Не отрекаются, любя

Я не помню, как доехал домой. Я был словно в тумане. Меня никто никогда так не унижал! Никто! Этот урод, словно играючи, заламывал меня. Я не мог себя контролировать — орал, истерил, нападал... О, Боже! Какой позор! Как мне в глаза теперь всем смотреть?! Все видели мое унижение, мое падение с пьедестала короля универа до обычной сопливой истерички. Тошнит жутко, в груди как будто кто-то сдавливает сердце и не дает дышать... Чувствую, что задохнусь... Пытаюсь расстегнуть рубашку, чтобы вдохнуть, слышу, словно сквозь вату, чьи-то вскрики, звук рвущейся ткани... Голос мамы... Потом я стону, просто вою. Поток слез, вроде бы легче... Слезы не могу остановить, они водопадом льются и обжигают лицо и шею... Боль в груди постепенно проходит, я смог даже отхлебнуть воды из стакана, который протягивала мама. Оглядываюсь, как после обморока, понимание приходит постепенно. Я у себя в комнате на кровати, рядом ошарашенное лицо мамы, в дверях домработница переминается с ноги на ногу. — Мам, оставьте все меня!!! Не хочу никого видеть, — снова поток слез. Да что же такое?! Надо взять себя в руки и не могууу. — Солнышко мое, радость моя, успокойся... Шшшшшш... Не плачь... Все хорошо... Мама с тобой, — она гладит мои волосы и укачивает, как ребенка, и меня немного действительно отпускает. Засыпаю... Просыпаюсь, и первое, что приходит в голову, это события в университете. — Мам, который час? — голос охрипший и низкий, но я пытаюсь улыбнуться, чтобы не пугать и так перепуганную моей истерикой мать. — Полдень, ты почти сутки проспал. Сыночка, что случилось? Я не знаю, у кого как, но моя мама — это мой друг. Верный друг. Всегда переживает за меня и помогает во всем. Отец... Он строгий... Любит, но какой-то он холодный и отстраненный. Я не могу вот так просто сесть и поговорить о своих проблемах. Он с детства меня учил решать свои проблемы самому. Так поступают настоящие мужчины. Ну а если у меня уже просто нет сил бороться? Если я просто нуждаюсь в ласке и совете? Вот тогда и иду к маме. Она поможет, она пожалеет... Мой самый родной человек. И мне плевать, что подумают обо мне... Триста раз назовите меня маменькиным сынком, а мне все равно. Нет сил быть сильным. Маме рассказываю все. Мы долго говорим. Она гладит волосы. Мне хорошо от ее спокойного тона. Сколько силы в характере этой хрупкой женщины. Я просто восхищаюсь! Она говорит ровно, спокойно и уверенно. Теперь я знаю, что делать, как себя вести, как наказать обидчика. Спасибо, мамочка. Я пью успокоительное и снова сплю. Завтра... Все завтра... Будет день — будет пища. Я уничтожу тебя, Ян Месяц. — Олег? Привет. Это Алекс Милославский... Да, все хорошо... Спасибо... Сам как? Ааа... Ну, супер... Слушай, тут дельце одно есть... нет-нет, все хорошо... Надо просто инфу на одного чела найти... Да-да... Все, что можешь. Ян Месяц. Да, как всегда. Спасибо, дружище! Буду ждать. С меня причитается... Ну как всегда... Не обижу. Воскресенье однозначно начинается просто зашибительно. Голова и мысли светлые. Мамочка, как я тебя люблю. Ты права, у всех есть слабые места, куда можно надавить. У всех есть, что скрывать и прятать. Не с тем ты войну начал, Ян! День сегодня просто чудесный. Солнечный такой, что хочется скакать от радости, как жеребенок. Легкая пробежка, завтрак, валяние возле телика. Сегодня еще к репетитору по английскому надо попасть. Лениво собираюсь и выезжаю. Ехать на другой конец города где-то минут 20. Открываю окно в машине, подставляю лицо первым весенним лучам солнца и улыбаюсь. Музыка из динамиков заряжает энергией и позитивом, Аndain — Beautiful Things — моя любимая тема. Такая прекрасная музыка, а у меня на уме какие-то странные картины — расчлененка. Ха-ха-ха. Труп этого ублюдка. Радуюсь своим мыслям, как ребенок. У меня еще никогда ни к кому не было такой всепожирающей ненависти. Вспоминаю, как Машка мне кричала, что я никакой, что я избалованный ребенок, что я полный ноль в постели. Пытаюсь стряхнуть противные мысли и отвлечься, чтобы настроение не портить. Буду и дальше наслаждаться надеждой, что Олег что-то нароет на этого урода, и я его растопчу, как таракана. Унижу еще больше, чем он меня. Позанимались английским с Анной Павловной до вечера. Уже семь. Моя репетитор пожилая женщина, но с ней всегда интересно. После занятий, по уже установившейся традиции, пьем чай с пончиками. Выбрался от нее только в полдевятого вечера. Темно уже. Звонок... Блин, где телефон? А, вот! Макс... Нет, блядь, пошел на хрен. Предатель! Ты заодно с этим ублюдком. Кто друг этому — мне враг. После того, как заехал в бар поболтать с другом