Часть 58
18 марта 2018 г., 23:13
Джарек сидел за столом и постукивал по нему пальцами, глядя на кучку монеток, которые выудил из своего кошеля. Не хватало ровно десяти монет, но взять ему было негде. Можно было украсть, но Фили был всегда начеку, он будто следил за Джареком и даже сам иногда приходил посмотреть на тренировки рекрутов, чтобы узнать, готовы ли они к сражениям или нет. Попасться на воровстве сейчас было бы очень некстати, а потому нужно действовать без каких-либо претензий на подозрения к себе. Глупая Софи ещё не понимала, какого грандиозное будущее брат хочет для неё устроить, а потому вела себя как маленькая девочка, всё время ныла и плакала.
Джарек сгрёб монетки обратно в кошель и привязал его к поясу. У него не было других вариантов – нужно было идти к Фили и просто попросить денег. Король не откажет, особенно когда узнает причину – Джарек скажет ему, что хочет порадовать сестру новым платьем перед предстоящим днём рождения. Даже король не откажет такой просьбе!
Гном улыбнулся своим мыслям, вставая из-за стола. Его план продвигался. Медленно, затруднительно, но он неумолимо шёл вперёд.
Осталось ещё две проблемы в виде Кили и Сенжа, которые не доверяли ему. Причём от Сенжа избавиться было не так сложно, ведь дни его были сочтены и оставалось место Первого лучника при дворе, а вот бороться с Кили пока что не представлялось возможным, но у Джарека уже были кое-какие идеи на этот счёт.
Перед предстоящей изнурительной тренировкой рекрутов Джарек решил ещё разок навестить Первого лучника, который теперь был под пристальным наблюдением часовых и Сибелиуса, мечтающего оттяпать ему руку.
Гном прошёл по коридору до знакомой ему комнаты, где, на удивление, не было часовых, которых приставили охранять пострадавшего от нападения лучника. Джарек решил, что его психологическое давление принесло свои плоды, и теперь Первый лучник сломлен не только физически, но и морально.
Джарек толкнул дверь, ожидая увидеть перед собой бледное лицо этого всегда зазнававшегося красавчика, который сейчас напоминал больше восковую куклу, но вместо этого увидел пустую кровать, на который были разбросаны чьи-то вещи. Точно не Сенжа. Его самого здесь не было, что неприятно удивило Джарека. По всей комнате были развешены чудаковатого вида колокольчики, которые перестукивались и тихо позвякивали.
Боковым зрением Джарек заметил какое-то движение и вовремя повернулся. Прямо между глаз на него была нацелен острый наконечник стрелы. Сам лук был крепко сжат в умелых руках рыжеволосой девушки, которая смотрела на Джарека с не меньшим удивлением, чем он.
— Ты кто ещё такой? Что тебе здесь надо? — воскликнула лучница, ещё сильнее натягивая тетиву.
Джарек примирительно поднял руки и вошёл в комнату, стараясь не приближаться к девушке.
— Тише-тише, опусти лук! Я друг Сенжа, я друг, пришёл узнать, как он! Слышишь меня? Опусти оружие! — Джарек действительно испугался.
Девушка продолжала диковато смотреть на него, но в глазах появилось сомнение. Услышав, что он знает Сенжа и даже является его другом, в её голове прояснилось. Она медленно опустила оружие. Джарек облегчённо вздохнул.
— Это комната Сенжа, — зачем-то уточник Джарек, всё ещё не сводя взгляда с диковатой девушки. — Тебя приставили охранять его?
— Нет, — коротко ответила девушка, всё ещё находясь в растерянности.
Она с минуту рассматривала Джарека, после чего качнула головой и указала рукой в сторону двери.
— Если тебе нужен Сенж, то ты не сюда пришёл. Ваш старый надутый врачеватель утащил его в свою комнату пыток. Ничего, скоро ваш друг придёт в себя и убьёт этого наглого старика за то, что тот хотел отрезать ему руку.
