Свет в Темноте 2

*** Свечение, обрамляющее нас с ног до головы, медленно уходит на второй план, а после и вовсе исчезает. Мои ноги, наконец, соприкасаются с твёрдой землёй. Волосы ерошит тёплый ночной воздух, пропитанный пылью и городским запахом. Мои ноздри, уже успевшие привыкнуть к асгардской атмосфере, слегка подрагивают. Кругом непроглядная тьма, и я щурю глаза в попытке оглядеться. Слишком частые вздохи и тяжёлое биение сердце настораживают, пытаются напомнить что-то. Но я не в силах разобрать рой беспорядочных мыслей в пульсирующей после космического путешествия голове. Для начало нужно понять, куда именно меня перебросило. Глаза привыкают к ночному мраку, освещённому лишь редкими звёздами на чёрном небе, и я с тревогой озираюсь по сторонам. Мои кеды слегка утопают во влажной после дождя почве, по обеим сторонам густые полосы леса. Я смутно помню это место и эту дорогу. Осторожно, постоянно озираясь по сторонам, начинаю идти вперёд. Ноги непрерывно скользят, концы порванного платья колышутся на ветру, и назойливо болит ушибленное ещё во дворце правое плечо. Вдобавок ко всему, бешено стучит сердце, не имея на это веских причин. Да, я знаю, что должна вспомнить что-то, но, стараясь ухватить тревожащую меня мысль, я постоянно упускаю её. Мне нужен отдых. Мой шаг ускоряется, и уже через десять минут я вижу вдалеке свет. Снова жмурюсь, оглядываюсь назад, вновь вперёд и, наконец, вспоминаю. Ну конечно! Я на краю городка! Ещё чуть-чуть и будет квартира тёти Милли. Ветер тревожит спящий лес, толкает молодые ветви из стороны в сторону, кружит в мирно дремлющих листьях. На миг мне кажется, что кто-то тихо зовёт меня, и я останавливаюсь, вглядываясь в лесное пространство. Несколько долгих секунд ничего не происходит, только новые порывы ветра уже с силой ударяют в крону деревьев, повергая их в немой шок, и я собираюсь списать послышавшийся мне тихий голос на шёпот сквозняка, но потом замечаю что-то. Кажется, что стволы деревьев приходят в движение, но, вглядевшись получше, я понимаю, что это не так. Кто-то движется между ними. Я вздрагиваю, приказываю себе бежать прочь, но ноги не слушаются. И мне остаётся только смотреть, что будет дальше. Таинственный тёмный силуэт медленно движется между густорастущих деревьев, по пути опираясь на них. Его силуэт, вырисовывающийся в темноте, смутно напоминает мне кого-то. И, когда ветер, добравшись до меня, ударяет в лицо непривычно холодным порывом, меня вдруг осеняет. Лес, тишина, частое дыхание! Это немного похоже на мой кошмар. И если это так, то приближающийся силуэт точно не желает мне добра. Это тот, с кем я разговаривала во сне, тот, кто одним своим словом повергал меня в шок, и я не готова снова его видеть. Нужно бежать! Но зов, услышанный мною ранее, повторяется снова: - Дженни… Чёрт возьми! Меня передёргивает, и всё то, что я должна была вспомнить ранее, наваливается на меня тяжёлым грузом. Это Локи! И он был ранен! Срываюсь с места и стрелой подбегаю к зеленоглазому. Он бессильно опирается на одно из деревьев, его частое дыхание нарушает таинственную тишину, царствующую здесь несколько минут назад. Я, стараясь не прикасаться к нему, в страхе причинить боль, вглядываюсь сквозь кромешную тьму в его лицо, но не могу ничего разглядеть. - Локи! Локи, что мне делать? Чт..