Замок, построенный на песке

      Свадьба Вейл и человека очень различается, однако, они могут объединить их для удобства. Наиболее часто Вейлы не имеют никакого контакта с партнером до свадьбы. Поэтому большинство Вейл остается девственницами и девственниками. Традиционно, Наставник дарит паре на церемонию белые одежды из шелка, но он отличается от свидетеля. Наставник и Вейла должны провести ритуал «Трель Вейлы». Это самая важная часть для них в любом свадебном ритуале. Молли Уизли была трудолюбивой женщиной. Она помогала с вопросами по месту организации и приготовлению к свадьбе. Молли очень переживала из-за свадьбы старшего сына. Билл Уизли должен был жениться днем, а она все еще была не в духе. Нет, в самом деле, она чувствовала, что сделала недостаточно. У её будущей невестки были деньги. Точнее, это были деньги ее родителей. И именно их средства собирались к свадьбе. В течение трех месяцев подготовки, все деньги на церемонию брались исключительно из семьи Делакур. Венчание должно было состояться в саду Хогвартса. Он был очень маленьким и мало кто знал, где тот находится. Члены семьи должны прибыть через камин, а затем спустится в низ, в сад. Никто не имел права останавливаться в замке. Орден не хотел рисковать из-за Оборотного зелья, которым мог воспользоваться шпион, позволяя Пожирателям проникнуть в замок. Домовые эльфы все подготовили, а члены Ордена поставили дополнительную защиту. Молли Уизли могла только помочь Флёр, несмотря на то, что ей помогала и её собственная мать. Молли грустила о том, в ней никто не нуждается. Однако, у её младшего сына были другие проблемы. Рон и Гермиона, наконец, почти признали свои чувства друг к другу. Это было так очевидно, как наковальня, падающая на голову. Все знали, что это случится рано или поздно (скорее поздно, зная этих двоих). Они очень редко надолго расставались, чтоб понять это. К тому времени Рон был уже одет (в мантии, купленной его старшими братьями), и выхаживал в костюме так, будто это женился он, а не Билл. Гарри, признаться, это очень раздражало. — Мы ничего не можем с этим поделать,— вздохнул Гарри, наблюдая, как Рон ходит взад-вперед. Рон помолчал. — О чем ты? — Гермиона.— тихо сказал Гарри — Гарри, послушай... — Рон, как твой лучший друг, я должен сказать тебе, чтобы ты поторопился и признался уже наконец! — прошипел Гарри. — Признался в чем? Гарри закатил глаза. Рон сел рядом с Гарри на кровать. — Что будем делать с Малфоем? — Не меняй тему, — он дал Рону подзатыльник. — Сосредоточься на Гермионе. Что ты собираешься делать с ней? — А что я должен делать? Мы друзья. — Это я сказал Джинни. Рон повернулся к Гарри. — Ты ее любишь? — Джинни или Гермиону? Рыжий сердито посмотрел на него. — Джинни. Гарри посмотрел на свои руки на коленях. — Нет, я так не думаю. Не в том смысле, как парень любит девушку, по крайней мере… Я люблю её как тебя, она для меня семья. — А Гермиона? — То же самое. Я вырос с вами тремя. Как-то странно думать о вас иначе. — Тогда какого черта ты сошелся с Джинни в прошлом году? Гарри пожал плечами. — Я влюбился в нее. Она всегда была в моей голове. Но она по-прежнему была в опасности, и я бы потерял любовь всей своей жизни, если бы что-то пошло не так. Я бы скучал по ней, потому что она для меня семья. Джинни и Гермиона мои сестры, а ты брат. — Получается, было бы странно для меня быть с Гермионой? — спросил Рон. Гарри слегка усмехнулся. — Мы не кровные родственники. Так что Гермиона может выйти за тебя замуж. Рон покраснел. — Ты забегаешь вперед, дружище. — Может быть. — Это бы вызвало напряжение, - продолжал