А у тебя есть сердце?

Пока я обмахивала руками Ориану, пытаясь ее обеспечить притоком относительно свежего воздуха, картинка за моей спиной наладилась полностью. Как я это узнала? Да потому что один симулянт, находившийся на последнем издыхании, просто взяла и в наглую подвинула меня чуть в сторону, при этом усевший поудобнее, говоря: «Что остановилась? Ты не отвлекайся. Давай, маши. Не видишь - мне плохо. У меня душевная травма» - У родителей твоих душевная травма, с того момента, когда ты родилась, наглое чудовище! - Накинулась я на неё с попыткой придушить, но так как ни одна попытка до этого не увенчалась успехом, на полпути я остановилась, и, хитро ухмыльнувшись, вызвав у подруги море подозрений, с наслаждением произнесла: - Отдам твоему будущему мужу весь накопленный мною компромат на тебя. И пока Ориана в панике пыталась придумать как отговорить меня от столь поистине страшной идеи, я уселась поудобнее и стала смотреть в экран. Что же… оказывается, глаза как орган чувств играют немаловажную роль в нашей жизни. Так зеленое может быть красным, выбранная вами чудодейственная вещь со слов людей в реалии окажется полное г*, а тройничёк на деле будет всего лишь попыткой поднять не подъемное. Если кто не понял я о Графе. Вы же помните, что благодаря одной личности Адам в прямом смысле провалился под пол вместе со сластёной? Так вот… Теперь они пытаются его достать. Точнее пытается Тики, которого и засунули в образовавшуюся щель. Но… сравните Третьего и Первого. Вот вы бы смогли поднять слона? И Тики не смог, даже пользуясь своими способностями. Только ноги ломал, пытаясь выпихнуть бессознательную тушку Графа наверх. Похоже, он, пользуясь своими способностями, именно эти части тела замуровал для опоры в… Ну, будем считать, в камень. Только благодаря своей ускоренной регенерации Лорд Микк ещё не сыграл в ящик, ибо, со слов Вайзли, ехидный мужской голос который мы слышали в начале, Адам несколько раз срывался с веревки (хотя это скорее веревка не выдержала вес такой туши) и падал прямо на Удовольствие. Сам Вайзли, лежа возле ямы, в одной руке, опущенную в эту бездну персонального отчаяния для Тики Микка, держал какой-то камень, испускающий свет, словно от фонаря, наверное для того, чтобы было понятно хоть куда толкать. Рядом с ним сидел Роад, грызя очередной леденец, так же, как мы, наслаждаясь шоу. -... Да не злил я его! - Рык, полный страданий, эхом пронеся по помещению. - Хм-м. Да неужели? - Задумчиво произнёс Мечта, крутя в руках леденец. - А кто посягнул на собственность брата, дяди Тики? - Да откуда же я мог знать, что она его ученица?! - Это они обо мне что ли? На всякий случай отсела подальше от подруги, а то как-то не хочется проверять, на что способна именно эта женщина в порыве ревности. - А я не про неё, хотя и это тоже сыграло свою роль. - Хитро улыбнулся этот маленький дьяволёнок, подходя к яме. - Я о Тизах, которых ты и использовал против ученицы Нея. - Я не знал, что Нея решил исследовать яд акум, использовав его для их выращивания. - Стоп, он сказал яд Акум? Тот самый яд, от которого люди и животные в течение минуты покрываются черными звездочками и просто превращаются в груду песка, а земля становится мертвой? Этот яд?! Так я не просто умирала… от меня даже тело бы не осталось. Рефлекторно рукой схватилась за бывшую рану, и внимательно осмотрела себя. Вроде всё на месте и с меня еще не сыпется песок в прямом смысле слова. - И, благодаря кому эксперимент так и не был завершен в связи с полным отсутствием опытных образцов. - Появился как чёрт из табакерки в поле видимости крайне подозрительно улыбающийся Нея, неся за собой тяжелую ауру.