Wizard

- Могу поздравить тебя, Ирвин, твоя татуировка готова, - воскликнул тату-мастер, откладывая в сторону машинку. - Ну, наконец-то! Я уж думал, что никогда не дождусь завершения, - Эштон взял в руки майку, но все не решался ее надеть, дабы случайно не задеть произведение искусства на его ключицах, которое все еще требует тщательной обработки. Татуировка удалась Люку, хотя мастер с самого начала опасался браться за нее: уж больно много в ней мелких деталей, которые за пять минут не нанесешь на кожу. Однако работа не провалилась, а это значит, что Люк может спокойно выдохнуть. Правда не так уж и спокойно… А началось все с того, что в небольшой, но небезызвестный тату салон, к Хеммингсу пришел очередной клиент. Это был парень, лет двадцати на вид, с короткими, непослушными волнистыми волосами. Эштон Ирвин. Люк не слышал о нем раньше, но, как оказалось, это сын одного очень влиятельного человека в Штатах. Парень сразу показался Люку довольно активным и оптимистичным. Единственное, о чем Эштон молил тату мастера – это о стерильности. Он несколько раз уточнял, все ли меры предосторожности соблюдены. В итоге, Хеммингс заверил клиента, что за такую цену он просто не имеет права сделать что-либо не так. Да и с законом проблем ему тоже не особо хотелось. От анестезии парнишка, по каким-то непонятным причинам отказался, и это была первая проблема, с которой пришлось столкнуться Люку. Все-таки наносить татуировку на ключицы – вполне болезненно, и отнюдь не каждый может спокойно перенести вереницу сеансов. Однако Эштона сложно было переубедить. В итоге, на протяжении всего первого сеанса, Люк слышал периодические вскрики, стоны и прочие звуки, которые мешали мастеру спокойно работать. В самом деле, это был еще не самый худший вариант. Порой клиенты кричали на весь кабинет от боли, а заставить их замолчать было невозможно в принципе. Клиент платит, значит, он вправе и кричать, и плакать, и даже ерзать. Все это невероятно утомляло Хеммингса. Он, разумеется, привык к подобным реакциям, но все-таки лучше было бы работать в спокойной атмосфере, не отвлекаясь ни на что. Возвращаясь к первому сеансу Эштона, Люк вспоминал, как парень закрывал глаза и резко вдыхал воздух носом, чтобы хоть как-то притупить боль. Он часто постанывал, от чего сам Люк (как ему казалось) чувствовал вибрацию в теле парня. Возможно, он придавал слишком большое значение всем этим бесконтрольным движениям клиента. Да чего уж греха таить, даже не «возможно», а точно: Люк действительно отдавал чуть ли не все свое внимание вздохам Ирвина. Как бы странно это ни звучало. За четыре сеанса мастер выполнил поставленную задачу. А еще, за четыре сеанса, Люк очень сблизился с Эштоном. Все из-за чрезмерной общительности парня. Ирвина невозможно было заставить молчать (хотя Люку и не хотелось этого делать). Даже испытывая боль, он пытался задавать вопросы мастеру. Одним из них был: «Скажи, а у тебя есть татуировки, которые ты набил сам себе?». Этот вопрос ему задавали многие, но Эштон сделал это принципиально иначе. В каком-то своем особенном стиле. Даже корчась от боли, парень прохрипел этот вопрос. Люку пришлось отложить машинку и отойти в сторону, что бы хорошенько просмеяться от этой нелепой сцены. Вопрос был личным, почти интимным, потому что татуировка, которую набил Люк сам себе, все-таки существовала, и она имела свою историю. Поведав об этом Ирвину, мастер вернулся к работе, а Эштон боялся дальше задавать вопросы. Ему было так неловко от того, что он заставил незнакомого человека вспоминать о своем не самом легком прошлом, что Эш дал себе слово: он искупит свою вину. Вот только как – на этот вопрос Ирвин долго искал ответ. - Итак, как обрабатывать ее ты знаешь, я тебе об этом уже не раз напоминал, - завершив все рабочие моменты, Люк снял медицинские перчатки и кинул их на железный столик с рабочими принадлежностями. - Спасибо огромное, дружище, ты просто потрясающий! – Эштон стоял напротив зеркала, слегка наклонившись вперед, и рассматривал новую татуировку. Это были две совы, которые располагались ближе к плечам, а между ними были изображены изящные ветви дерева с пышной листвой, в которой путались ленты и маленькие надписи. Ветви переплетались между собой, это и делало татуировку сложной. - Если вдруг надумаешь сделать еще одну, мои двери всегда открыты, - Хеммингс улыбнулся, закусив губу в том месте, где располагался пирсинг. Эштон стоял напротив зеркала в одних подвернутых джинсах, которые позволяли увидеть щиколотки парня, на его голове был полнейший беспорядок, а яркая татуировка эффектно подчеркивала четкие ключицы. Зрелище было весьма и весьма завораживающее. Так подумал и Люк, который теперь полностью мог видеть чудесное тело Эштона, его сильные руки и торс с отчетливыми кубиками. - Слушай, я тут думал все, - Ирвин оторвался от татуировки и теперь обратил внимание на мастера. – Я хотел загладить свою вину. - Какую еще вину? – Брови блондина поползли наверх. - Ну, знаешь, я все никак не мог забыть тот разговор, когда я случайно заставил тебя рассказать о твоей татуировке. Все-таки это было слишком личное… - Брось, это уже не так ранит, как раньше, - отмахнулся Люк. - И все же. Предлагаю выпить за мой счет. - Прости, на этой неделе никак не получится. Полный завал, заказов много, и мне придется рисовать эскизы каждый чертов вечер. - Тогда на следующей? – Эштон не собирался сбавлять обороты. Тем более, Люк очень приятный парень и проводить время с ним было здорово. Ирвину совершенно точно не хотелось расставаться с мастером так быстро. - Посмотрим, - Люк улыбнулся парню, после чего отвел глаза в сторону. Это было слишком глупо, но что-то во взгляде Эша было не так. Не мог Люк спокойно смотреть ему в глаза. - Я позвоню, - почти с вызовом в голове проговорил Эштон. - Я верю. - Тогда… До встречи? – Эштон надел майку и с простой улыбкой на лице направился к двери. - До встречи, - Хеммингс проводил взглядом Эштона. Когда дверь захлопнулась, Люк подбежал к окну, которое, к великому счастью парня, выходило на дорогу. Через несколько минут он заметил Ирвина, который медленно подошел к черному «Cadillac», сел в салон, но не отъезжал еще какое-то время. Люк поймал себя на мысли, что уже ждет звонка от парня. Эштон положил руки на руль, однако заводить машину все еще не решался. Кожа, под которую нанесли чернила, все еще болела, но не это было причиной, почему парень все еще стоял на месте. Ведь он обещал позвонить, но так и не спросил у Люка номер. Вернуться было бы глупо, а не вернуться… Еще глупее. Тяжело вздохнув, Ирвин завел автомобиль, обдумывая, где и как он узнает телефон тату мастера. И как жаль, что в этом салоне блондин работает не один...