Рон. — Я и Гермиона вместе. А если бы мы расстались, как ты с Джинни? — О, я уверен, что ты и Гермиона никогда не расстанетесь друг с другом. На этот раз усмехнулся Рон. — Ты действительно думаешь, что это может быть надолго? — Ты один раз посмотрел на Гермиону, когда оторвался от губ Лаванды, чтобы увидеть как ей больно? — прямо спросил Гарри. — Ей было тоже плохо, как и тебе, когда она была с Виктором. Рон уселся на кровать так, чтобы опираться спиной о стену. — Я имею в виду, как сказать ей? Я не очень разбираюсь в эмоциях, и сомневаюсь, что метод поцелуя тут сработает, это твой случай. Гарри чуть не задохнулся от смеха, его лицо покраснело. —О да, могу представить себе. Гермиона проклянет тебя за это. — Да, я знаю. С Лавандой конечно было проще. Может, я просто должен пофлиртовать? С Гермионой...это...ээм...это... — Уверен? — засомневался Гарри. Рон отвернулся. — Я просто не знаю, что еще делать. Гарри собирался ответить, когда дверь распахнулась, и в нее влетели разъяренная блондинка и Драко, которые о чем-то спорили. Джинни забежала следом за ними. Эту девушку Рон и Гарри видели раньше. Её звали Эйнджел Делакур, и она была тётей Флер из Лондона. Флер осталась с ней, когда переехала в Англию. Эйнджел была прекрасна, как и ее племянница. Она что-то кричала на другом языке, и Драко отвечал ей. Когда она заметила, что строит посреди какой-то комнаты, то начала изучать её, игнорируя Драко. — Что происходит? — спросил Рон у Джинни, когда она села по другую сторону от Гарри. — Флер хочет, чтобы каждый Наставник был задействован в свадебной церемонии, — коротко проинформировала молодая ведьма. — Наставник? — Вейла, которая может забеременеть. Поскольку это могут представители обоих полов, они не использую определенные женские или мужские термины. — Dra-be! — Прошипел Драко, отмахивался от нее. — Nok yuu-ha nidre hi-nt. — Dra-be monjada, — ответила она таким злым тоном, какой только можно слышать. — Мог бы и переводить... — пробормотал Рон. Драко посмотрел на Рона. Рубашка Малфоя была расстёгнута. — Dra-be! — снова завизжала Эйнджел. — Kyt-a nidry mate yuu garju, — она опять потянулась к нему. Он остановил её. — Kyt-a nidry mate —, повторил Малфой. Женщина пробормотал заклинание, и Драко был облачен в белые одежды с ног до головы. — Я сказала, что ты должен надеть эти брюки, ты не должен быть таким упрямым! —отрезала она. Он сердито посмотрел на девушку. — Вы можете говорить по-английски? — спросил Малфой. Она пожала плечами. — Я хотела бы знать его настолько, насколько знаете вы. Она осмотрела свою работу. Брюки Драко были белого цвета; на ногах были только носки. Рубашка открывала живот, и у него даже было белое покрытие на голове. Белые перчатки украшали руки. Эйнджел полезла в карман своей мантии, и достала небольшой мешочек. Когда она открыла его, Драко застонал. Это была белая краска с серебряными блестками — В этом нет необходимости, — пробормотал он тихо. Он положил руку на живот. — Внутри меня нет ребенка. — О... — слабо выдохнула Эйнджел. — Мне очень жаль это слышать. Она убрала краску. — Тогда нам нужен другой цвет. Только не говори, что это черный. Драко покачал головой. — Я никогда не был беременным. — Что значит черная краска? — спросил Гарри, вставая с кровати. — Выкидыш, — ответила Эйнджел, оборачиваясь. Она расстегнула мантию, чтобы показать, что она одета как Драко, только на ее животе был нарисован черный крест. — Мерлин Милосердный... — ахнул Драко. — Мой партнер и я знали, на что идем. Я уже родила троих детей. Мы с ним пожадничали и захотели еще одного ребенка. — Троих? — спросил