- И раз ты до сих пор считаешь себя невиновным, тогда ответь мне, Тики… Где моя ученица? Не ты ли должен был привести её ко мне? Опа, за мной что, отправили няньку? Это, получается, Тики должен был меня привести к Нея? Но зачем? И тогда почему отпустил нас? Неужели заболел чем-то? И мне одной кажется странным, что об Ориане не было сказано ни слова? Вот даже не знаю то ли обижаться, что меня выдвинули на первый план, то ли… Нет, радоваться я точно не буду! Подруга тоже обратила на это внимание и с вопросом подняла бровь, на что я ей пожала плечами. Кто знает, что творится в мозгах этих стигмальных. - Она сбежала… - Мы аж рты пооткрывали. - Как тогда просто испарилась вместе с этой второй в воздухе. - Кажется, наш мозг своевременно решил покинуть свой дом, боясь перегореть за работой, думая каким чертом Тики нагло врет Нея? Какая ему с этого выгода? Где-то за кадром я услышала, как Ориана томно произнесла: «Это точно любовь» - и я ведь даже не нашла, чем можно возразить! Нонсенс. - Я только успел ей передать противоядие, как она исчезла. - Правда? Вот оно что… Какой ужас! -Трагичным голосом завыл Четырнадцатый, уже успев вплотную подойти к краю ямы, хватаясь за волосы. - Значит, это не она сейчас наблюдает за нами из моей комнаты?  Эть… ЧЕГО, Бл*?! Мозг, вернись! Ты мне нужен. Без тебя у меня начались глюки… надеюсь. Но, судя по тому, что и подруга сейчас замерла, чуть дыша, сменив свой привычный окрас тела на бледный… Пора делать ноги! И, похоже, Тики думал о том же, судя по затишью с той стороны экрана. А пока я пыталась заставить свои ноги двигаться, а Ори для начала просто научить дышать, между тем Карлсон всё больше паниковал, устроив представление одного актёра. Даже Вайзли перестал изображать вселенскую тоску, вынырнул из своего сна и с интересом посмотрел на Нея. - Неужели на ковчег проник кто-то еще? Графу это явно не понравится. Не тайное место, а проходной двор какой-то. - И, наклонившись к яме мрачной тенью, спросил. - Тики, в момент взлома ты был ближе всех к моему дому и должен был видеть кто проник в него. Ничего странного не замечал? Тени, может посторонний шум или… ошметки Тизов? Нет, не видел? В ответ тишина. Чертов шпион спалился. Даже улики толком не убрал, вот как так можно?! Нея, самодовольно ухмыльнулся. - Я так и думал. Мне вот интересно как девушки заставили тебя отпустить их. Угрозы? Шантаж? Предложили нечто ценное? Подожди… - Изумленно поднял он брови. - Ты что просто отпустил их? Ты?! - Во-во, и я про тоже! - А потом он устроится работать в приют и будет помогать бедным. - Встрял в разговор Мудрость Ноя, ехидно улыбаясь. Тут уже вскочил Мечта Ноя, с паникой крича: - Надо срочно обратиться к Майтре, пока не поздно. Дядя Тики заболел! Судя по шуму и последующим за ним мат через мат, на дядю Тики только что свалилась полтонны чистого жира. - Ладно, вы пока разбирайтесь, - развернулся Карлсон и в упор, хищно улыбнувшись, посмотрел прямо в камеру. - А меня дома ждут гости. Невежливо их так долго оставлять одних без внимания хозяина дома. И экран на сей «радостной» ноте потух. - Пи*дец! - Подвела я итоги. - Амелия, м*ть твою, беги играть! - Не сдержалась подруга, переходя на великий язык, толкая меня с такой силой в сторону пианино, что мне даже идти не пришлось. Весь путь преодолела в полёте. - Я еще жить хочу! Вытащи нас отсюда! Я и заиграла так быстро, как могла. Естественно ни о каком погружении в себя не было и речи. Песня не складывалась, музыка больно била по ушам, а от громкого звука даже мебель дрожала. Но мы терпели, и если Ориана могла приглушить звук, просто прижав ладони к ушам, а Тим поглубже закопавшись в тряпки в шкафу, то мне приходилось лишь сильнее стиснуть зубы и играть дальше. Честно, мне кажется, что дверь появилась просто потому, что я жаждала сбежать от этих адских звуков, пока окончательно не сошла с ума, а не потому, что этот теремок скоро посетит медведь в лице Нея. Сама дверь, материализовавшись напротив другой двери, из которой мы вошли сюда, на вид выглядела совершенно обычной, из белого дерева. Ориана тут же подошла к нашему билету, возможно, в лучшую… смерть и открыла ее. На тот момент я уже перестала играть и внимательно следила за подругой. Судя по тому, как Ори озадаченно выглянула за дверь и ногами начала искать пол во тьме, который ожидал её вместо радужного будущего, это самое будущее так же окрасилось