Наследие

Услышать свою фамилию из уст Малфоя было, по меньшей мере, неожиданно. Я более чем уверен, узнать меня невозможно! Как он определил, что это я, не представляю. Это должен был быть сюрприз ученикам Хогвартса и всему Магическому миру. И я надеялся увидеть смесь шока и непонимания на лице Забини и прочих слизеринцев. На то, что остальные дома к концу поездки не узнают о моей новой внешности, а возможно и о том, что я вроде как и не Поттер, рассчитывать не приходилось. Всё-таки Джинни на редкость болтлива. Но я предполагал, что до подопечных Снейпа из-за их обособленности эти слухи дойдут не раньше вечера, возможно, в Большом зале. Но никак не до начала поездки! - Ну и как ты догадался? Можно было и не спрашивать, всё равно не ответит, гад. - И кто ты у нас? Как будто его не учили, что отвечать вопросом на вопрос некрасиво. И с какой стати я должен ему это говорить? Если сам он определить не может, то я уж точно раскрываться не намерен. Хотя, его может Забини просветить… Ну да Мерлин с ними, со змеями этими. - Не твоё дело! Поставив этим точку в «разговоре», я удалился и задел его совершенно случайно. Честно. Но всё равно было обидно, что он даже не покачнулся. Ну что за невезуха? Малфой умудрился испортить мне и без того не радостное настроение. Пока шёл по вагонам, прислушиваясь к голосам в купе, чтобы найти однокурсников, раздумывал, есть ли зелье роста, или такое ещё не придумали. Если уж зелье старения есть, почему бы не придумать чего-нибудь и для роста. Тем более, есть такая замечательная штука, как костерост. Наверняка его можно было бы с чем-нибудь соединить, чтобы получить эту необходимую для меня вещь. Но, даже если такого зелья и нет, его, вероятно, вполне можно придумать самому… или поднапрячь кого-нибудь, кто разбирается в этом чуть лучше меня. Где бы ещё такого найти. Не Невилла же просить? Благодаря его стараниям я скорее к праотцам отправлюсь, чем подрасту хоть на сантиметр. Купе с однокурсниками я нашёл. Впрочем, не найти его было бы сложно. Громкие реплики Симуса были слышны в другом конце вагона так же, как и громкий смех Лаванды и сестёр Патил. Стоя около их купе и слушая весёлые и очень громкие рассказы о лете, по-моему, весьма надуманные, решил, что лучше поищу пустое купе. Долго искать не пришлось. Одно из купе было не закрыто, и в нём сидело всего два человека: Невилл и Луна. Компания вроде неплохая, и я решил присоединиться к ним. Вряд ли я смогу найти пустое купе. - Привет! – поздоровался я, заходя внутрь. - Здравствуй, Гарри, - кивнула в ответ Луна, а Невилл приветливо улыбнулся. - Что, уже каждый в этом поезде знает о моей новой внешности? Я не мог не возмутиться. Это просто немыслимо. Мы едва отъехали, а все уже всё знают. - Боюсь, что да, Гарри, - улыбка Невилла стала немного виноватой. К чему бы это? - Не понимаю, откуда вы узнали, если все, кто мог бы рассказать, пришли на платформу вместе со мной. - Насколько мне известно, - заметила Луна, переводя слегка расфокусированный взгляд с меня на потолок, - Джинни написала об этом в письме Эмили Стейт, своей подруге, а та поделилась с остальными. - Вот же! Слов нет! Удружила, Джинни, ничего не скажешь! Не ожидал от неё такой прыти. Могла бы хоть до школы потерпеть. - Не переживай, - попытался подбодрить меня Невилл. – Это всё равно не удалось бы долго скрывать. - Конечно. Мы ещё немного поболтали, делясь впечатлениями от лета, но вскоре разговор увял, и в купе установилась на удивление уютная тишина. Невилл задремал, Луна достала из сундука какие-то пробки и разноцветные бумажные фигурки, из которых стала что-то увлечённо мастерить, а я достал захваченную мною книгу по зельям. Читать совершенно не хотелось, и мой взгляд постоянно поднимался на необычную однокурсницу, делающую, по-видимому, какие-то смешные бусы. Только спустя минут тридцать я понял, что же в ней высматриваю. Луна всегда была необычная: мечтательный расфокусированный взгляд, немного растрёпанные светлые волосы, странные причуды и немного неадекватные выражения. Я, честно, никогда её не понимал, но относился снисходительно. Не всем же следовать надуманным стандартам. Нужно кому-то выбиваться из привычного стереотипа поведения. Многие её не любили, особенно девушки, из друзей был только Невилл. Но! Но зато она может не сомневаться в нём. Во-первых, сам по себе Невилл очень приятный и не конфликтный человек. В его речи не нужно искать скрытых мотивов - он говорит только то, что думает, либо молчит, потому что до сих пор не избавился от своей стеснительности. А во-вторых, глупо было бы набиваться в друзья к девушке, с которой неприятно общаться, если из этого ничего нельзя для себя вынести. Интересно, а если бы я тоже вёл себя неадекватно, Рон