Драко, улыбаясь. — Это должно быть удивительно. — Да. Им всем не больше десяти. Они – самые прекрасные и красивые дети, которых только можно увидеть. — Теперь улыбалась Эйнджел. Драко нежно погладил свой живот. — Мои дети будут такими же красивыми,— пообещал он ей. — Чьи дети?" усмехнулся Рон. — Гарри никогда не трахнет тебя в задницу, так что у тебя никогда не будет своих детей. Оба блондина вздрогнули от слов Рона. — Рон, — упрекнула Джинни. — Вы же знаете Гарри, он не педик. Гарри застонал. — Просто перестань говорить об этом, — предложил он. — Я не думаю, что мы должны выслушивать что-то такое перед свадьбой. — И то верно, — согласилась Эйнджел. — Получается, ты и твой партнер никогда не соединитесь? Драко издал сухой смешок. — Не в этой жизни. — Но ты не девственник, как я понимаю. — Мне было всего четырнадцать, — признался он. — Шлюха, — кашлянул Рон. — Не обращай внимание, — порекомендовала Эйнджел. — Семья моего партнера не хотела, чтобы мы соединялись. Он не разговаривал со своими родителями в течение долгого времени после того, как мы влюбились. Поэтому потребовалось рождение нашего первого ребенка, чтобы воссоединиться." Драко поник. — Мой отец ... он убьет меня ... Наверное, я никогда не скажу ему. — Вообще-то он не Вейла. — Моя мать Вейла, и ей не понравиться, если я НЕ заведу детей. Эйнджел молча засунула руку в карман и вытащила оттуда длинную цепочку с бриллиантами с застежками на обоих концах. Она обвила ее вокруг живота Драко и застегнула на шее. — Что это значит? — спросил Гарри. — Вейла девственник. Раз он еще не был со своим партнером, то считается девственником среди Вейл. И только красная краска символизирует, что ребенок родился совсем недавно. Драко схватил Эйнджел за руку. — Это не имеет значения. Ему не нужно знать. —Он твой партнер... — Против своей воли. Это не имеет значения для него. Глаза Эйнджел потемнели. — Как ты выжил? — почти прошептала она. — Ты был в агонии. — Это. Не. Имеет. Значения, — медленно повторил Драко. "Так мы идем? Я еще не научился выполнять трель, раз это так уж нужно для церемонии. И еще я бы мог получить опыт как Вейла. Эйнджел кивнула головой, и быстро потащила Малфоя из комнаты. Гарри не мог вымолвить и слова. — Они знают, как испортить настроение, — сказала Джинни. — Но то, о чем они говорили, было интересным. Было бы хорошо послушать. — Что за трель? — спросил Рон. — Я думаю, мы узнаем позже. — Получается, свадьба будет наполовину волшебников и наполовину Вейл? — Ага. Но у Вейл свадьба ночью. И Наставники не допускаются в свидетели. Они вообще должны быть незамеченными до полуночи, кроме тех, кто женится. — Почему только Наставники? — Может быть, только они могут выполнять трели? Гарри упал на кровать. — Я не могу справиться с этим, — выдохнул он. — Это слишком для меня. — Малфой - куча... — начал Рон. — Ты не помогаешь, — сказал Гарри, глядя в потолок. — Говорить такие вещи о всех геях...Я удивлен, что он не проклял тебя. Я не думаю, что людей можно ненавидеть потому, что они влюбились. Рон усмехнулся словами Гарри. — Дружище, это неестественно. Я не понимаю, почему они предпочли это. — Как ты воспринимаешь любовь? — Спросил Гарри, переворачиваясь на живот. — Мы не можем решать, кого любить, потому что это будет ложный выбор. Поэтому нет ничего противоестественного в родах у мужчин, если это генетическое. Малфой произошёл оттуда же, откуда появляются дети у любой женщины. И я уверен, что миллионы гомосексуалистов не хотят подвергаться дискриминации. Ты не можешь судить людей. Рон был в недоумении от этих слов. — Это все еще отвратительно.

