О бедном студенте замолвите слово...

Надя шмыгнула носом, наклоняясь в неудобной юбке за разлетевшимися по всему полу офиса бумагами. Могла ли девушка представить себе, в какой ад превратится работа секретаршей? Хорошо хоть у неё начальница, а не начальник - специально ведь искала. Впрочем, от этого стало только хуже - кто же виноват, что у новенькой и ножки прямее, и жирок над брюками не свисает? - Почему так долго? Начальница открыла дверь и нетерпеливо постукивала ногой, смотря, как Надя собирает важные отчёты по рекламе. И как будто это не она только что их за дверь выкинула, а нерадивая секретарша место потерять захотела, да как можно оригинальнее. Надя опять шмыгнула, стараясь удержать обидные слёзы. Нет уж, не перед этой бабой, ни за что. - Как долго это будет продолжаться? Низкий, чуть шипящий голос заставил девушку вздрогнуть и посмотреть наверх. Незнакомый мужчина стоял прямо над ней, нетерпеливо перекатываясь с пятки на носок и причудливо бликуя своими дорогими ботинками. Надя как зачарованная смотрела на охряные волосы, собранные в высокий хвост, но даже при этом спускающиеся ниже копчика. - Что-то не так, Горимир? Обычно визгливый голосок начальницы резко стал грудным, пухлая рука кокетливо затеребила мочку уха с огромной серёжкой. Мужчина даже в лице не изменился, только чуть прогнулся назад, отчего его закатанные по локоть рукава рубашки приподнялись, привлекая внимание к молочно-белой коже. - В нашем контракте прописано, что я работаю только дома. В тот раз, получив ваше сообщение, я пошёл вам навстречу и пришёл в офис. Однако же, я хожу сюда третий день. За это время можно было починить всё, что угодно - и даже полностью заменить, если ваши неполадки с сервером настолько серьёзны. - Мастер делает всё качественно, к тому же, мы решили обновить часть программы... Боюсь, работа затянется где-то на месяц.... Начальница даже задрожала, наверняка с восторгом представляя, как этот красавец будет ещё месяц появлятся в офисе, и как она будет звать его к себе на чай... Мужчина кивнул и неожиданно наклонился к Наде. Девушка задрожала от немигающего взгляда золотистых глаз. - У вас есть листок бумаги? - Да, конечно... Вам для чего? Есть пустые бланки, черновики, формата А3... - Тот, на котором примут заявление об увольнении. Начальница стушевалась и дрожащим голоском спрашивала, что не так. Надя даже не смотрела не собираемые бумаги - так зачаровал её покачивающийся незнакомец, с удавьим спокойствием слушавший весь льющийся ему на голову бред. - Сейчас зима. Короткий ответ, не дающий возражать, и он уже уходит куда-то вглубь офиса. Начальница, словно очнувшись, тут же орёт на девушку, огрызаясь и оскорбляя вдвое сильнее, чем обычно. Наде почему-то снова хочется плакать - и она точно знает, что не разбросанные документы тому причиной. Выходя из офиса, Надя и не узнала бы мужчину, если бы не приметная охряная прядь, которую он со сдавленным шипением пытался запихать под шапку. Девушка даже остановилась, смотря на необъятный шар из одежды. Худой и жилистый как хлыст мужчина потерялся в одежде. Казалось, он решил надеть все пуховики мира. - Всё хорошо? Золотистые глаза тут же уставились на девушку. - Зима... Наконец, ему удалось спрятать волосы, и он решительно толкнул дверь. Надя вышла следом, даже не накинув капюшон - на улице стоял приятный ноль и светило солнышко. Мужчина ускорился, вздрагивая от холода. - Меня Надей зовут!.. Резко выкрикнула девушка, отчаянно пытаясь нагнать стремительно  удаляющуюся фигуру. - Горимир Яромирович Дошин. Имя было произнесено неразборчиво, но Надя услышала. Посочуствовав - это ж какая мать сына Горимиром Яромировичем назовёт - и обрадовавшись ответу, она тут же попыталась разговорить мужчину. - Почему Вы увольняетесь? - Зима. - ...? - Никогда не выхожу из дома зимой. Надя про