во все оттенки чёрного. Она даже включила фонарик в телефоне, решив пожертвовать последними процентами зарядки, но даже отсюда я видела, как тьма просто поглощала свет. Проведя кончиками пальцев по инструменту на прощание, пошла в сторону подруги, попутно захватив Тима, решив присоединиться к исследованию. Я хотела использовать Голема вместо исследовательского зонда, но возвращение законного хозяина дома помешало этим планам. Вот с самоуверенной улыбкой вошел Нея, а вот он уже с этой самой самоуверенностью, не успев толком ничего понять, идёт на свидание с полом. А вы думали, что мы ничего не предприняли, когда поняли, что нас раскрыли? Так как вход сюда был один, было гораздо проще понять где разместить ловушки, чтобы задержать учителя. И пока Нея, чертыхаясь, пытался выпутаться из паутины, сделанные из веревок, которые мы нашли в шкафу, и там же взятую одежду, из которой соорудили аналоги канатов, мы уже стояли возле двери, за которой нас могло ожидать что угодно. - Стойте! - Заметил он наши телодвижения в сторону двери. - Вы не ведаете, что творите! Это опасно. Вы можете там исчезнуть навсегда. - Закричал Нея, и, видимо, испугавшись чего-то, плюнул на конспирацию, и просто встал. Наша ловушка сразу порвалась на части, словно он обладает недюжинной силой. -Зато там нет всех вас. - Сказали мы и, чтобы не передумать, схватившись за руки, побежали прямо в объятия тьмы. А вслед нам воодушевленно неслось: - Всё равно найду… И выбью всю дурь из головы. *** Так вот как ощущает себя самоубийца, выбросившись с высоток. Мы падали и орали на пределе сил. Даже когда голос пропал, не прекращали надрывать свои голосовые связки, хрипев. Ужасное чувство страха без остатка овладело нами. Мы не знали, когда закончится это падение, а вместе с тем и наши жизни, ибо на такой высоте без чуда выжить не сможет никто. Темнота без малейшего признака просветления по-прежнему окружала нас. Мы даже не видели друг друга. Я совсем потерялась во времени: может мы летим час или всего минуту. Как говорят: «у страха глаза велики» - но в нашем случае сам страх будет биться в конвульсиях от ужаса и неизвестности. Мы ничего не могли сделать и изменить, только ждать… непонятно чего. Вдруг в лицо ударило такой силы ветер, что он не оставил ни единой возможности удержать нас вместе. Ветер вырвал нас из рук друг друга и растащил в разные стороны, что я сразу потеряла из вида подругу, а, спустя секунду, перестала слышать и её крик. Полный вакуум и темнота: то, что доктор прописал для получения новых фобий. Я и раньше-то не могла спать без света, когда находилась одна дома. Если выживу, то мои траты на электроэнергию вырастут весьма существенно. А оставшиеся деньги буду тратить на антидепрессанты, успокоительные и… склад оружия! А между тем падение словно ускорилось. И я, чувствуя, что несусь с высокой скоростью, обхватила себя руками, зажав между ними Тима, который успел залезть мне под одежду, стараясь стать как можно меньше, боясь врезаться во что-нибудь. Не знаю как, но я чувствовала, что приближаюсь к своей конечной станции. Вот снова сильный ветер, от которого я аж перевернулась, резкий сильный толчок, словно меня схватили за шкирку и забросили в другую сторону, и я увидела свет в конце туннеля. Даже закралась мысль, что я пропустила момент своей собственной смерти. А когда свет, которой вначале был маленькой точкой, разросся и заполнил собой всё пространство, ослепляя меня и заставляя закрыть глаза, я почувствовала, что… Перестала падать. От шока резко открыла глаза, вскочив, чтобы тут же рухнуть от накатившей слабости и головокружения. Да и глаза, отвыкнув от света, слезились от рези в них. Осознав свою ошибку, я медленно приоткрыла веки и повернула голову, не пытаясь пока встать. И первое, на что бросился взгляд, это… цветы. Обычные луговые цветы, которые росли из земли. Ошалевшим взглядом я стала замечать всё больше деталей, пока мозг не сложил один плюс один, и не вывел цифру: «3». Походу меня выбросило на какую-то поляну, вблизи реки. По расположению солнце сейчас было или раннее утро или поздний вечер. Хотя, проследив за движением солнца, верный первый вариант. К таким вывертам пространства часами я уже успела привыкнуть, если бы не одно «НО», точнее даже два: я не почувствовала, как двигалась секундная стрелка и… здесь нет Орианы, а по инструкции из письма того продавца после действия часов, где бы мы не находились в рознь, при перемещении очутимся вместе. Вытекает следующий вопрос: - Тим, мы где? - Обратилась я к голему. Тимкампи, выглянув, словно пожал плечами, и снова затерялся внутри моей одежды.