***

Гарри осмотрелся вокруг и обратил внимание на толпу белых голов, находившихся на левой стороне большого зала. Если раньше в зале находились четыре стола каждого факультета с главным столом для учителей, то теперь вместо этого была пара церковных скамей, обращенными к передней части зала. С левой стороны сидела семья Флер, а с правой - Уизли. Как он понял, большинство белокурых голов принадлежали мужчинам. Из девушек это была всего пара человек. Семья Делакур была намного меньше, чем семья Уизли. Волшебник немного повернулся, когда услышал, что рядом остановился Ремус. — Ты читал «Пророк» сегодня утром? — спросил он. Гарри кивнул головой. — Малфои свободны от всех обвинений, — тяжело вздохнул он. — Здесь нет Перси. Где он? — Северуса тоже освободили. — Рем, ты видел Перси? — Ты все еще не можешь смириться с этим? — Ремус... Ремус мягко схватил Гарри за локоть. — Есть только два человека в этом мире, о которых я забочусь, Гарри. Я не могу быть с одним, если другой не одобряет это. — Не заставляй меня быть ответственным за это. Потому что я уверен, что Снейп не одобряет меня. Оборотень застыл. — Таким образом, ты не хочешь, чтобы мы были вместе? Гарри посмотрел в пол. Деревянные половицы не помогали в поиске ответа. — Он предлагал тебе? — тихо спросил Гарри. Ремус издал прерывистый вдох, почти слабый смешок, при этих словах. — Он ничего не говорил. Северус не тот тип человека, который показывает чувства... — Он – причина боли, которую ты испытываешь, — вставил Гарри. Люпин резко стал выглядеть постаревшим. — Ты правда не одобряешь. — Прости, я сейчас ничего не могу утверждать. Гарри снова посмотрел на толпу. — Почему большинство из них мужчины? Ремус проследил за его взглядом. — Наставникам не позволяют находиться на человеческой свадьбе, если они участвуют в трели. Поскольку большинство Наставников составляют женщины, то на обычных свадьбах больше мужчин. — Так что такое трель? Ремус слегка пожал плечами. — Я никогда не наблюдал этого. Но я слышал, что они мощные. Некоторые люди теряются во время трели, показывая настоящие эмоции к тому, кто выполняет трель. — Малфой будет... — Все Наставники, приглашенные на свадьбу, будут исполнять трель. Это часть церемонии. Флёр тоже будет. Это тест для ее партнера, насколько я знаю. — О. Тут Гарри заметил, что все уже начали занимать места. Ремус тоже зашагал к своему месту. Юный волшебник молча последовал за ним. Северус не был приглашен на свадьбу. Он не смотрел, как люди танцевали и смеялись, и не фотографировался с ними. Он помогал с размещением гостей, и делал это как добрый жест в сторону Ордена, но он не ступал в Большой зал. Тем не менее, Северус наблюдал за обрядом. Большие двери были открыты, что позволяло ему быть вне поля зрения, слушая мальчишку Уизли и его молодую француженку невестку, дающих обещания о дальнейшей жизни. Его взгляд переместился на Рема. Оборотень не должен был знать, что Северус был там, но у него было ощущение, что он знал. Он всегда, казалось, знал, когда Северус наблюдал за ним. Когда Снейп слушал речь, он не мог не думать о своем бывшем любовнике. Обещания любви и преданности достигли его ушей, и он поймал себя на том, что теребит левый безымянный палец. Он не был человеком любви. Никогда не был. Но он перенес горе дважды в жизни. Во-первых, он был влюблен в Лили Эванс. Его мать никогда не признавала магглорожденных, и еще, она только и думала о нем, как о друге. Он мог рассматривать её, когда шел рядом. Это была дружественная улыбка, она жалела его. Но иногда в ее зеленых глазах зажигался огонек. Это было не что иное, как страсть. Огонек появлялся всякий раз, когда рядом был Джеймс Поттер. Северус постоянно терял что-то из-за Поттеров, и всегда будет терять. Когда он услышал о браке, а затем о рождении Гарри, он все еще продолжал ее любить. Он попросил своего Господина, чтобы тот пожалел Лили и убил Гарри, и сообщил Дамблдору о