо­лотой ко­жаный мо­током­плект. Он прин­ци­пи­аль­но не взял ни­чего из по­дар­ков Луи, сло­жив всё гор­кой по­верх кос­тю­ма. Пос­то­ял ещё ми­нут­ку воз­ле по­рога, мыс­ленно воп­ро­шая: «Ни­чего не за­был? До­кумен­ты? Дип­лом? Кар­точки?» Вспом­нив всё из­ме­нив­ший воп­рос гуг­лу и от­вет, он стук­нул се­бя по лбу, рва­нул­ся на­верх, дос­тал ко­роб­ку, от­нёс в ка­бинет, из­де­ватель­ски ук­ра­сил над­писью «Про­щаль­ный по­дарок! Я ухо­жу от те­бя сам!» и прис­ло­нил к мо­нито­ру. Пос­ле это­го стре­митель­но про­бежал­ся по лес­тни­це, да­же не оза­ботив­шись вык­лю­чени­ем све­та или та­кой ме­лочью, как зак­ры­вание две­рей, под­хва­тил сум­ки и за­шёл в га­раж. Его скром­ный байк ждал в уг­лу — ос­та­лось прик­ре­пить ба­гаж и у­ехать… Но он не ус­пел. Ав­то­мати­чес­кие во­рота под­ня­лись и, свер­кая фа­рами, за­рулил «Воль­во» Люд­ви­га, Алан ма­лодуш­но по­пытал­ся за­вес­ти мо­тор и у­ехать без уни­зитель­ных объ­яс­не­ний, но у мо­тора бы­ло свое мне­ние — воз­можно, от­сутс­твие го­рюче­го, или то, что Алан дав­но не вы­ез­жал. За­вес­ти не уда­валось. Удив­лённый Луи по­дошёл бли­же: — Сол­нце! Что-то слу­чилось? Ты ку­да? — Прос­ти, но я у­ез­жаю… — Ви­жу. Но ку­да? Да брось байк, да­вай я те­бя от­ве­зу… — Нет! Я сам! Я от те­бя съ­ез­жаю! — хо­лод­ным го­лосом про­из­нёс Алан. — Не сто­ит бес­по­кой­ства! Я так­си вы­зову… — А те­перь с это­го мес­та по­под­робнее! — по­доб­рался, как пе­ред прыж­ком, Люд­виг. — Я те­бе на­до­ел? Или чем-то оби­дел? Ма­ло вре­мени уде­лял? Или то, что от­го­ворил от по­ез­дки в Ми­лан? — Алан толь­ко от­малчи­вал­ся, уп­ря­мо от­вернув­шись, от че­го Люд­виг сер­дился ещё боль­ше. — Я ко­неч­но, не бу­ду те­бя при­нуж­дать, но хо­тя бы объ­яс­не­ния я зас­лу­жил? — Я не же­лаю ни­чего объ­яс­нять! — вык­рикнул Алан. — Ты сам всё прек­расно зна­ешь! Я те­бя ос­во­бож­даю от та­кой обу­зы, жи­ви и ра­дуй­ся… — и, чувс­твуя, что ещё ми­нута, и он по­зор­но раз­ре­вёт­ся, рва­нул на вы­ход. Люд­виг, пе­рех­ва­тив бег­ле­ца у са­мых во­рот, за­кинул его на пле­чо — бла­го, ху­доща­вый по-мо­дель­но­му Алан был лёг­ким, — и уве­рен­но по­нёс до­бычу в дом, при­гова­ривая: — Сей­час мы ус­по­ко­им­ся, выпь­ем чаю, и ты всё мне рас­ска­жешь… — Ещё ска­жи, что выпь­ем ти­бет­ско­го чая ис­ти­ны?* — фыр­кнул Алан. — И ты мне чес­тно по­веда­ешь, с кем из­ме­нял, как го­товил для ме­ня про­щаль­ный по­дарок и сло­ва для рас­ста­вания… — в этот мо­мент Люд­виг зап­нулся и поч­ти вы­ронил Ала­на, но по­том встрях­нул его и от­ве­тил: — Чай ис­ти­ны?! Да лег­ко! Ес­ли ина­че ты не по­веришь в мои сло­ва… Эх, ты… Я ду­мал, ты ме­ня боль­ше зна­ешь и лю­бишь… С че­го ты взял это? Кто-то что-то не то ска­зал?.. — Да ник­то не го­ворил, ты всё сам… Сам с Ли­сом свя­зал­ся, сам ре­шил ме­ня бро­сить, сам в гуг­ле ис­кал спо­соб… — Ха-ха-ха… Так ты ме­ня при­рев­но­вал к Ли­су? — рас­те­рян­ность Люд­ви­га рас­та­яла без сле­да, те­перь он ви­дел проб­ле­му и знал, как с ней бо­роть­ся. — За­чем бы­ло ла­зить в за­паро­лен­ном компь­юте­ре? Ис­портил мне все сюр­при­зы… Эх, ты… — Так зна­чит… Зна­чит, всё не так? И Лис не при­ез­жа­ет