False trail

Грей метался по помещению, то и дело сбивая с ног остальных волшебников и поглядывая на входную дверь в надежде увидеть в проеме розовую шевелюру Драгнила. Несколько недель назад Нацу покинул гильдию, решив в одиночку отправиться на поиски Игнила, и с тех самых пор никто из «Хвоста Феи» его не видел. Все это время я сходил с ума от неизвестности и срывался на каждом встречном-поперечном, не зная, почему вдруг стал так реагировать на все и вся. Но недавно, за кружкой теплого жасминового чая с тортом в доме Эльзы до меня дошло, что я попросту влюбился в этого наглого, эгоистичного, глупого... - Нацу?.. – прошептала Эльза, когда я сидел в кресле напротив нее, медленно потягивая сладкий чай. Только Скарлетт могла предложить к торту сладкий чай. – Нацу! Ее вскрик заставил меня подскочить на месте и в момент выбежать на улицу в поисках столь заметного и неизменного шарфа, и я застыл, когда поймал на себе прожигающий взгляд драгонслеера. Он вернулся… он действительно здесь! Не отдавая себе отчета в собственных действиях, набрасываюсь на Драгнила и с размаха обрушиваю кулак на его челюсть, зажмуриваясь от неслабой боли в костяшках пальцев. Снова размахиваюсь и ударяю, но уже другой рукой, понимая, что он запросто может скинуть меня на землю и устроить драку в стиле прежних времен, что, наверное, больше никогда не вернутся. Но Нацу просто лежит на кирпичах Главной площади, подставляясь под новые удары и не пытаясь сопротивляться. - Какого… хрена… ты… творишь?! – каждое мое слово сопровождалось все новыми кулаками, но теперь, заметив бездействие драгонслеера, я не могу бить с той же силой и постепенно опускаю руки, позволяя им безвольно повиснуть вдоль тела. – Ты хоть можешь понять… Последние слова я прошептал, сорвав голос от криков на всю улицу. Драгнил медленно поднялся, скинув меня с себя, как ненужный балласт, и, улыбнувшись, пошел в сторону Эльзы, что стояла возле своего дома и явно не могла поверить собственным глазам. - Я не нашел его, - негромко произнес он, пройдя мимо волшебницы в ее квартиру, где все еще лежали на столе остатки нашего чаепития. – Снова ложный след… А что у тебя есть из еды? - Ты просто урод, Нацу Драгнил, - мои слова заставили его остановиться и оглянуться на меня, кое-как поднявшегося на ноги. – Не только я, но и Люси и Эльза волновались, думали, что ты больше не вернешься. А ты так вот просто заявляешься сюда и требуешь еды, словно ничего не произошло. Ты самая настоящая скотина. С этими словами разворачиваюсь и покидаю площадь, а люди передо мной расступались, словно я в момент стал буйным и особо опасным. С тех пор прошло три дня. Я не появлялся в гильдии, решив, что все, кому могла понадобиться моя скромная персона, могут прийти ко мне домой, где увидят бардак и разбросанные по полу вещи. После возвращения Нацу я рвал и метал, выплескивая все эмоции, скопившиеся за те недели, что Дракона не было поблизости, а после наслаждался тишиной и покоем где-нибудь в безлюдном месте на окраине Магнолии. Все это время я думал над поступком драгонслеера и не мог понять, почему он не поставил никого в известность о своем уходе и не рассказал, что вернется. Зачем вообще нужно было покидать гильдию, словно собирался уходить насовсем? Наверное, в самом вопросе и кроется ответ. Он действительно хотел уйти. - Эй, Грей, - послышалось сзади, когда я медленно брел по небольшой тропинке, ведущей из города. Об этом месте знали немногие, но, судя по всему, Нацу был из их числа. – Подожди. - Чего тебе, Саламандр? Пренебрежительный тон явно не остался без внимания, и я схлопотал затрещину в виде огненной магии Драгнила. - Черт, придурок, больно же! – заорал я, потирая пострадавшую макушку и раздраженно глядя на причину моих страданий. Этот человек никогда не изменится. – Что хотел? Огненный без лишних слов подошел ко мне и резко притянул к себе, отчего я уткнулся носом в его шею, где четко чувствовался его учащенный пульс. Не скажу, что это было неприятно, но я стал вырываться скорее от неожиданности, чем от нежелания находиться в непосредственной близости к Нацу. Он же просто прижал меня еще крепче, лишая всякой возможности двигаться, и я сдался, невольно прильнув к его горячему телу. - Теперь я никуда не уйду.