происходящих событиях. Его любовь к Лили умерла всего несколько лет назад. Тогда он увидел Ремуса, такого несчастного после смерти, Сириуса. Они так и не были раскрыты. Люпин испытывал любовь к Блэку, так же как и Северус к Лили. Снейп понимал, что такое разрушенная семья; его мать была убита отцом всего через пару месяцев после того, как Северус закончил Хогвартс. Так или иначе, у Снейпа и Люпина завязались отношения. Он не понял, как и когда между ними произошла эта связь, но со временем мужчины разглядели друг в друге больше, чем врагов, которыми они когда-то были. Ремус извинился за поведение Мародеров, и Северус принял извинения после долгих вечеров раздумий. Оба начали замечать друг друга и невзначай заговаривать. На следующий день после особенно тяжелого полнолуния, Северус обрабатывал раны Рема. Снейп действительно никогда не чувствовал влечение ни к кому, кроме Лили, поэтому он почувствовал бабочек в животе, увидев обнаженную грудь оборотня. Рана на внутренней стороне бедра тоже заставила зельевара напрячься. Проклиная судьбу, Северус перевернул Рема, так как тот лежал на животе, чтобы было легче обрабатывать рану. Ремус не мог вспомнить, как был перевернут, и Северус озвучил то, что не хотелось бы знать. Это было больше в шутку, но все-таки облегчило неловкий момент. Северус мог до сих пор помнить выражение лица Ремуса, когда оборотень увидел его улыбку в первый раз. Этот образ взволновал Северуса. Первый поцелуй произошел через несколько недель, совершенно случайно, так как мозг Снейпа настаивал на этом. Второй, однако, было просто совпадением. Северуса не привлекали мужчины, так же, как Ремуса, поэтому поцелуй ничего не значил. Прошло несколько недель, когда они не виделись друг с другом, и решили, что всё, что произошло между ними, произошло только потому, что они слишком много времени проводили вместе. Еще через неделю Ремус проснулся в постели Северуса, совершенно голый, чувствуя боль в том месте, где ее не должно было быть. Профессор Зельеварения был потрясен, проснувшись в постели рядом с Ремусом. Тем не менее, ночью он доказал, что поцелуи были не совпадениями, и оба работали над отношениями. Они длились почти восемь месяцев, пока Северус не убил Альбуса. Сбегая той ночью, Северус знал, что он бросает не только свой дом, работу, и своих знакомых с коллегами, но он также бросал его с Ремом отношения. В ту ночь, Волдеморт пытал его за задание Драко, но потеря Ремуса для Снейпа была больнее. А потом они встретились в ужасных условиях. И тогда он сказал то, что не мог сказать, когда они были вместе. Он признался в любви к другому человеку. Перед Гарри, который знал о связи. Северус мысленно пнул себя, посмотрев на левую руку. Если он не был женат в его возрасте, то подозревал, что это никогда не случится. И он также подозревал, что это никогда не случится с человеком, которого он любил. Его глаза снова вернулись к Рему, а затем расширились, когда он понял, что другой человек смотрел на него. Немного помедлив, Северус отвернулся от свадебной процессии, как раз в то время, чтобы услышать, как двоих объявили мужем и женой. Флер была великолепна в своем платье. Диадема, подаренная Молли, прекрасно сочеталась с остальной частью платья. Было принято решение о традиционном, волшебном брачном наряде: она была в белом одеянии, состоящим из корсета и развевающейся юбкой под белой мантии. Мантия завязывалась на шее и была накинута на плечи. Ее волосы были убраны назад, в свободный пучок, который был украшен маленькими цветами и блестками. Она не одела вуаль; шлейф ее платья восполнил его. Свадебный букет состоял из из восточных лилий, несмотря на то, что это цветы смерти. Флёр утверждала, что они будут как дань Альбусу. Все фотографировались у озера - Семья Уизли и семья Делакур стояли вместе. Габриэль и Джинни кидали цветы, поэтому они получили много внимания. И как оказалось, к празднику присоединился Перси.