Понятно, что помощи от него не ждать. Вдруг со стороны реки я услышала странный плеск, а вслед за ним пронзительный детский крик, которому вторил второй. Не задумываясь, рванула в сторону шума. Нацепив колтунов с репейниками, одаренная царапинами везде, докуда смогли добраться «щедрые до ласк» ветки и трава, кулем выскочила из камышей. За секунду смогла оценить обстановку. Один мальчик, лет пяти-шести, находясь по коленах в воде, плакал, зовя на помощь, готовый присоединиться к другому ребенку, которого успело унести течение на десятку метров, только голова и мелькала у того из воды. Я тут же, наплевав на всё, неизвестно куда забросив сумку, которую сама не поняла, как смогла удержать при себе, кинулась в ледяную воду. А ведь в нашем мире была осень. Привет, пневмония! Течение было для меня слабое, а для ребенка очень даже сильное. Я только и успевала поднять голову, чтобы смотреть, куда стремительно уносит ребенка, который все реже и реже показывался из воды. Я успела его подцепить в тот момент, когда ребенок уже начал уходить под воду. Схватив малыша и прижав спиной к своей груди, начала плыть назад, спиной к берегу. Меня сначала дико напугало, что ребенок абсолютно никак не реагировал, пока я его тащила, но стоило лишь сильнее зажать его, надавив на грудь, как он сильно закашлял. Отлично - жить будет. Достав до дна, стало намного легче тащить мальчика. Второй, размазывающий сопли по лицу, пытался помочь тащить своего друга… в итоге пришлось тащить их обоих. Малыш наступил в подводную яму, резко ушел на дно, и успел набрать воды, пока я не вытащила его за шкирку. Теперь двое, сидя на бережку, дрожа от страха и холода, прижались друг к другу, отходили от экстрима, которые охватили с лихвой. -Ну что, ребенок… - Выжимая волосы и одежду, с улыбкой обратилась я к спасённому. Дети с посиневшими губами, всё ещё дрожа, посмотрели на меня с таким взглядом, словно на волшебника какого-то. - Поздравляю тебя с твоим вторым днем рождения. А теперь детишки… Где ваши родители? - Тут же стала я серьезной, и села, чтобы быть с ними на одном уровне. - Почему вы одни находитесь здесь? И зачем вообще залезли в воду?! - М-мы х-хотели с-с-делать м-м-маме сюр-р-приз и п-п-принести кув-вшинку. Я по-лл-лез в воду, а т-т-там была змея. Я ис-с-пугался и уп-п-пал. - Стуча зубами, заикаясь, ответил ребенок. - С-с-спасибо, что спасли меня и б-б-брата. Вроде мелкие, а прекрасно понимают, что с ними могло быть. - То есть вы здесь совершенно одни? - На мой вопрос они в согласии кивнули головой. Смотря на детишек, пока радует лишь одно - температура здесь была на порядок выше, чем у нас дома. Если сравнивать, то, по ощущениям, было градусов двадцать три-двадцать четыре. А, значит, если успеть их завести в тепло, то плохих последствий можно избежать. - Вы далеко здесь живёте? - Р-рядом. - Ответил второй мальчик. Собрав их быстро, мы, мокрые как крысы, дрожа, пошли в путь. Я боялась, что мне придется нести их, все-таки детский организм после такого стресса может многое что сотворить, но дети бодро топали впереди, успев отойти от страха (все-таки детская психика довольно гибкая), а через минуту, немного затормозив, сначала неуверенно, а потом быстро, словно боясь передумать, взяли меня за руки. Так и шли, минуя первые дома, которые появились уже через минут пять. А ещё где-то через три дети привели меня к дому, который находился на вершине и чуть в сторонке от других. Возле