Джарек понял, что она говорила о Сибелиусе. Значит, он ещё не предпринял никаких мер. И Сенж всё ещё жив.
Гном принял самое дружелюбное выражение лица и протянул девушке руку.
— Меня зовут Джарек. А ты кто?
— Линэя. — Рыжеволосая переложила лук в левую руку и без колебаний пожала Джареку руку правой.
Едва коснувшись руки гнома, она вдруг поменялась в лице и резко выдернула свою. Лук снова взметнулся в воздух, а стрела была нацелена в грудь Джарека.
— У тебя скользкие руки. Мне не понравилось твоё прикосновение! Ты не друг Сенжа! Говори, кто ты такой?
Джарек опешил от такого заявления и снова поднял руки, показывая, что не хочет ей зла. Кто бы ни была эта девушка, она уже совершенно ему не нравилась. Джареку захотелось свернуть её маленькую шею, но у Линэи сейчас было оружие, а у него – только кошель с золотом.
— При чём тут мои руки? Я помощник Двалина, тренирую рекрутов! Мои руки всегда влажные от пота и в мозолях! — воскликнул Джарек. — Опусти оружие!
Линэя продолжала диковато смотреть на Джарека, не убирая оружия. Она знала, что не сможет выстрелить, ведь этот гном не причинил ей никакого вреда. Но вдруг он пришёл сюда, чтобы навредить Сенжу?
— Вижу, вы уже познакомились!
Услышав за спиной ненавистный, но сейчас спасительный голос, Джарек благоговейно выругался, поворачиваясь. Кили стоял за спиной со скрещенными руками, явно довольный увиденным представлением.
Линэя сразу обратила всё своё внимание на Кили, но лука так и не опустила. Напротив, она крепче в него вцепилась и сильнее натянула тетиву. Кили подошёл ближе, и выражение лица сменилось беспокойством.
— Линэя, опусти лук. Ты не должна целиться в каждого, кто проходит мимо.
— Он сказал, что он друг Сенжа и что пришёл проведать его, но это ложь! У него мокрые руки, он лжёт! — Рыжеволосая сделала шаг к Сенжу, и теперь стрела упиралась ему прямо в грудь.
— Эй, тише-тише! — Кили уже сам забеспокоился. Он подошёл ближе к девушке, едва не врезавшись в дверной косяк, и тронул её за руку, медленно и осторожно. — Лучше пойдём проверим Сенжа. Ну же, опусти лук, Линэя, всё хорошо.
Кили сильнее сжал руку девушку, обращая на себя её внимание. Лучница успокоилась и медленно опустила оружие, тем не менее, не сводя дикого взгляда с Джарека, который уже мысленно отрывал этой девчонке голову.
Линэя послушно убрала лук и шагнула ближе к Кили, будто подсознательно ища у него защиты, если Джарек сейчас на неё нападёт. Но Джарек не нападал. Он давил фальшивую улыбку, будто всё это недоразумение только немного развеселило его.
Кили подтолкнул Линэю себе за спину, а Джареку указал в сторону двери.
— Тебе лучше уйти. Надеюсь, ты и правда пришёл проведать Сенжа, а не для того, чтобы убить его!
— Убить! — воскликнул Джарек, словно услышанное обидело его. — Что за вздор, Кили! Я не убиваю беспомощных.
После чего победно улыбнувшись, Джарек одарил Линэю неоднозначным взглядом и медленно зашагал прочь из покоев Сенжа, лишь один раз обернувшись на выходе. Линэя вновь хотела схватиться за лук, но Кили её остановил.
— Нет. Ты не должна размахивать здесь оружием и уж тем более угрожать кому-то. — Немного помолчав, Кили добавил: — Даже ему.
— Кто он такой? У него скользкие мокрые руки, это значит, что он врёт. Саймон всегда говорил, что мокрые руки признак нечистоты души, — злобно сказала Линэя, вспоминая омерзительное для неё рукопожатие.