***

Несмотря на то, что это была первая свадьба Гарри, на которой он присутствовал, он мог думать о ней как «совершенно», так как это было самое точное слово, чтобы описать происходящее. Они праздновали до поздней ночи, но все еще собирались насладиться торжеством. Тем не менее, когда Флер поднялась, чтобы выйти из-за стола, оставались считанные минуты до полуночи до начала свадьбы Вейл. Раскрасневшаяся Флёр возглавила Большой зал, и рядом с ней начали появляться женщины Вейлы. Мужчины отправились в противоположное направление; они возвращались к озеру. Гарри, Рон и Джинни подошли к Габриэль, единственной Вейле их возраста. Именно тогда Гарри понял, что весь день ему не хватало Драко. Скорее всего, тот не попадался ему на глаза из-за трели, о которой все говорят. Направляясь к озеру, он увидел, как Минерва быстро обменялась словами с русалкой, и как та выплыла снова уже через несколько секунд. Светловолосый мужчина, который оказался отцом Флёр, повел Билла к озеру. Вейлы и люди заняли небольшое пространство и еще к ним присоединились несколько русалок. Биллу завязали глаза. Двери замка открылись и из них последними вышли несколько мужчин. Гарри вздрогнул, когда понял, что одним из них был Северус. Они открылись снова, прежде чем мужчины спустились к озеру, и на этот раз, это была стайка из людей в белом. На них были длинные, белые наряды с открытым животом, голову покрывал капюшон, белые перчатки украшали руки. Только двое были в брюках, остальные же носили юбки. Гарри мгновенно узнал Драко. На их полпути вниз, дверь открылась в последний раз, из нее вышли Флёр и её мать. Шелковое платье Флер сияло в ночи. Оно обволакивало каждый дюйм ее тела, кроме живота, как и у других Наставников. Как и Драко, она носила цепочку с алмазами, связывающую ее живот и шею. Каждый Наставник вошел в воду и разместился на одинаковом расстоянии друг от друга. Билл ничего не мог видеть. Гарри наблюдал с берега, как Драко занял свое место среди остальных. Флёр зашла последней. Наставники окружили Билла, не дотрагиваясь до него. Мать Флер сняла капюшон с ее головы, что сделали и другие. Послышался странный, удивительный звук от самой старой Вейлы. Гарри не мог понять его, даже когда к ней присоединились другие. А потом был голос. Его звали. Причитающий звук пронзил его сердце, позволяя Гарри понять, что есть тот, кто нуждается в нем, любит его. Он никогда в жизни не чувствовал такой боли. Голова Гарри медленно повернулась к взывающему и он обнаружил, что смотрит прямо на Драко. Ледяные серые глаза были полны слез, и песня обрушилась на него. При этом звуке Гарри почувствовал, как в груди зажгло. Ремус был прав; Трель была ошеломляющей. Такой ошеломляющей, что он не понимал когда она кончилась. Это случилось, когда Драко остановил зрительный контакт, чтобы поаплодировать паре. Тест позволил определить, действительно ли Билл был партнером Флёр, основываясь только на ее трели. В конце концов, они и правда оказались партнерами, которым было суждено прожить долгую и счастливую жизнь. Гарри посмотрел на Билла и Флер, а затем повернулся к Драко. Только на этот раз Вейла был не один. Рядом с ним стоял другой мужчина Наставник. Прежде, чем Гарри успел что-то сделать, Рон потащил его за собой. Малфой и Наставник отправились в противоположном направлении. Северус наблюдал связь между Драко и Гарри. Почти мгновенно Гарри нашел Драко, и, казалось, был загипнотизирован трелью Вейлы. Это не стало неожиданностью для него; Северус тоже был тронут песней Драко. Он мог услышать все в его сердце. Это должно было трудно для молодого человека, чтобы пройти через такое события вскоре после обнаружения его половинки. Слезы в глазах Драко доказывали это. Будучи крестным отцом, Северус очень защищал Драко. Блондин был подвержен разным нападкам, но не был готов к этому. Поэтому, когда другой мужчина Наставник подошел к его крестнику, он продолжал пристально следить за ним. Другой Вейла был бледным блондином, как Драко. Его длинные волосы спадали на плечи и обрамляли лицо. Он не выглядел на свой возраст. На его животе был нарисован красный круг. Драко последовал за своим новым знакомым к одному из многочисленных деревьев вокруг озера. Сидя под ним, Драко наблюдал, как тот