дверей стояла молодая светловолосая женщина, максимум лет тридцати. Если это их мать, то дети, наверное, пошли в отца: у малышей волосы темные. Как только женщина увидела нас, она тут же побежала в нашу сторону, заключая детей в крепкие объятия. - Господи! - Взволновано говорила она, находясь в шаге от паники. - Вы же меня так в могилу сведете! Я же вам тысячу раз говорила не ходить одни так далеко. Вы снова ходили к реке? В это время сильное течение. Вы упали? Что-то болит? Только не молчите! Вам плохо?! Дети отрицательно покачали головой и заревели, уткнувшись в одежду своей мамы. Женщина тут же сменила гнев на милость, начала успокаивать их, и только потом вспомнила обо мне. Судя по её пристальному взгляду, который оценивающе прошелся по моему виду, приметив, что на мне нет сухого места, как и на детей, она быстро поняла, что это связанно, и уже в благодарности улыбнулась мне. - Пройдемте в дом. Отогреетесь и я вам дам что-нибудь из своих вещей переодеться. А потом мне бы хотелось услышать, что натворили мои дети. Дом внутри был уютным, даже и не скажешь, что сейчас средневековье. Сейчас мы, уже одетые в сухие одежды, сидели на кухне и грелись, отпивая из горячих кружек вкусный чай. Дети еще запивали его медом, но мне достаточно было и этого. В такой приятной обстановке я и рассказала о нашем маленьком приключение. Мама, которую, кстати, звали Катерина, грозно посмотрела на детей, и, под их напуганные глазки, на месяц наказала их сидеть дома безвылазно, спать после восьми вечера, и есть морковь с брокколи (вот не знаю, почему дети именно этих овощей бояться, как будто это отрава. Я вот в детстве наоборот любила их) а, если нарушат её наказ, то тогда она соберет все их игрушки и выбросит их. Не знаю, что за игрушки, но именно этого дети испугались сильнее всего и клятвенно пообещали быть паиньками. Детишек звали Мааз и Явиш. Первый и был тем, кого я спасла, и да, оказалось им уже есть семь лет. На вид они были практически одно лицо, если не особо приглядываться к ним. Вот у Явиш волосы были чуть волнистыми, а у Мааза они были длиннее. Что у одного, что у второго глаза были карие, хотя у Явиша они были более светлыми с голубой или серый оттенок, в точь как у мамы. - Аллен, - обратилась ко мне Катерина, показывая на окно. - Сейчас поздно. Если вам некуда идти, то лучше вам остаться здесь. Ночи нынче холодные. Это меньшее, чем я могу вам оплатить за спасение моих детей. Из легенды, рассказанной ей, я с подругой путешествовала по миру, пытаясь найти наших родителей, которые отправились на заработки в другую страну и так и не вернулись. На полпути сюда мы решили разделиться, договорившись, что встретимся в нашей прошлой деревне через месяц. Этого времени должно было хватить, чтобы обойти несколько близлежащих населенных пунктов и собрать информацию о группе рабочих, которых они могли увидеть три месяца назад. Конечно, я могла использовать ту же легенду об ученицах историка, но что-то мне не хотелось быть найденной Ноями или акумой спустя несколько часов после побега… и без подруги! По этой же причине я велела Тиму прятаться в моей одежде и не высвечиваться.Сомневаюсь, что в этом мире так много золотых големов. Так я и осталась жить в этом доме. Мне постелили на кухне, рядом с агрегатом, похожий на печку. От него шло тепло, но откуда оно бралось - неясно. Пожелав друг другу спокойной ночи, дом погрузился в ночь и тишину. Подождав некоторое время, удостоверившись, что все спят, я пододвинула к себе сумку и вытащила оттуда часы… точнее две пары часов. Испортил меня этот мир, определенно испортил. Сначала катана, теперь и это. Правда, в случае с часами виновата Ориана… Да и с катаной она же! Поняв, что стрелки часов находятся на том же месте, где я их помнила, обняла сумку, и Тима заодно, чтобы в случае перемещения во сне мои вещи ушли со мной. Но… прошло уже десять дней, а я всё ещё находилась здесь! Одна. Меня уже вся деревня знает, а так же о подвиге, который я совершила. Никогда раньше часы так не