— Он просто помогает Двалину, — отрезал Кили, не желая вдаваться в подробности. Ему было неприятно как видеть Джарека, так и говорить о нём. — Идём к Сенжу. Надеюсь, твой Саймон смог ему помочь.
Линэя пропустила эти слова мимо ушей и, схватив Кили за руку, потащила его в сторону лечебницы. Туда, куда Сибелиус прошлой ночью утащил бессознательного Сенжа. Лук Линэя взяла с собой на случай, если озлобленный её нападением Сибелиус захочет отомстить. Ну, или если он всё-таки уже решил оставить лучника без руки.
В палате, куда ночью принесли Сенжа, было много гномов. У самих дверей стояла стража. Они встрепенулись при виде Линэи и её лука, но Кили кивнул им, и их беспрепятственно пропустили.
В углу комнаты стояла кровать, на которой лежал Сенж. Он не спал и выглядел вполне себе здоровым, даже улыбался. Вокруг него суетился Сибелиус и его помощники. В отличие от Сенжа, лекарь как раз выглядел не совсем здоровым – лицо было бледным, а прокушенная Линэей рука перебинтована. Видимо, укус оказался сильнее, раз Сибелиус до сих пор не разбинтовал руку.
Увидев вошедших, Сибелиус схватил Кили за руку и подтащил его ближе к кровати. Подойдя ближе и, как следует рассмотрев Первого лучника, Кили открыл рот от удивления и радости. Сибелиус уже разбинтовал ему руку, а его помощники, призванные сюда помогать в проведении операции, сейчас с открытыми ртами наблюдали за случившимся чудом.
Рука лучника, которая ещё прошлой ночью источала гнилостный запах и почти потеряла чувствительность, выглядела абсолютно здоровой. Сенж шевелил ею, рассматривал, сжимал и разжимал пальцы.
Красные нездоровые пятна сошли с лица Первого лучника, и теперь на щеках красовался только лёгкий румянец. У Сенжа даже аппетит проснулся, о чём свидетельствовал характерный звук голодного живота. Увидев Кили, Сенж помахал перед ним здоровой рукой и подозвал к себе.
— Кили, смотри! Моя рука в порядке! Будто и не было тех кошмарных дней. Я здоров, Кили, я здоров!
Сенж был так счастлив, что напоминал маленького ребёнка, мечта которого наконец сбылась. Он так по-детски махал своей рукой, что у самого Кили невольно на глаза навернулись слёзы. Он протиснулся ближе к кровати и осторожно пожал руку Сенжу, словно она была стеклянной, и он мог её повредить. Лучник не стал церемониться и крепко обнял Кили, словно это он вылечил его.
— Нет-нет, Сенж, вот кого тебе нужно благодарить!
Кили указал на стоящую позади Линэю, которая как будто была нисколько не удивлена. Она стояла со скрещенными на груди руками и с опаской поглядывала на Сибелиуса, который мог захотеть отомстить ей за укус прошлой ночью. Лекарь не хотел подпускать её к Сенжу, он считал, что сам смог вылечить Первого лучника, которого забрал прошлой ночью и смог оказать ему достойную помощь. Вслух он этого говорить не стал, особенно при дикарке, которая могла снова наброситься на него.
Линэя подошла к кровати Сенжа, взяла его за руку и с хмурым выражением лица стала рассматривать. Потом она принялась нюхать и, когда закончила, лицо её смягчилось. Она взглянула на Сенжа с чувством собственного достоинства.
— Саймон сделал своё дело. Как я и обещала. Мы должны поблагодарить его.
Позади послышалось наглое фырканье. Сибелиус до сих пор скептически относился к заявлению о существовании некоего Саймона, который якобы помог вылечить такую сложную рану. Линэя не удостоила лекаря вниманием и провела своей рукой по здоровой руке Сенжа, помяла мягкие ткани и потрогала пальцы. Всё было в порядке, рука была абсолютно здоровой.
— Спасибо, Линэя, — отозвался Сенж и, немного помедлив, добавил: — И передай спасибо Саймону. Я благодарен вам обоим.
