С самого детства

— Эй, Маммон... — тихо позвал Бельфегор. — Мюу? — немного невнятно отозвался аркобалено, пытаясь запрыгнуть на диван. Потрошитель, едва заметно улыбнувшись, поднял Маммона и посадил себе на плечо. — Помнишь, как я пришел в Варию? — Забыть такое - грех, — аркобалено Тумана спрыгнул на колени. — К чему ты клонишь, Бел? Мальчишка, пришедший сюда, не был похож на принца. Длинная взъерошенная челка закрывала глаза, не давая понять, о чем Бельфегор думает. Когда Занзас попытался расспросить его, что случилось, тот отмахнулся от него, как от ненужной вещи, сказав, что не их ума это дело. Скуало лишь пожал плечами, словно бы говоря, что плевать он хотел на такого малявку; Луссурия улыбался, а Леви даже внимания не обратил на Бельфегора, хотя тот его довольно сильно испугался, первый раз увидев. И лишь Маммон проникся какими-то дружелюбными чувствами к принцу. Каждую ночь оба рассказывали друг другу разные истории, по большей части придуманные; каждую ночь засыпали вместе, обнявшись. — Бел? — Маммон тихо хмыкнул - потрошитель опять унесся в свои мысли, и его оттуда не достанешь. — А? — принц словно очнулся. — Я как всегда... — Вспоминаешь, как был ребенком? — Что-то вроде того. И в одну из зимних ночей, которые были довольно темными, холодными и страшными, Маммон не пришел. Бельфегор, понимая, что у аркобалено могут быть какие-то дела, попытался заснуть, но какое-то неприятное чувство поселилось где-то в сердце, мешая спокойно отдыхать. Укрывшись одеялом с головой, Каваллини попытался отвлечься, что получилось из рук вон плохо. Пересилив какой-то детский страх перед темнотой, принц медленно вышел из комнаты, прикрыв дверь. Где-то неподалеку послышались голоса, которые Бельфегор сразу узнал - Маммон и Скуало. Блондин хотел было позвать кого-нибудь из них, но внезапно осекся, услышав обрывок напряженного разговора. — Скуало, ты не посмеешь! — кажется, это был аркобалено. — Врой! Да кто ты вообще такой, чтобы мне указывать? — а это Скуало. Акула Варии не на шутку разозлился. — Я все равно его придушу! Внезапно все затихло. — Я тебе не позволю, — нарушил гробовую тишину голос Маммона. — Если ты рискнешь приблизиться к нему, я лично убью тебя. Увижу возле его комнаты - без разговоров прибью. Понял? А теперь вали отсюда. — Маммон? — позвал Бельфегор. — Мюу? Я просто вспомнил кое-что. — произнес аркобалено, прижимаясь к принцу. — Я тоже... Бельфегор, с трудом передвигая ноги, вернулся в комнату и лег под одеяло, притворившись спящим. Через несколько секунд дверь приоткрылась, из-за нее показался Маммон, чем-то встревоженный. Щелкнув замком двери, аркобалено Тумана запрыгнул на кровать, залезая прямо на Бельфегора - любимое место сна. Маммон был сильно обеспокоен - Скуало открыто заявил всей Варии о своей ненависти к Бельфегору и даже сказал, что убьет его. Аркобалено, тяжело вздохнув, вздрогнул, когда Бел снял его с себя, и положил рядом с собой. — О чем вы говорили со Скуало? — принц не хотел этого говорить, но тревога, охватившая его, не дала бы ему заснуть. — Ты ведь все слышал, да? — тихо спросил Маммон. Бельфегор пробормотал нечто утвердительное в ответ. — Не важно. Но я тебя ему не отдам. — Мы думаем об одном и том же, — вздохнул Бельфегор, обнимая аркобалено. — Конечно, — пожал плечами Маммон. — Мы с самого детства были рядом, мы почти что читаем мысли друг друга. — Если честно, я хотел бы действительно читать твои мысли, — произнес потрошитель, улыбнувшись. — Расскажешь, о чем думаешь? — Ты меня... не поймешь, — замялся Маммон. — Но я ведь взрослый человек, не так ли? Да и вообще, гений Варии... — Это да. — пауза. — Только скажи. Ты был тогда счастлив? — Конечно.