задерживали перемещение. Чтобы не быть совсем тунеядцем, я пыталась помочь Катерине по хозяйству и сидела вместе с детьми, пока она уходила по делам. Конечно, я несколько раз возвращалась к той поляне, откуда начался мой путь, в надежде встретить Ориану, но каждый раз возвращалась одна. Дети после спасения ходили за мной хвостиком. Катерина разрешила им идти на улицу, но только вместе со мной и ни дальше десяти домов от этого. С детворой на улице, которая собиралась в целую банду разных возрастов, мы играли в различные игры, изучали местную флору и фауну, кормили кошек и мастерили всякие подделки. Кстати, близнецов очень увлекла игра, где надо было, используя лёгкий шифр, передать кому-нибудь тайное послание. Я объяснила смысл шифра и те, которые я знала. И что можно создать свой, индивидуальный, чтобы никто другой его не понимал. Это как изобрести другой язык. С близнецами мы вместе облазили весь дом, нашли гнездо паука, но иногда я замечала, как дети странно переглядываются, словно скрывая что-то. Поняв, что чем дольше я здесь нахожусь, тем больше подвергаю эту семью опасности, решила уйти завтра с группой, которая выдвигалась за припасами в город. О своём решение я и сказала за столом накануне вечером. Детишки, да и Катерина, выглядели печальными и пытались уговорить меня остаться. Пришлось напоминать о моей липовой легенде, по которой меня ждала подруга в городе совсем одна. Пообещав, что если буду поблизости, я обязательно навещу их, мы легли спать. Правда, минут через тридцать, я услышала, как скрипит половица. Тим, которого я отпускала полетать лишь ночью, тут же испуганно юркнул мне за шиворот, вызвав табун мурашек. А, через минуту, показались те, кто так же почему-то не спал. - Явиш, Мааз, что-то случилось? Вы захотели пить? Дети, отрицательно покачав головой, заговорчески переглянувшись, махнули мне рукой, показывая, чтобы я следовала за ними. Естественно, мне стало любопытно, что эти бесенята задумали. В их комнате горел тусклый свет. Загородив собой часть комнаты, они с грустью спросили: - Ты вправду не можешь остаться с нами? Мы даже согласны уступить тебе свои кровати. Судя по лицам мелких, для них это был самый весомый аргумент, который должен был заставить меня остаться здесь. Нежно улыбнувшись, растормошив им волосы, теперь была моя очередь огорчённо смотреть на них. Дети все поняли и совсем приуныли. Как оказывается быстро привязываются дети совершенно к незнакомым людям, да и я к ним прикипела, и уже чувствую, что сильно скучаю по ним. Братья ещё немного погрустили, и, словно решив что-то для себя, подошли к столу, одним движением сняли с него белую ткань. Под тканью стол оказался полностью завален какими-то деталями, камнями, проволоками, бумагами, а ведь днём всего этого не было! Под мой не понимающий взгляд дети с гордостью произнесли: - Это наши игрушки. - При слове: «игрушка» - на ум приходят всякие куклы, детские машинки, набор лего, плюшевые мишки, но не как не набор юного вундеркинда. - О них знает только наша мама. Мы решили доверить и тебе эту тайну. И подарить вот это, чтобы у тебя была память о нас. - Протянул мне Явиш цепочку, на которой был закрытый маленький бутон какого-то цветка, величиной с мизинец, сделанный из метала. А ещё в нём виднелось маленькое отверстие. Когда я взяла бутон в руки, подошёл Мааз, держа в руках три маленьких ключика. Один отдав брату, второй спрятал в свой карман, ну, а третий протянул мне. - Мы сами сделали это. Вставь и поверни его три раза… - И, сделав паузу, широко улыбнулся, как это делают только дети, договаривая. - И тогда случится чудо. А любопытство всё возросло. Рассмотрев ключик внимательно, я поняла, что он на конце был в виде полой трубы с какими-то углублениями. Под взгляды, наполненный нетерпением, я осторожно вставила ключик в щель и повернула три раза. Тут же изнутри заиграла красивая спокойная мелодия, и бутон начал раскрываться. Выглядело это фантастически. Похоже в моих руках аналог наших шкатулок, только намного круче. Пока бутон