Линэя была рада услышать последние слова, ведь всю заслугу врачевания она приписывала именно Саймону, которого никто не видел. Лекарь и его помощники стушевались, наблюдая за девушкой, которая улыбнулась Сенжу, потом Кили, и одарила ненавистным взглядом Сибелиуса и остальных. Потом она вышла и посоветовала это сделать остальным и дать Сенжу немного отдохнуть и больше не прикасаться к скальпелям, которые блестели в руках некоторых помощников. Кили обещал Сенжу, что снова зайдёт к нему и побежал догонять Линэю. Выйдя из душной комнаты, Кили стиснул девушку в объятиях.
Линэя была удивлена, но вырваться не попыталась, а потом сама обняла Кили, протянув к нему руки. Гном был таким высоким, но таким нежным, а руки у него были тёплыми. Девушка замерла, не желая выпускать Кили из своих объятий.
— Вот значит как вы переживаете за Сенжа! — раздался знакомый голос.
Кили разжал объятия и увидел Тианиссу, которая стояла в коридоре и смотрела на них. Принцесса выглядела уставшей, видимо, после бессонной ночи, проведённой возле постели Сенжа. Тианисса пошла искать Кили, чтобы ему первому сообщить радостную новость, но, не найдя, вернулась и увидела обнимающихся Кили и Линэю, и тогда сердце её пропустило удар.
Кили приблизился к Тианиссе, протягивая к ней руку, но она отступила от него, словно от злейшего врага.
— Тиа, я благодарил Линэю за спасение нашего друга. Ты ведь видела, какое чудо там случилось? Сенж снова здоров и снова сможет стрелять. Мы все должны быть благодарны ей за спасение.
— Я не собираюсь с ней обниматься. — Тианисса прошла мимо, одарив Линэю колким взглядом, и скрылась в палате Сенжа.
Лучница никак не отреагировала на такое враждебное отношение, лишь пожала плечами, показывая, что ей всё равно. Кили приобнял её за плечи, совершенно не чувствуя никакой неловкости.
— Прости её, Линэя, — сказал Кили, ободряюще улыбаясь, — она совсем не злая, просто очень устала.
— Я не обижаюсь на вашу принцессу, — фыркнула Линэя, но Кили всё равно услышал в её голосе лёгкое пренебрежение, — главное, что я сдержала своё слово, и ваш друг сможет жить дальше.
Кили тепло улыбнулся девушке. Да, это действительно была отличная новость, и гном с самого начала не сомневался, что всё так и будет. Сенж в порядке и теперь поможет сделать всё, чтобы и дальше оберегать их короля Фили.
Кили вспомнил встречу с Джареком и слова Линэи по поводу того, что ему нельзя верить. Дело тут было не только в холодных и скользких руках так называемого «сына Торина». Вслух свои мысли Кили не озвучил и повёл Линэю в трапезную, чтобы позавтракать.