к те­бе? — Всё не так, но Лис при­ез­жа­ет на пол­дня. Он за­казал у ме­ня по­дарок для Ру­бена, об­ложку на кни­гу из ко­жи с се­реб­ря­ными нак­ладка­ми в ви­де ле­опар­да. А для ме­ня при­везёт па­ру ог­ра­нён­ных изум­ру­дов на по­дарок для те­бя. Да и от­ца с Те­дом он хо­чет про­ведать. — Ес­ли это прав­да... Тог­да по­чему ты от ме­ня скры­вал свою пе­репис­ку? И что за стран­ные зап­ро­сы в гугл? И да­же му­зыку для рас­ста­вания под­го­товил… — Эх, и вто­рой по­дарок, что я го­тов­лю уже пол­го­да, при­дёт­ся об­на­родо­вать рань­ше, чем он бу­дет го­тов. Мо­жет, по­дож­дёшь? — Люд­виг улы­бал­ся, нас­лажда­ясь пер­вой сце­ной рев­ности, ко­торую ус­тро­ил ти­хий Алан. — Ну уж нет! — зве­нел ме­тал­лом го­лос Ала­на. — Я, ко­неч­но, не бу­ду те­бя при­нуж­дать, но хо­тя бы объ­яс­не­ния я зас­лу­жил? — на­пом­нил он сло­ва Люд­ви­га. — Тог­да слу­шай: у ме­ня по­яви­лось не­боль­шое хоб­би… Ко­торое я не очень стрем­люсь об­на­родо­вать, — Люд­виг за­мял­ся, под­би­рая сло­ва, а по­том ре­шитель­но, как пе­ред брос­ком в во­ду, вы­дох­нул и до­бавил: — Я пи­шу рас­ска­зы! — И что? — фыр­кнул Алан. — Те­бе, поч­ти се­мей­но­му гею, не скры­ва­юще­му ни­чего, стыд­но приз­нать­ся, что пи­шешь? Ну пи­шешь и пи­шешь, что в этом та­кого? — Я пи­шу и вык­ла­дываю в ин­терне­те, на Фик­бу­ке. Нес­коль­ко мел­ких рас­ска­зов и боль­шой ро­ман обо всех нас, он так и на­зыва­ет­ся: «Луи и Ал», поч­ти до­кумен­таль­ный. А Лис у ме­ня со­ав­то­ром — рас­ска­зыва­ет свою часть ис­то­рии и хо­чет ко дню Ва­лен­ти­на на­печа­тать в ви­де кни­ги и по­дарить сво­ему Ру­бену. Я ему ко­жаную об­ложку с се­реб­ря­ным ко­том сде­лал, а он мне изум­ру­ды ог­ра­нил для об­ру­чаль­ных ко­лец… Упс… — Так-с! Что я ещё не знаю?! — го­лос Ала­на зве­нел, гла­за блес­те­ли. — Эх, и что я за треп­ло та­кое? — расс­тро­ил­ся Луи. — Пос­ледний сюр­приз спа­лил… По­дож­ди! — он мет­нулся в ком­на­ту и мо­мен­таль­но вер­нулся, слов­но бо­ял­ся, что Алан сбе­жит. — До­рогой мой! Я хо­тел это ска­зать че­рез три дня, че­тыр­надца­того, но… — Люд­виг дос­тал из ко­робоч­ки изящ­ный пер­стень, ещё без кам­ня, и, взяв за ру­ку Ала­на, поп­ро­сил: — Ты ста­нешь мо­им суп­ру­гом? Сле­та­ем в Ам­стер­дам или Лон­дон, за­регис­три­ру­ем брак? Алан ки­нул­ся ему на шею, за­вер­шая сце­ну не­допо­нима­ния бур­ны­ми по­целу­ями, плав­но пе­рехо­дящи­ми в бо­лее страс­тные лас­ки. *** Ча­са че­рез два, уже лё­жа в кро­вати, от­ды­хая пос­ле все­го, Алан спро­сил: — Так что там с гуг­лом и той пес­ней о Ле­дяном всад­ни­ке? — А, не сто­ит пе­режи­вать! Я на­писал нес­коль­ко ма­лень­ких рас­ска­зов на кон­курс в од­ну груп­пу Фик­рай­те­ров, и да­же один кон­курс вы­иг­рал. А зав­тра — оче­ред­ной кон­курс, мне на­до пре­дос­та­вить Songfic на эту пес­ню, по те­ме ко дню влюб­лённых. Я ещё хо­тел вста­вить сце­ну, как ци­вили­зова­но рас­ста­вать­ся… Но опы­та та­кого у ме­ня нет, вот и гуг­лил… А те­перь да­же не знаю, пи­сать ли? — Пи­ши, ко­неч­но! Толь­ко… Не на­до про рас­ста­вание. Пусть се­год­ня все бу­дут счас­тли­вы, — лас­ко­во поп­ро­сил Алан, при­жима­ясь к Луи и поп­равляя пер­стень без кам­ня.