раскрывался, малыши начали объяснять: - Внутри на лепестках будут написаны наши имена. У нас есть такие же, только мы же мальчики, и потому добавили несколько другие элементы. - Показали мне вундеркинды свои луковицы, которые больше были похожи на свернувшуюся змею, сжимающая мячик. - Вы это сделали… Сами? - Не смогла сдержать я удивление, с изумлением смотря на них. - За каких-то десять дней?! Мальчики, да вы настоящий кладезь талантов. У меня просто нет слов. Вы просто молодцы! - Крепко обняла я совсем засмущавшихся братьев, благодаря их за такой удивительный подарок. А между тем последние лепестки открылись, становясь похоже на лотос или… на ту самую кувшинку, которую я, уже находясь у реки без детей, увидела. Это был изумительно красивый сини - фиолетовый цветок с ярким красным центром посередине. Уже привычно присев, чтобы быть с мальчиками на одном уровне, начала читать вслух появившиеся имена: - Аллен, Нея, Мана… - Поняв, что я только что сказала, моя улыбка словно приклеилась к лицу. Я замерла, и, наверное, раз двадцать в шоке переводила свой взгляд с детей на надпись, пока не закружилась голова. Даже шея захрустела от непривычного напряжения. - По-по-почему… Откуда эти имена?- Заикаясь, с дрожащими руками спросила я у них. Краем мозга затерялась мысль, что это всё может быть происками Роад или Вайзли, но это слишком даже для них! - Они наши. - Произнёс Явиш, и, вместе с братом, чуть потупили взгляды, застенчиво глядя на меня. - Просто мама считает, что каждое имя имеет силу, но дети уязвимее всего. И если знаешь имя ребенка, то можешь им управлять. Потому, пока мы дети, не должны никому говорить свои настоящие. - Объяснил по-взрослому Мааз. - Но мы тебе верим. Поэтому… - Протянул мне руку ребенок. - Привет, я Мана Д.Кембелл. Моё второе имя Адам. Наверное, я чисто на рефлексах пожала маленькую ладонь ребенка, ибо в голове у меня была полная каша. Если одно имя ещё и могло быть совпадение, то, вкупе со вторым, плюс фамилия, напрочь убило во мне оптимиста. Точнее он самоубился. Что вообще здесь происходит? Я что… нянчилась и спасла само Зло с его братом?! То бишь… Вот это мелкий - Тысячелетний Граф, а это его брат - Четырнадцатый Ной? Погодите… Он сказал Мана?! То есть тот самый Мана? Да вы издеваетесь?! Интересно, а оригинальный Аллен Уолкер в курсе, что тот, кто заменил ему отца, и есть Тысячелетний Граф? Стоп, а чью душу тогда на кладбище вызвал Аллен, если Граф в это время стоял рядом? Взрыв мозга! Ориане, если я вернусь назад, как это ни парадоксально, в будущее, лучше не говорить, что, по факту, если я спасла зло, то являюсь ещё большим злом! Да она же меня живьём сожрёт, когда узнает правду. Погодите, а что будет с их взрослыми версиями, если они вспомнят о девушке, перед которой у них долг жизни? А я ещё их заставляла пить парное молоко и есть кашу, аргументируя, что без этого они не вырастут, и будут мелкими, как муравьи. Бр-р-р. Не думать. А, между тем, за одной ладонью появилась другая детская. - А я Нея Д. Кембелл. Второе имя Уолкер. Прям как твоё. - Радостно улыбнулся мальчик, хлопнув в ладоши. - Может, ты наша сестра? А… хочешь быть моей женой? Вот теперь мне не нужно было изображать изумление. Моя нижняя челюсть решила идти на опережение. - Нет, она будет моей женой! - Звонкий голос Адама вынес остатки мозга из моей головы. Ноги так же решили, что лучше они побудут как можно ближе к полу, а то мало чего ещё скажут эти дети. Теперь я точно буду молиться, чтобы они ничего не вспомнили обо мне. Особенно после того, как мы Графу пытались подобрать спутницу жизни. - Нет, моей! - Уперся Нея. - А тебе пусть будет сестрой. - Тоже стоял на своём будущий злодей. - Я ей сделаю другой подарок. Такой, который не сделает никто. С помощью него она сможет летать. О, вот и начали мальчики мериться кто круче. Продолжайте, а я пока здесь… посижу, подумаю над смыслом своей никчемной жизни. Если следующим перемещением меня перебросит к маленькому Трайду… Хм, возможно я и обрадуюсь, если он будет таким