***
Тианисса была первой, кого увидел Сенж, когда утром пришёл в себя. Принцесса спала в кресле, стоящем возле его кровати, укутавшись в шерстяной платок. Лучник совершенно не помнил ничего с прошлой ночи. Последнее, что осталось в его памяти, так это то, что к нему приходят Линэя, Кили и Тианисса. Дальше воспоминания обрывались, сколько бы Сенж не напрягался, пытаясь восстановить картину минувшей ночи. Стараясь не разбудить Тианиссу, Сэнж осторожно привстал на кровати, опираясь на локти, и даже не сразу заметил, что рука совсем не болит. Он коснулся пальцами пропитанного настойками бинта и отодрал его вместе с отвалившейся сухой кожей. Он ожидал увидеть расслоившуюся заражённую рану, которая не только источала дурный гнилостный запах, но и почернела. Вместо этого он увидел затянувшийся шрам на розоватой коже, которая выглядела совершенно здоровой. Сенж не верил своим глазам. Он провёл по шраму пальцами, ущипнул, чтобы проверить чувствительность, но всё было в порядке. Сенж не смог удержать возгласа. Он готов был вскочить с кровати и кричать на всё лечебное крыло о своём чудесном выздоровлении. От его негромкого крика проснулась Тианисса, которая чутко спала. Проснувшись, она не сразу поняла, где находится, но, увидев Сенжа, его ошарашенное лицо, она сразу же вскочила с кресла и кинулась к нему. Без лишних церемоний принцесса обхватила руками лицо лучника, проверяя наличие на нём красных пятен, а потом схватила его за руку, не веря глазам. Она провела своей рукой по шершавой коже, чувствуя только шрам. Радостный Сенж шевелил пальцами, сгибал руку в локте и до сих пор не мог осознать, что всё это происходит наяву. — Тианисса, я жив, моя рука в порядке. Ты посмотри! Расскажи мне, что произошло? Это ведь Линэя сделала? — тараторил Сенж, и Тиа видела, как наполнились влагой его глаза. Она и сама чуть не заплакала, но сдержалась ради лучника, который сейчас был по-настоящему счастлив. А вот радость Тианиссы сменилась подозрением к Линэе. Конечно, было здорово, что она действительно смогла ему помочь, но возможно ли вылечить такое серьёзное ранение за одну ночь? Тем более, что она всё время говорила о Саймоне, которого никто никогда не видела. А ещё эти колокольчики, которые так жутко перезванивались… Тиа решила отложить выяснения обстоятельств на потом, сейчас было важно только выздоровление лучника. Сенж словно обезумел от внезапного выздоровления и чуть не упало в обморок, вставая с кровати. Принцессе пришлось его поддержать, чтобы он не упал, и усадить обратно. — Тише, не вставай резко. Лучше приляг, а я пока схожу за Сибелиусом. — Тианисса направилась к двери. — Нет, подожди! — остановил её Сенж, протянув к ней руку. — Посиди со мной немного. Я хочу насладиться этим моментом и не хочу видеть Сибелиуса. Я устал от него за всё это время. — Лучник криво усмехнулся, но вышло немного наигранно. Тианниса прикрыла дверь и вернулась к Сенжу. Она присела на кровать и снова тронула его за здоровую руку, убеждаясь, что всё это не сон. — Я переживала за тебя, Сенж. Не знаю, что бы со мной было, если бы ты… — Тиа не договорила, и конец фразы повис в воздухе. Тиа опустила глаза, стыдясь того, что потеряла веру в выздоровление Сенжа. Но лучник нисколько её не винил. Он сжал руку принцессы, и улыбка на его лице стала ещё шире. — Теперь всё будет хорошо. Я должен поблагодарить Линэю за её помощь, и Кили, который, настоял на всём этом, но больше всех я обязан тебе, Тианисса. — Сенж чуть крепче сжал руку девушки, и она подняла на него глаза. — Ты единственная, кто был со мной всё это время. Единственная, кто ночевал возле меня и всегда поддерживал. Единственная, кто верила, что всё будет хорошо. Доротея была такой же. Сенж вдруг замялся и умолк, но не потому, что ему тяжело было вспоминать сестру, просто он считал неуважительно по отношению к Тианиссе всё время сравнивать её с Доротеей, ведь принцесса помогала ему от чистого сердца, а не потому, что хотела заменить его сестру. Именно это он попытался донести до Тиа, но девушка уверила его, что не переживает по этому поводу. — Сенж, я никогда не займу место сестры в твоём сердце. Но, надеюсь, местечко для верного друга в нём найдётся? — Тианисса