Новый друг.

– Слушай, тебе не кажется, что Сквизгаар в последнее время какой-то странный? – Пиклз хотел было допить бутылку, но обнаружил, что в ней нет даже капли. – В каком месте он странный? – Нейтан даже удивился заявлению барабанщика. – Ну ты сам посмотри: Токи куда-то ушёл, а Сквизгаар переживает и пытается найти его. Да и они в последнее время как-то общались весьма странно, не так, как раньше. – Да ну, не неси бред! Они же друг друга ненавидят! – Ты уверен? Да даже кузнечик может заметить, как Сквизгаар переживает за Токи! – Может быть, Токи слишком оскорбил Сквизгаара, что тот не может успокоиться. Всякое бывает. – Да, может быть... Но мне так не кажется. Все оскорбления Токи Сквизгаар тупо игнорирует и обзывает его. Всё. – Ну а вдруг было сильное оскорбление! – Нет. Не делай вид, будто не знаешь их. Пиклз поставил вокалиста в замешательство. Нейтан решил проследить за Сквизгааром и доказать барабанщику, что ему плевать. Он подошёл к комнате шведа, услышал крики и вошёл в комнату. – Inte gör det! Vänligen!! – Сквигельф кричал во сне. Нейтан быстро подошёл к нему, схватил его за плечи и немного одёрнул. Гитарист очнулся. – Нейтан! Какого чёрта ты тут делать?! – Резко очнулся швед и с перепугу чуть не упал с кровати. – Я услышал крики и пришёл сюда. Тебе снились кошмары? – Да... – А что конкретно тебе снилось? Токи? – Нейтан! Какой тебе разница? Проваливает нахуй отсюда! Нейтан молча вышел из комнаты, однако сам остался стоять под дверью. Он очень удивился, но зла на Сквизгаара не держал, потому что тот был в не самом лучшем состоянии и мог в этом состоянии сказать, что угодно. Видимо, ему и правда снился Токи. – Почему я такой блядь? – Сквизгаар схватился за голову и тяжело вздохнул. – Сейчас ещё и Нейтан обидится... – Он взял свою гитару и пытался сыграть соло. Но руки его не слушались. – Какого хуй.. Я не может больше так жить! – Сквизгаар положил гитару, взял настольную лампу и кинул её в стену (что заставило Нейтана перестать подслушивать и уйти). Но тут он услышал, что звонит детфон. Это был Токи. Сквизгаар открыл рот от удивления и быстро взял трубку. – Вернись, ёбаный дилдо! Я не может больше так жить! – Стал орать он в трубку, не заметив, как по его щекам скатывались слёзы. – Как ты не может жить? Да у тебя сказочный жизнь! Я просто хотел сказать , что уходит из группа! Хочет знать честно? Это всё из-за тебя! Я больше не может тебя видеть!!! – Токи... – От этих слов Сквизгаар не мог ничего сказать. Слёз становилось всё больше. – Ты всего лишь шведский гитарный шлюха! – Тон становился сильнее. – Я.. – Голос оборвался. В трубке послышались крики. – Что? – Спросил Сквигельф, однако на этот раз послышались гудки. Сердце у шведа сильно забилось, а сам он не мог остановить речной поток из своих глаз. Но тут в комнату резко вошёл вокалист. – Сквизгаар! – Начал он, но заметил слезы на лице у шведа. – Ты что, плачешь? – Нейтан продолжил тоном ниже. – Нейтанс! Сваливает отсюда! Быстро!! – Стал орать Сквизгаар. Он орал очень сильно, и его крик был каким-то истеричным. Можно сказать, он чуть ли не скримил. Нейтан понимал, что сейчас не лучшая обстановка. Он никогда ещё не видел соло-гитариста в истерике, да и не помнил, чтобы тот когда-либо плакал. Сейчас же вокалист просто был в шоке и молча сделал то, что велел ему Сквизгаар. А Сквигельф не знал, что ему делать. Он слышал крики в трубке и понимал, что у Токи что-то случилось. Но он был в таком состоянии, что не мог что-либо нормально делать. Теперь приходилось выбирать: собственное спокойствие или жизнь человека, который сейчас казался ему самым дорогим, хотя всё это было взаимосвязано. И пусть он постоянно говорит ему в лоб, что ненавидит. Ну и ладно, что Токи играет соло неудовлетворительно для Сквизгаара. Но швед в глубине души любил эту игру, пусть со многими ошибками. Он знал, что Вортус старался. Теперь ничто не сравнится с тем, когда Токи здесь, рядом...