Любовница

Любовь? Это какая, когда держатся за руки? Нельзя всю жизнь держаться за руки, потому что рано или поздно руки затекут. Такая любовь всегда кончается (с) Я. Вишневский «Постель». Два года назад, Лос-Анджелес

      Девушка ехала по направлению к дому, размышляя над всем, что произошло. Мимо быстро проносились улицы, люди, магазины, фонарные столбы, но это все сливалось для нее в одно сплошное пятно, она не замечала этого. Перед глазами стояла красивая, смуглая девушка с обворожительной улыбкой, которая с выражением собственницы обняла Тома и поцеловала его. Она не могла до конца понять смысл, который, точно снег в декабре, медленно свалился на голову: у. него. есть. девушка.       У него есть девушка!       Тогда какого, спрашивается, черта он вообще так прямо ухаживал за ней, она не могла понять по-другому его слова, выражения, жесты. Это можно трактовать только одним образом, но именно здесь снова становится непонятно: зачем, если у него есть она? Эва не могла еще понять того, почему он так обратил на нее внимание, пригласил гулять.… Все, что случилось с Майклом, выбило ее из колеи, как бывает, когда машина едет быстро-быстро и вдруг врезается со всего размаха в столб. Внезапно и очень больно. Но Том… Он помог избежать длительных депрессии и самобичеваний своим появлением, а тут выясняется, что у него есть девушка. Эва не могла этого понять, никак решительно.       Она вдохнула и выдохнула, медленно, закрывая глаза. Почему же все так сложно и больно всегда? Но на этот вопрос уж точно вряд ли найдется исчерпывающий ответ. Сейчас она чувствовала себя так, словно столкнулась с большой, но непонятной преградой: нужно только как-то перелезть через нее, а как – неизвестно. И она бегала вдоль этого, торопилась, но все было тщетно, все погружалось во тьму…       - Девушка, уже конечная, - сказал чей-то добрый голос. Эва резко открыла глаза: как оказалось, она задремала и доехала до самого конца маршрута.       - Ох, спасибо, - Сайм встала и направилась к выходу, чтобы сесть на другой автобус и уже доехать до своей остановки. В голове долбили маленькие колокольчики, было трудно сконцентрироваться. Только на половине пути ее окончательно разбудил телефонный звонок: на дисплее ярко горело имя Тома. Поколебавшись небольшое мгновение, Эва все-таки решила взять трубку и послушать, что он скажет:       - Алло.       - Эва, милая, прости за этот инцидент, я не думал, что она там будет, правда, - тут же заговорил он, не давая даже вставить слово девушке. – И вообще не думал, что ее встретим, понимаешь, я не хочу с ней больше встречаться, это давно началось, но… Черт, так получилось, я даже не знаю, как это объяснить…       - Том, просто скажи, что у тебя уже есть девушка. Скажи, пойми это сам и перестань мне звонить.       - Стой, Эва, я не могу так. Надо тебе все объяснить при встрече. Ты где?       Его голос был такой обезоруживающий, такой обволакивающий, что Сайм, погруженная в меланхоличность, сама не поняла, почему она согласилась на встречу. Она назвала ему адрес парка, мимо которого сейчас проезжала, а сама вышла на ближайшей остановке, подошла к красивой, белой лавочке под сенью раскидистого дуба, около самого озера. Лениво летали утки, плавая прямо посередине, они крякали так громко, что закладывало уши. На зеленой траве, под деревьями тут и там сидели люди с книжками, или с едой на расстеленных пледах, или в наушниках, слушая музыку. Эва любила наблюдать за людьми, особенно за семейными парами с маленькими детками. Она тогда всегда начинала думать о том, как бы сложилась ее судьба, если бы папа не бросил маму, если бы она не осталась жить у бабушки… Тогда она, может быть, и с Майклом не встретилась, не получила бы такой огромной порции боли. Но тут она поняла, что и Тома бы она тогда не встретила, и ей почему-то стало не по себе. Она ясно осознала, что его на своем пути она точно хотела бы встретить. Но почти сразу она вспомнила, что произошло совсем недавно… Вечно все у нее не как у людей.       - Привет, - раздался голос Том позади. Она даже голову не стала поворачивать. Он сел рядом, протянув что-то в шелестящей бумаге. Эва не открывала глаза. – Вот, держи, это тебе.       - Что там?       - Мороженое. Я же обещал.       - Засунь его себе в задницу, Том.       Несмотря на то, что сказано это было не шутливым тоном, парень почему-то начал смеяться.       -Какая ты стерва, я бы не подумал. А показалась мне такой интеллигентной.       Эва открыла глаза, повернувшись к нему.       - Слушай, что тебе от меня нужно?       - Ты мне нравишься.       - И? У тебя есть девушка, я не хочу проводить время с парнем, который обманывает другую, это совершенно недопустимо.       - Ну так я же обещал тебе все объяснить, да? – он положил мороженое рядом с ней. - Так вот, я не люблю Рию, понимаешь, между нами уже давным-давно все не так. Она модель, у нее много в жизни таких вещей, которые я не могу принять, несмотря на то, что я сам из мира шоу-бизнеса, хоть и пока отошел от всех этих дел. Вот все эти модели, актрисы и все в таком роде – они пустышки, лишь красивая оболочка. А ты – другая… - прошептал он, пододвигаясь к Эве. Мороженое, которое лежало между ними, упало. – Какая-то загадочная, таинственная. И очень красивая.       - Не говори глупостей, я – серая посредственность, - усмехнулась Эва. От слов Тома ее бросило в какой-то странный жар и не хотелось от него отодвигаться. – Ты просто с жиру бесишься…       - Нет, - резко сказал он, хватая ее за руку. – Нет. Рия мне правда не нужна, она – не большее, чем пиар-ход от наших менеджеров, это все лишь бизнес. Но ты… Ты мне очень нравишься, меня к тебе так тянет, что не выразить словами. Ты замечательная девушка… - он прошептал это около уха Сайм. По коже сразу же пробежали мурашки. Парень приближался, все ближе и ближе, и вот их губы совсем немного соприкоснулись. Забросив все моральные установки и свою совесть подальше, Эва с жаром откликнулась на его поцелуй, забывая обо всем на свете, весь мир снова поглотила темнота…