улыбнулась, смахнув набежавшую слезинку. Лучник вдруг крепко обнял её и наконец дал волю слезам. Он не просто плакал, он рыдал, прижимаясь к груди Тианиссы, словно к родной матери, которая никогда не любила его. Тианисса гладила его по спине, по спутанным волосам, и ничего не говорила, давая возможность, наконец, выплакаться. Когда слёзы иссякли, Сенж отстранился, утирая влажные щёки и шмыгая носом. Порывшись в кармане своей рубахи, он смог отыскать мятый платок, которым утирал лицо. — Я ведь Первый лучник, а разревелся, словно маленькая девчонка! — Сенж фыркнул и грустно усмехнулся. — Последний раз я так ревел лет в пятнадцать, когда уронил на ногу огромную железку! — Плакать иногда даже полезно, — улыбнулась Тианисса, приглаживая растрёпанную шевелюру лучника. Пахло от него различного рода настойками и лекарствами, но больше всего радовало отсутствие запаха смерти, который окутывал лучника последние дни. Не успели Сенж и Тиа наговориться, как в палату ворвался Сибелиус, и не один, а в компании своих помощников, которые были готовы приступить к операции и немедленно провести её. Увидев вместо умирающего лучника, который должен был испустить дух, совершенного здорового юношу, который спокойно сидел на кровати, утирая здоровой рукой влагу с глаз, они оторопели и замерил на месте,только скальпели в их руках поблёскивали. Сенж совершенно не обрадовался такому визиту, но выдавил из себя ядовитую улыбку и помахал перед собравшимися своей совершенно здоровой рукой. Сибелиус внимательно осмотрел лучника и даже приподнял свои очки, чтобы убедиться, что перед ними действительно сидел Сенж, а не кто-то другой. Потом лекарь переглянулся со своими помощниками, отдал одному из них скальпель и приблизился к Сенжу, чтобы как следует рассмотреть зажившую за одну ночь рану. Поджав губы после короткого осмотра, Сибелиус не слишком доброжелательно взглянул на Тианиссу и попросил её на время покинуть палату. — Нам нужно тщательно осмотреть больного, — аргументировал своё решение лекарь, выпроваживая принцессу из палаты. Принцесса нехотя встала, но перед уходом оставила лекарю предупреждение: — Если вы сделаете ему больно или попытаетесь всё-таки провести какую-либо операцию, то я добьюсь того, чтобы вас побили плетьми. Тианисса улыбнулась лекарю, будто сказала ему что-то приятное, а вовсе не угрозу, и вышла за дверь, намереваясь пойти к Кили, чтобы первой сообщить ему радостную новость. Сенж провожал её грустным взглядом, словно боялся оставаться наедине с Сибелиусом и его помощниками. Однако никакой опасности не последовало, и лекарь просто осмотрел его, заставив встать и скинуть с себя рубашку. Лекарь осматривал не только руку, но и предплечье, потрогал живот и заставил открыть рот, словно болезнь могла овладеть другими частями тела. Так ничего и не найдя, Сибелиус сделал заключение, что лучник совершенно здоров и в скором времени сможет вернуться к своей основной деятельности. Сенж не смог сдержать ликования и новой порции слёз, которые так и рвались наружу. Не без колебаний Сибелиус смог признать, что в некотором роде это заслуга Линэи, но по большей части благодарить стоило его. Сенж не стал с этим спорить, просто поблагодарил лекаря за его терпение уже готов был вскочить с кровати и бежать на тренировку, ведь его руки так давно не упражнялись и наверно забыли, как натягивать тетиву. Однако Сибелиус его остановил и попросил не делать резких движений. Он хотел ещё несколько дней понаблюдать за состоянием лучника, и потому ему придётся задержаться в лечебном крыле ещё на несколько дней. Сенж не успел возразить, как в дверь влетели Кили и Линэя, которым Сенж был несказанно рад. Он махал своей здоровой рукой, радуясь будто маленький ребёнок, которому наконец подарили обещанную игрушку. Теперь, когда он наконец поправился, оставалась лишь одна нерешённая проблема – Джарек, который так жаждал занять его место. Сенж решил, что не оставит это просто так, ведь у него были подозрения, что тех гномов на него мог натравить именно он. Ну что ж, теперь пришло время вывести его на чистую воду, а пока стоило выполнять приказы Сибелиуса и поскорее вернуться к нормальной жизни Первого лучника.