с Гермионой бы захотели со мной дружить? Всё-таки «полоумный» герой – это не нормально. Надеюсь, не стали бы. Хотелось верить, что моя личность хоть что-нибудь для них значит. Интересовало же меня в Луне её Наследие. Я предполагаю, что у неё в предках могли затесаться оракулы, прорицатели или пророки. Точного возраста вступления в полную силу у них нет, и дар может проявиться как в пять, так и в пятьдесят лет. Необычность, загадочность девушки, её странный стиль поведения, высказывания, порой не понятные, но оказывающиеся очень точными – это может означать как проснувшийся дар, так и просто интуицию и своё мировоззрение. Она видит мир иначе, чем все мы, однако, мне кажется, она видит его без масок, без шелухи общественных предрассудков. Стоит, наверное, всё же за ней присмотреть. Не редко люди, вступившие в подобные Наследия в раннем, можно даже сказать, в детском возрасте, сходят с ума. Книгу я так и не начал читать - в голову лезли всякие посторонние мысли, сосредоточиться на тексте было практически не возможно. Я, конечно, допускаю возможность, что это от волнения, но чего мне, собственно, волноваться? Подумаешь, меня снова будут обсуждать, шушукаться за спиной, показывать пальцем. Не впервой. Но мне бы не хотелось, чтобы посторонние обсуждали моих родителей. Не думаю, что смогу не реагировать, если маму, даже если она мне и не родная, будут называть гулящей и перемывать косточки. Какие бы отношения внутри моей семьи ни были, они никого из учеников не касаются. Время пролетело быстро, и вот уже поезд замедляется. Я до последнего медлил, надеясь выйти одним из последних. К счастью, Невилл и Луна решили составить мне компанию и тоже никуда не спешили, посматривая на меня с пониманием. К замку тоже подъехали одни из последних. Однако в дверях нас уже ждали Гермиона, Рон и Джинни. Отлично, можно поговорить, а то потом будет уже не к месту. Я повернулся к идущим рядом Невиллу и Луне: - Спасибо, что составили мне компанию. Я подойду чуть-чуть попозже. - Тебя подождать? – спросил Невилл, посматривая на моих «друзей». - Не надо, встретимся за столом. Напоследок они мне ободряюще улыбнулись и вошли в замок, а я направился к друзьям, или как мне их теперь называть? - Почему так долго, Гарри? Вот почему у неё всегда такой укоризненно-нравоучительный тон? Я чувствую себя глупым нашкодившим ребёнком, которого заботливая мамаша уже устала ругать, но всё ещё тешит себя надеждами достучаться до сознания чада. Возможно, если бы она действительно была моей мамой, я бы не возмущался, но, кажется, подруги не для этого нужны. - Любовался окрестностями. Гермиона мне не поверила, ну да ладно, зато Рон поверил, вон, как недоуменно по сторонам смотрит. Не уж-то те окрестности, которыми можно любоваться, ищет? - Да ты же тут всё уже видел! – наконец воскликнул он. Джинни с Гермионой только закатили глаза, а я подавил смешок. Грешно смеяться над убогими. - Пойдёмте в замок, - скомандовала мисс Я-Главная и первая направилась к главному входу. - Джинни, - позвал я рыжую надоедливую девицу, - объясни мне, как так получилось, что к нашему прибытию на вокзал каждый в поезде уже узнал о том, что со мной был проведён ритуал сокрытия Наследия? Она вся покраснела и отвела глаза в сторону. Не уж-то стыдно? Ни за что не поверю. Хуже только Браун да сёстры Патил! - Я не специально, - пролепетала она. – Я просто рассказала подруге, а та всё всем выболтала. Это не я, честно! - А то, что ты рассказала об этом своей подруге – это, по-твоему, нормально? Я не виноват, что начал шипеть! Просто не нужно строить из себя жертву! Виновата, так признай это, зачем всё перекладывать на кого-то? - Я просто хотела поделиться с ней. Согласись, это же такая новость! - Это моя новость, - остудил я её пыл. – И ты не имела права выносить грязное бельё моей семьи на обзор публике. Теперь, благодаря тебе, все будут поливать грязью мою мать! Возможно, вышло немного резче, чем я планировал. Глаза рыжей к концу моей негромкой, чтобы не слышала впереди идущая пара, прочувствованной речи были на мокром месте. - Ой, Гарри, прости! Я честно не хотела, чтобы так получилось! - Но это уже получилось, - припечатал я. И в завершение добавил: - Я очень не люблю сплетниц. Последний штрих – разочарованное лицо, и всё, рыжая со слезами на глазах уже сорвалась с места и понеслась в сторону туалетов. - Куда это Джинни побежала? – растеряно спросил Рон, притормозив. - Она сказала, что ей нужно в дамскую комнату по каким-то очень важным женским делам. Рон важно покивал, а Гермиона слегка смутилась. Чего же это за дела-то у них такие, смущающие? А, ладно, Мерлин с ними, от рыжей избавился, теперь можно и в зал идти, а то ещё на распределение опоздаем.