дел…Боже! Он что-то бессвязно бормочет, но я не могу разобрать слов. Остаётся только одно. Перекидываю его левую руку к себе на плечо, подхватываю с боку, продолжая действовать как можно более осторожно, и отнимаю Локи от дерева. Он не прекращает бормотать, но, как бы я не вслушивалась, мне удаётся услышать только одну фразу: «Не надо». Делаю пару пробных шагов, и они удаются на удивление легко. Уверенно иду к дороге, чуть ли не таща Локи за собой. Но зеленоглазый, даже в почти бессознательном состоянии, не перестаёт беспокоиться обо меня. Его ставшие ватными ноги стараются делать шаги, и ему это практически удаётся. Удобнее взяв его под рукой, я выхожу на дорогу. Мои ноги без труда движутся вперёд. Локи, не смотря на наши с ним весомые различия в росте и телосложении, кажется мне легче подростка. Через некоторое время зеленоглазый перестаёт говорить и затихает. Когда его голова начинает постоянно падать на грудь, я понимаю, что он пытается держать себя в сознании. Нужно поторопиться! Когда мой темп ходьбы увеличивается, вместе с ним в руках оживает весьма неприятный зуд. Быстро оглядываюсь на мою правую руку, поддерживающую зеленоглазого за бок, и вижу слабое, почти незаметное голубое свечение. Сердце гулко ударяется о рёбра и пускается в бешеный скач. - Так! Спокойно, Дженни! Не самое лучшее время, для того, чтобы паниковать! Мой приглушённый шёпот нарушает тишину, и я снова непроизвольно вздрагиваю. Бесконечно долгие минуты спустя, мы, наконец, добираемся до подъезда. На улице пусто, и я задаю себе вопрос, сколько вообще сейчас времени? Воспользовавшись лифтом, я тащу уже бессознательного зеленоглазого к двери квартиры и, пытаясь не уронить раненого, с трудом дотягиваюсь до звонка. Раздаётся характерная мелодия. Через несколько секунд в квартире слышатся шорканье тапочек и приглушённые возмущения тёти. Она почти никогда не ругается, а поэтому мне сразу же становится ясно, что время действительно позднее. - Дженни? – маленькие глазки тёти осматривают сначала меня, а затем и повисшего Локи. В голове возникает ошеломляющая картина: я, в порванном и перекосившемся на бок платье, с испачканными в грязи кедами, и Локи, такой же грязный, потерявший сознание прямо у меня на плече. Сейчас точно такую же картину видит перед собой и тётя Милли, застывшая на пороге и напрочь забывшая проявить уважение к поздним гостям и угостить их чаем с выпечкой. Остаётся только один выход: врать! - Эм…Тёть. Я…не могли бы вы впустить нас ненадолго? Мой друг, он просто слегка перебрал с выпивкой. Живёт он далеко, вот я…вот мы и пришли. Тётя, с нескрываемым удивлением снова оглядывает нас, но потом всё-таки тихо говорит: - Да, конечно. Проходи, Дженни. Я втаскиваю Локи в квартиру, быстро сбрасываю с ног испачканные кеды, а тётя закрывает за нами дверь. Быстро перебирая ногами, прохожу ещё немного и, толкнув дверь ванной комнаты, вваливаюсь внутрь, тут же сажая Локи на стул возле раковины. Тётя уже стоит за моей спиной. - Думаешь, ему будет плохо? Стараюсь успокоить ускоренное сердцебиение. - Не исключено. Тётин взгляд падает на мои слабосветящиеся руки, и она жестом указывает мне на них. - А это ещё что такое? Сердце снова больно бьётся в груди, но ответить мне всё-таки удаётся: - Тату. Смываемое. Милли утвердительно кивает и, вновь взглянув на слабо дышащего зеленоглазого, произносит: - Он хоть и милый, но тебе лучше не водиться с ним…Не зря о рокерах так плохо говорят… Я вопросительно смотрю на неё, позабыв даже о зудящем свечении в руках. О чём это она? Но, как только мне в глаза попадаются смешные олени, изображённые вразброс на её неизменной пижаме, плохо скрываемой халатом, я тут же вспоминаю ту ночь: « - Вы очень странно одеты, Локи. - Да...его одежда ..просто...