барменом, прошло еще два часа. Пора домой выдвигаться, завтра понедельник. Надо выспаться. Уже завожу машину и тут вижу знакомый суперкар. Сам не понимая, что делаю, следую за ней. Конечно, это не так просто, он ко всем своим супер-качествам еще и супер-водитель, мать его. Но на такой машине тяжело затеряться. Тааак... Подземная парковка в супермаркете... Мозг кричит мне:« Остановись!!! Оставь эту затею», но ноги сами меня несут за ним. Я, как шпион из блокбастера, незаметно следую за ним, натягивая сильнее свою стильную шапочку-чулок, чтобы волосы не выглядывали. Типа замаскировался. Хе-хе. Ну что ж, супермен, посмотрим, как и чем живешь, где время проводишь. Может, он пришел картошку просто купить? Супермаркет ведь... Но я продолжаю за ним идти, выискивать его фигуру в толпе, как будто от этого зависит моя жизнь. Так мы быстро куда-то идем. Он меня не замечает. Занят разговором по телефону. На плече спортивная сумка. Нет, не продукты ему нужны... Так быстро, стремительно он проходит через весь маркет и выходит уже на улицу. Я за ним. Где это мы? Ааа, понял... Куда дальше? Идем еще минут десять. Ага... Тут клубы, казино, разные развлекательные заведения. Играешь в казино? Нет... Мимо... Ах! Вот! Он заходит быстро в какой-то клуб. Я минут пять стою на улице, потом захожу тоже (хорошо, портмоне с собой взял). Музыка так орет, что можно оглохнуть, людей просто море, как будто сегодня пятница или суббота. Где же мне искать его? Ладно, закажу себе бокальчик вина пока, а там посмотрим. Что это за клуб вообще? Почему этот мужик мне моргает? Я оглядываюсь не спеша... Охуеееееть. Да это же притон для педиков! Блядь, блядь, блядь!!! Гей-клуб. Замечательно просто! Значит, наш супермен — педик гребаный. Это же супер! А маскируется под натурала, вон и с Ленкой мутит... Так это просто охуенная новость. Можно и Олежеку отбой давать, только бы пару кадров интересных снять... Ну где же ты, голубая задница? Я, уже не скрываясь, брожу по залу в поисках Яна. Не обращаю внимания на улыбочки и шлепки по заду... Лишь бы найти. Где он, блядь!? Ничего... Я дождусь. Сажусь назад за бар (там лучше всего видно весь зал), жду... Куда он ушел? Нет, он здесь... Я нутром чую, здесь подлец... Заказываю от радости себе виски, жду... Бля, уже третий стакан пью, а мне, между прочим, за руль... Верчу головой... Нет нигде... Наверное, уходить надо. Проворонил, Алекс, ты свое счастье! На сцене начинается какое-то действо, визжит трансвестит тоненьким голоском, подражая женскому. По ходу, сейчас шоу- программа будет. Ладно, позырю быстренько и домой пойду. Я теперь знаю твой секрет, супермен. Ты — гей, гребаный педрила. Я буду сюда приходить по выходным, пока не поймаю тебя с поличным. Терпения мне не занимать. От мыслей меня отрывает взрыв аплодисментов и свист в зале, я невольно поворачиваю голову к сцене. Музыка крутая, сам люблю эту тему My Darkest Days- Porn Star Dancing. На сцене почти темно, только синий свет откуда-то сбоку падает. Различаю силуэт накачанного парня в шляпе и кожаных штанах, оголенный торс. Я покачиваюсь на стуле в такт музыке и, должен признать, парень танцует так, что даже у меня, парня-натурала, дух захватывает. То ли от выпитого, то ли от головокружительного танца, но я чувствую какое-то странное трепыхание внизу живота. Бляяяядь. У меня встал. Пиздец, надо выбираться из этого пидарского места... Но не могу оторвать глаз от сцены. Я, как под гипнозом, смотрю, даже чувствую его запах... Черт, что со мной? Такие движения плавные, потом резкие и агрессивные ... Вот штаны улетают в зал... Боже, помоги мне! Я весь в огне. Стояк такой, что мне становится больно. На нем не стринги, боксеры... Он гладит себя по бокам, потом резко прыгает на пилон и что-то вытворяет невероятное... Шпагат в воздухе, ноги, руки, ноги, руки... Я не могу не то что лицо разглядеть, а даже понять, какой у него цвет волос... Он — вихрь, вихрь желания... Мое сердце готово выскочить из груди, когда он с высоты падает вниз и на миллиметр от пола застывает... Боже... Я кончу сейчас! Я весь горю, и мне нечем дышать. Потом резкая вспышка света — сцена загорается ярким светом. Парень голый... Прикрывает шляпой причинное место... Лицо... Нет! Я со всей силы грохнулся со стула. Меня кто-то пытается поднять. Нет! Нет! Не трогайте меня! Я не пьян. Я быстро плачу и просто вылетаю на улицу, где меня в ближайшем углу сразу же загибает рвота. В голове шум... Меня шатает... Так, дойти до машины. Там спасение. Мне плохо... Рвет еще минут десять... Нет! Это невозможно просто! У меня встал там в зале, когда я смотрел... Подонок! Сдохни!!!