себя фыркнула - конец ноября, какая к чёрту зима - но мило улыбнулась и продолжила расспросы, а потом и вовсе защебетала, жалуясь на начальницу. С Егором - он разрешил себя так называть - было уютно и спокойно. Она и не заметила, как вошла следом за ним в подъезд и очнулась только у двери в квартиру. - Ой... Она резко покраснела. Вдруг Егор подумывает, что она напрашивается в гости? Фантазия тут же нарисовала уютную холостяцкую берлогу, свободную и с большими окнами. Дверь резко открылась, и на порог вышел, пропуская Горимира внутрь, странный мужчина. Надя сначала долго думала, почему часть его волос была выкрашена в тёмно-серый, но потом поняла - вышедший человек был почти полностью седым. Надя тут же попыталась представить его полностью в таком мышином цвете - картинка почему-то не складывалась. Мужчина же смотрел на неё жутким немигающим взглядом, давящим даже сквозь стёкла очков. "Похоже, это у них семейное" - подумала Надя, смотря, как Егор снимает три свитера одновременно. - Какого цвета на ней куртка? Надя удивлённо захлопала рестницами, но Егор остался невозмутим. - Красного. Открывший дверь многозначительно покивал. Егор переобулся в домашние тапочки и вышел назад, на лестничную клетку, пожимая плечами в ответ на недоумённый взгляд. - У папы редкая форма дальтонизма*, он видит мир только в оттенках серого. - Зачем тогда... "Зачем тогда ему знать цвет моей куртки?", хотела сказать Надя, но вовремя прикусила язык. Впрочем, старший мужчина всё равно понял её мысль. - Мой сын сказал не совсем правду. Дождавшись ещё одного недоумённого взгляда, он продолжил. - Перед приступом эпилепсии я вижу цветные галлюцинации. Он запрокинул голову и громко расхохотался - такое потерянное лицо было у девушки. Теперь она смотрела на отца Егора с жалостью - за что ему это всё? Тот, казалось, снова прочитал её мысли. - Девочка, я счастливейший из людей. Если бы не мои болезни, всё стало бы гораздо хуже. Пойми... Тут он резко замолк и замер. Через пару секунд в дверном проёме показался ещё один мужчина, и Наде стало всё понятно - вот от кого Егор унаследовал немигающий взгляд, походку, голос. Охряные глаза проникали в самую суть, и девушке мучительно захотелось прикрыться. - Ты-то чего выполз из своей норы, змеюка? Зима же... Мужчина не ответил, только перевёл взгляд на Егора. Тот молча отрицательно мотнул головой, и третий мужчина кивнул. Тут все обитатели квартиры, как по команде, обернулись на Надю. - Ну, я пойду... Синхронный кивок двух голов и тихий хмык от Егориного отца стали её дорожным напутствием. Когда волнение улеглось, девушка вышла из дома на мороз и пошла уже к себе, напевая какой-то прилипчивый попсовый мотивчик. В голосе уже вовсю кружились картины, как Егор зовёт её в кино, потом домой, потом гулять... Гормирен нерр** Ушосс-Нах Дош усмехнулся. - Работа? Голос отца был как всегда сух и безразличен для человеческого слуха. - Уже подал заявление. Ух, и уговаривали же его! Впрочем, как будто это имеет значение. Отец кивнул, папа кивнул тоже - и оба они ушли внутрь квартиры, о чём-то переговариваясь. Рен посмотрел на лестницу, по которой только что сбежала Надя. Человеческая самка явно им заинтересовалась. Впрочем, ему нет до этого дела - Жрецы Девы остаются невинны весь срок службы. Конечно, стоит исчезнуть хоть одному условию, договор будет расторгнут, но девица к тому времени уже состарится и умрёт - ни папа, ни отец покидать этот мир не собирались. Рен улыбнулся, вспоминая свой дрожащий детский голосок, когда он заключал ту сделку. За все эти годы не пожалел ни секунды. Если есть возможность, почему бы о бедном студенте не замолвить словечко?... _________ * такая форма дальтонизма действительно существует. Больных называют монохроматиками, и их не больше процента от числа всех дальтоников. ** нерр - жрец Девы.