Scars and kisses

Найс роется в аптечке, находя привычную упаковку с пластырями, и облегченно вздыхает - он минут пятнадцать пытался вспомнить, в каком шкафу это все лежит. С мокрых волос на штаны и диван капает вода, так что парень в очередной раз вытирает голову полотенцем: прическа, и без того никогда не поддающаяся внятному описанию, теперь окончательно превращается в полный хаос, но ему, если честно, без разницы. Парень забирает нужное, оставляет оную аптечку там, где взял, и останавливается у зеркала, скептично рассматривая отразившееся в нем лицо. Шрамы. Он неприязненно морщится, касаясь прохладной стеклянной поверхности кончиками пальцев, ведет по изображению этих светлых, выделяющихся на коже отметок. Не грубые, тонкие, но неровные полосы на щеках и переносице. Шрамы. Нельзя сказать, чтобы детектив стеснялся, стыдился их, или что-то в таком стиле, но уж точно любви не испытывал, по обыкновению скрывая. Он никогда не поднимает эту тему с ребятами, а те тактично не задают никаких вопросов - за это Сато бесконечно им благодарен. ...скрывая - не только от окружающих, но и от самого себя. Чтобы не вспоминать. Конечно, по большей части мысленно оправдывается почти смешным "они некрасивые" - да, они действительно некрасивые, но причина ведь совсем не в этом. Найс тихо хмыкает и тянется за пластырем (после душа всегда отклеиваются от влаги, приходится каждый раз клеить новые), отведя взгляд от зеркала. И даже не вздрагивает, когда со спины его обнимают теплые руки, мягко разворачивая к себе за плечи. Арт улыбается, и детектив не может не улыбнуться в ответ, чуть рассеянно, но привычно тепло и с искренней радостью. Инспектор касается щеки друга ладонью, будто спрашивая разрешения; тот - словно внезапно вспомнил о шрамах - слегка неровно выдыхает, но кивает, соглашаясь и прикрывая глаза. Сотрудник полиции чуть качает головой, мол, опять ты за свое, но от затеи отказываться не собирается: осторожно склоняет его голову ближе к себе, зарываясь в еще влажные волосы пальцами. Губами скользит по светлой полоске на левой щеке, невесомо целуя, перемещается к переносице, чувствуя неровность кожи, снова спускается, но к другой щеке. Мир стоит на паузе в бесконечность. От зашкаливающей в каждом движении нежности Сато готов замурчать, но только лукаво улыбается, все еще жмурясь, и ловит его губы, прерывая новый маршрут. Арт отстраняется только на сантиметр и секунду, чтобы деланно недовольно фыркнуть, - вечно он так - но, совершенно не протестуя, отвечает на поцелуй и доверчиво обнимает за шею. - Что будешь на завтрак? - куда-то на ухо шепчет инспектор, как только восстанавливает дыхание, и продолжает крепко держаться за Найса. - Ты хотел сказать, что у тебя выходной, и даже никаких встреч через пятнадцать секунд... прости, час, не назначено, и поэтому ты успеешь меня накормить? - тихий смех. - Ну, что-то вроде того... Детектив думает, что этому человеку, несомненно, можно видеть его без пластырей. Этому человеку, вообще-то, можно абсолютно всё - и даже немного больше.