он солист нашей школьной рок-группы. Они там все так одеты.» Даже, не смотря на всю трудность сложившейся сейчас ситуации, я слегка улыбаюсь, вороша немного позабытые детали нашего с Локи знакомства. Кажется, что это было так давно. - Тётя. Вам лучше пойти спать. Я сама справлюсь. Она легонько кивает и, последний раз взглянув на меня по-матерински заботливым взглядом, удаляется в свою комнату, мягко прикрывая за собой дверь ванной. Я тут же кидаюсь к Локи. - Что же делать? Что делать? В панике разговаривая сама с собой, пускаю из крана воду и, набрав немного в ладонь, прыскаю на лицо Локи. После нескольких подобных процедур, он морщит лоб и снова начинает бормотать, словно находясь в бреду. Я растерянно ищу полотенце в настенном шкафчике, краем глаза замечая, что вены начали светиться сильнее. Ну и пусть! Мне сейчас нет до них дела! Опускаю полотенце под струю воды, и после прикладываю его к горячему лбу зеленоглазого. - Локи…Локи, ты слышишь? Пожалуйста, ответь! Он ускоренно дышит, открывает на миг затуманенные тёмно-зелёные глаза и тихо, почти неслышно произносит: - Дженни… - Я здесь! Всё будет хорошо…да, всё будет хорошо. Кажется, я опять разговариваю сама с собой. Аккуратно протираю его лицо мокрым полотенцем, одновременно оглядывая его пыльный костюм. Никаких следов ран! Всё, как и было! Что же тогда с ним происходит?! Бросив полотенце в раковину, вновь взваливаю на себя зеленоглазого и тащу его в гостиную. Там уложив его на диван, я вновь возвращаюсь в ванную, опять-таки мочу полотенце и вновь ложу его на горячий лоб Локи. Его дыхание становится ровным, и я, просидев рядом с ним десять минут, понимаю, что он уснул. Вот тут и приходит паника. Она накатывает на меня постепенно, накрывая волнами страха и растерянности. Я забиваюсь в кресло, стоящее напротив дивана, и, схватившись за голову руками, начинаю тихо плакать. Всё совсем не так! Всё слишком жестоко! Я хотела вернуться в этот мир, снова связаться с этой вселенной, но…я не понимала всей серьёзности своих желаний. Теперь всё по-другому, не так, как раньше! Началась взрослая игра, и обратного пути нет! Получай, что хотела, Дженни! Нахмурив лоб, быстро утираю слёзы. Нашла время плакать! Сейчас нужно думать, что делать дальше. Для этого нужна трезвая голова, а не влажные щёки! Вначале позвоню маме. Шмыгая носом, выхожу в прихожую и набираю номер маминого телефона, воспользовавшись техникой тёти. После первого же гудка мам берёт трубку: - Мам, это Дженни… - Дженни? Ну, наконец-то! Почему ты не берёшь трубку? Пытаюсь вставить слово, но мамин щебет не даёт мне такой возможности. - Ушла вчера утром, ничего не сказав. Звоню тебе из Нью-Йорка и не могу дозвониться. Тебя не было дома? Почему ты у тёти? Стоп! Она что, в Нью-Йорке? Неужели в командировке? - Всё хорошо. Просто, когда я вернулась после утренней прогулки, то заскучала. Решила пойти к тёте. Извини, забыла позвонить. Опять командировка… Я постаралась, чтобы это звучало не как вопрос. - Да…Я не хотела тебя оставлять, но понимаешь, работа…и… Она зевает. Бегло смотрю на часы в форме цветочка, весящие на стене, и подмечаю, что сейчас пять часов утра. В Нью-Йорке восемь. - Я всё понимаю. Не хочу тебя отвлекать, я пойду, хорошо? - Конечно, Дженни. Я на долго не задержусь. В пятницу буду дома. - Угу. Вешаю трубку, вздыхая от неожиданно навалившейся усталости. Мне чрезвычайно повезло, что мама уехала в очередную командировку. Хм…кажется, такое уже было. Дыхание наконец-таки успокаивается, сердце замедляет свой бег, и гадкое свечение, до сих пор мозолившее мне глаза, медленно спадает. Неспешно бреду в гостиную, усаживаясь в то же кресло. Никогда оно ещё не было таким уютным и тёплым. Подложив под себя ноги, я откидываю тяжёлую, словно наполнившуюся свинцом голову на спинку сидения и закрываю глаза. Мне нестерпимо хочется спать. Но заснуть мне так и не удаётся. Когда я уже начинаю дремать, частое дыхание Локи выталкивает меня из сладкого забытья, и я тут же подскакиваю к нему. Он мечется на диване, впивается мертвецки белыми пальцами в обивку и потом резко поднимается в сидячее положение. Я ошеломлённо смотрю на него, а он в свою очередь на меня. Тёмно-зелёные глаза беспокойно мечутся по моему лицу. - Локи… Минуту он так же продолжает сидеть, всматриваясь в мои глаза, но потом, тяжело вздохнув, он неожиданно выдаёт: - Дженни…Я…Я человек…