***

      Сейчас я проезжала мимо того самого парка, где все решилось. Где я, забыв обо всем, отдала ему свой поцелуй, отдала ему всю свою совесть. Я усмехнулась: вот раньше я была такая наивная девочка, несмотря на то, что было мне не так уж мало лет. Не школьница же, но вела себя именно так. Тогда я еще знала, что такое мораль, считала себя высокой моралисткой, которую оскорбила та намалеванная шлюха с костлявыми ногами, которая стонала под Майклом. А чем же сейчас я лучше ее, по сути? Чем? Только тем, что выгляжу я не так ужасно. И ноги у меня поаппетитнее. Но в целом, поведение мое сейчас оставляет желать лучшего. Так почему же мне тогда ни капельки не стыдно? Почему я так горжусь тем, что нахожусь в положении любовницы, хотя и страдаю не меньше? Почему мне это нравится? Наверное, существует такая когорта женщин, которые от рождения любовницы. Это сто процентов я. Хотя мне тоже ужасно хочется мужское плечо рядом, а не по определенным дням. Но думать долго об этом не пришлось, я уже подъехала к своему дому, а машины Каулитца не было на обычном месте. Ладно, я успела раньше.       Быстро подхватив сумочку, я выбежала и нажала на кнопку сигнализации. Немного покопавшись, нашла ключи от подъезда, бегом направившись наверх, к себе. Квартира была пустая, но еще витал запах моих духов, которыми я брызгалась перед уходом на неудавшееся свидание с тем бизнесменом. Ужасно нудный тип, на самом деле. Вспомнила про книгу Вишневского у меня в сумке. Ладно уж, я снова перехотела ее читать. Наверное, это судьба у нее такая – оказаться на помойке. Я скинула все вещи на столик и хотела принять ванну, но не успела: в дверь позвонили. Сердце заскакало внутри, как умалишенное, внизу живота так сладко потянуло, что я рывком открыла дверь, чтобы быстрее уже попасть к нему в объятия.       Все тот же: немного усталый вид, моя любимая борода стала немного больше. А этот запах… Даже не давая ему времени что-нибудь сказать, я схватила его за кофту и притянула к себе, поцеловав в такие сейчас желанные губы. Он не стал, конечно же, сопротивляться. И когда мужчины отказывались от такого? Не открываясь от него, ногой я захлопнула дверь, а Том, резко поднял меня вверх и понес в спальню, положил меня на кровать, нависая надо мной сверху. Так быстро проявив инициативу в начале, сейчас я хотела быть пассивной, тем более, что чувствовала, что он взял все в свои крепкие руки. Так как я была в платье, то он просто задрал мне юбку и быстро снял с меня нижнее белье. Я почувствовала в себе его пальцы, и тут же вспомнила тот кусок из книги. Надо выбросить ее к чертовой матери. И отогнать эти мысли, сейчас это не нужно.       Но этих предварительных ласк мне было катастрофически мало, я хотела почувствовать его в себе, всего, целиком и полностью, поэтому снова взяла инициативу в свои руки. Кое-как стянув с него футболку, я тут же насладилась великолепным телом, все эти изгибы и твердый пресс сводили меня с ума. Перевернувшись, я оказалась сверху – это была моя любимая поза, в которой я всегда чувствовала его наиболее полноценней, чем в других. Одеяло под нами все скомкалось, я отбросила его в сторону. Рукой потянулась к ширинке, высвобождая наружу его член. Спустилась пониже: ну сейчас я сделаю ему подарок. Мне так хотелось этого именно в эту секунду! Провела языком, он застонал. Как же я люблю доставлять ему удовольствие. Но длилось это недолго – мне и самой уже было очень сложно сдерживаться. Том рывком перевернул меня под себя и, не делая никаких пауз, резко вошел. Я почти лишилась способности соображать, это было так нежно. Так сладко…       Спустя два часа холодное одеяло пришлось снова найти на полу и укрыться, потому что стало зябко. Том, как обычно это бывало, не пошел в душ, а по-свойски обнял меня, притянув к себе. Что-то новое. Сейчас я снова почувствовала себя счастливой и поняла, что для моего счастья не так уж и много нужно. Но это был не предел.       - Я останусь сегодня… - прошептал он, поцеловав меня в голову. Раньше он никогда так не делал. Внутри все пустилось в пляс. Но виду не подала.       - Ну нет, ты слишком много одеяла у меня забираешь, - засмеялась я, закрывая свои открытые ноги. Он засмеялся и укутал меня всю, прижимая к груди.       - И все-таки ты меня не выгонишь. Спи.       - Сплю… - прошептала я, и больше ничего мы не сказали друг другу, потому что оба погрузились в дрему.       Перед сном промелькнула одна мысль: это было начало. Начало наших отношений.       Нормальных отношений.