посмотрел туда, где все еще толпились люди. — Смотришь на своего партнера? — спросил Драко, прижав колени к груди. — Да, я оставил ребенка у Айдена, — ответил он, откидывая свои длинные волосы назад, и поворачиваясь к Драко так, чтобы тот мог отдохнуть у него на правом плече. — Сколько ему? — Шесть месяцев . Драко широко улыбнулся. — Ничего себе. Тебе так повезло, что твой супруг любит тебя. Когда Драко закончил говорить, к ним подошел шатен с ребенком, у которого были светлые волосы. — Ты был прекрасен, Корайдон, — усмехнулся Айден, целуя своего возлюбленного в щеку. Ребенок потянулся к нему. Корайдон улыбнулся и отдал ребенка на руки. — Айден, это Драко. Драко, это Айден, — познакомил он их, а затем повернул ребенка к Драко. — А это Мэйси. Mэйси сонно открыла глаза, прежде чем снова задремать. — Она выглядит уставшей, — Драко с нежностью наблюдал за ней. — Поездка была не лучшей для неё, — объяснил Корайдон, бросая беспомощный взгляд на партнера. Затем Айден посмотрел на Драко. — Это Драко Малфой, не так ли? Молодой юноша тяжело вздохнул. — Да, и обвинения с меня были сняты. Я больше не Пожиратель Смерти, и мои действия объясняются наследием Вейлы. Корайдон пожал плечами. —Хочешь посидеть с Мейси? — спросил он. Но тут вмешался Айден. — Черта с два я позволю Пожирателю Смерти коснуться моего ребенка, — прошипел он, вставая между ними. — Оставь его в покое, — упрекнул Корайдон, не глядя на своего партнера. — Как партнер, я запрещаю тебе, чтобы ты позволял ему прикоснуться к Мэйси. Драко тяжело вздохнул. — Я не буду приближаться к Мэйси, — пробормотал он и сильнее обхватил колени руками.

***

— Что произошло между тобой и Малфоем? — спросил Рон, шагая в замок. Они с Гарри разместились на столе в одном из пустых классов. — Трель ... она много значит для партнера, не так ли? Вот почему я слышал Малфоя. — Ты не мог прекратить смотреть на него! Гарри моргнул. — Это было не так уж и долго... — Ты смотрел на него весь обряд. — Это было сильно. Он звал меня. — Но это не значит, что ты должен был пялиться! Гарри скептически посмотрел на Рона. — Это из-за Малфоя, или потому, что он парень? Рон гневно заорал. — Всё вместе! Во-первых, у тебя с ним нет ничего общего! Во-вторых, это не естественно! Мужчины никогда не должны быть вместе. — Да-да, я слышал, как ты говорил об этом, — вздохнул Гарри. — Послушай, я не знаю, что там произошло. Мы все чувствуем себя слабыми среди Вейл девушек. Возможно, Малфой действует на меня также. — Я убью его, если это так. — Рон... — Нет! — Рон сделал паузу. — Ты упрямец. Он пытается обмануть тебя, чтобы ты стал думать о нем по-другому. Гарри поник и приготовился к дальнейшей словесной тираде, которую собирался выслушать.

***

Драко не мог игнорировать взгляд, который постоянно следил за ним. Словом, Драко Малфой был Драко Малфоем, и нужно было наблюдать за каждым его шагом. Корайдон сопровождал его, неся на руках дочь. Он слышал, как люди спрашивают Молли об этом, и нахмурившись, она объясняла, что он имел отношение Вейлам, но не упоминала, что юноша был партнером Гарри Поттера. Драко покинул праздник. Он уже был на полпути к входной двери в Хогвартс, когда его нагнал Северус. — Что-то случилось? — тихо спросил Северус. Драко бросил на него странный взгляд. — Да, я просто устал. Это тяжелая работа – выращивать новые части тела. Северус послал ему небольшую улыбку. — Я могу догадываться. — Я собираюсь добраться до кровати. Сейчас праздник не то место, где мне нужно быть. — Именно поэтому я тоже ухожу. — Спокойной ночи. Драко повернулся к замку, намереваясь проложить путь прямо к кровати. Это был долгий день, и он действительно хотел забыть сегодняшнее событие. В момент, когда он перешагнул через дверь замка, сразу обхватил себя руками. Внезапно его взял озноб; он чувствовал себя так, как будто температура в Хогвартсе опустилась на несколько градусов ниже. Он почти боялся спускаться в подземелья из-за холода. Драко быстро вызвал домового эльфа и приказал существу, чтобы тот согрел слизеринские подземелья к его приходу. Даже не удосужившись позаботиться об одежде, Драко завернулся в то, в чем был, и направился в общежитие. Он даже не заметил, как открылась дверь, и как он вошел на нижний уровень замка.