дорога домой

Закрываю проигрыватель, в воздухе остаётся лишь мерный гул колонок и твоё прерывистое дыхание. Тебе домой, понимаю. Натягиваю шмотки, дверь запираю, беру тебя за руку, а свободной — поудобней ключи перехватываю. Нервы, судорожно кулаки сжимаю. Слышу шорохи, на нижней лестничной клетке расположились удобно какие — то уёбки. Шаги, шаги. Педики!? Закурить?? Держи лучше «с ноги»… Тсуна, только не кричи, а лучше не смотри, не пачкай свой детский взгляд нелицеприятной картиной. Я вижу сквозь взмахи, как ты сжимаешь перила, закрыв глаза и кусая губы. Не видишь, как бурые капли пачкают белые кеды, как кожа на кулаках сдирается о чужие зубы, как сползают по стенке незнакомые парни, посмевшие быть в твоём присутствии слишком грубыми. Вытираю руки о джинсы, и снова. В очередной раз, но с неизменным трепетом, держим, друг друга, словно мир в кулаке сжимаем. Мне остаётся верить, защищу и не потеряю. Твоя ладонь чуть влажная, холодным потом испачкана, а моя ладонь пахнет дымом сигарет и кровью, и яростью, преданностью и ещё, немного, твоим неповторимым запахом. Проходим грязный подъезд, через стоны переступая. Ты дышишь воздухом ночи, а я никотин вдыхаю. Я веду тебя узкими улицами и проспектами, дворами и подворотнями. Ты боишься открыть глаза, в неведенье, оставаясь спокойным и ни разу не оступаясь. Чувствую. Падаль со всего района, тянется к тебе, словно по запаху, влекомые жаждой развлечений грязных и легкой расправы над слабым. Но… Никто не сможет тебя обидеть, никто не в силах тебя даже коснутся, они не смогут оскорбить даже взглядом, потому что я иду рядом, каждый вечер до крыльца твоего дома. Я силен твоей чистою верой, и вновь кулаки поднимаю, в сотый раз учиняю расправу, когда ты глаза закрываешь. Пусть дорога домой полигоном стала, хрустят кости и зубы сыпятся градом. А после просто вновь возьму тебя за руку. Я просто теперь рядом...