же милым, как эти будущие злодеи. Авось, привью ему любовь ко всему сущему и отобью желание устроить геноцид всем и всякому, особенно ни в чем не повинным девушкам. И с детства приучу, что игрушками нужно делиться. - А я тогда сделаю животное, которое сможет её защищать и которое не нужно будет кормить. И, представь себе, она тоже сможет летать с помощью него. - Та-а-ак, а вот это уже подозрительно, ибо под эти описания идеально вписывается тот, кто сейчас прячется у меня за шиворотом. А вот под описание Маны на ум приходит лишь один инструмент, с помощью которого он летал. Его зонтик - Леро. - Мама говорит, что прошлое нельзя вернуть. Тогда я сделаю так, чтобы это стало возможным. - Ой-ой. Что-то мне не нравится, к чему это ведет. Совсем не нравится. - А я тогда изобрету то, с помощью чего можно побывать в будущем. - Поставил Нея окончательную точку в моих заключениях. Пожалуйста, пусть я окажусь неправа, и часы появились не потому, что я оказалась здесь. А то, если это окажется так… Это что же получается, я сама виновата в их создание?! Подруге об этом ни слова! А лучше ударить себя чем-нибудь по башке тяжёлым, так, чтобы выпали из жизни эти десять дней. Так больше шансов прожить на несколько минут больше. - А пусть она сама решит, кому она будет сестрой, а кому женой. - И одновременно с тем, как дети, прекратив спорить, вместе посмотрели на меня, я почувствовала, что часы снова начали свой ход. Поняв, что я не могу так просто исчезнуть, да и сейчас они просто дети, в которых я не вижу и тени их будущих версий, да и рука не подымится и пальцем их тронуть, пусть даже и в будущем они всё-таки убьют меня, обняв братьев, произнесла: - Сначала подрастите и станьте выше меня. И тогда, если мы встретимся вновь, и вы всё ещё будете ждать ответа, я сделаю свой выбор. И провалилась в очередные американские горки. Пока я каталась, мне было интересно, что дети подумали, когда я исчезла прямо у них на глазах. И увижусь ли я снова с ними, или отныне меня ждут только их взрослые и крайне опасные версии. За секунду до того, как меня выбросило, я почувствовала момент перехода и смогла перегруппироваться. В итоге отделалась лишь ободранной кожей на руках. Не успела я толком прийти в себя после этой болтанки, как перед моим взором появилась нахмуренная Ориана, недовольно держащая руки на боках. - Что-то ты подзадержалась. Так не хотела меня видеть? Хотя мы же впервые не вместе попали в переход, может такой отрыв во времени и норма. - Что-то не шибко-то подруга рада меня видеть. Да и не напугана она, словно ничего странного не произошло. Отсюда вытекает вопрос: - А сколько ты ждала меня? - Да максимум минуту. - Не понял… Какая нахрен минута?! - А, когда мы разделили в той темноте, через сколько ты переместилась? - Да практически сразу. - Насторожилась вмиг она от заданных мною вопросов. - А что, с тобой было не так? «Вообще не так!» - Мысленно завыла я, но тут же себя осадила. Ну уж нет, если я расскажу подруге, что знаю Адама и Нея минимум двадцать лет, и что это наше знакомство началось с их спасения мною… как думаете через сколько подруга сочтёт моё безумие сильнее, чем у Роад? А через сколько в целях высшего блага она захочет избавиться от меня? И это я ещё ей не успела рассказать о причине появления этих злополучных часов. - Видимо темнота притупило мое чувство времени. - Обтекаемо произнесла я, незаметно пряча подарок близнецов под одежду, пока Ориана не увидела. Благо я надела ту же одежду, в которой и переместилась в прошлое. Иначе вопросов было бы не избежать, да и моя легенда явно бы разошлась по швам. - Мне казалось, что прошло значительно больше. - Зато смотри, что я успела увидеть, пока тебя не было. Цени, что такая, как я, оказалась рядом с тобой. - Довольная улыбка озарила ее лицо, когда она головой показала мне направление. Повернувшись, я не смогла сдержать облегченного вздоха. После стольких перемещений неужели мы, наконец, у цели? И если вон на той горе расположен не Черный Орден… ну что же, им же хуже!