Непоседы

      Мы плывем по реке времени с того самого момента, как приходим в этот мир. Мы способны его измерять, но не способны им управлять. Мы не можем его ни ускорить, ни замедлить. Или все-таки можем? У каждого из нас бывали прекрасные минуты, и нам казалось, что они пролетают слишком быстро. И нам бы очень хотелось замедлить ход времени. А в ненастный день нам кажется, что время идет слишком медленно, и мы жалеем, что не можем его ускорить. Эйзенхайм. Иккинг. Спустя пять лет после смерти отца.       Кровь. Я уже давно не вижу ничего кроме крови. Только алые капли на руках, одежде. Кровь. Мои руки давно по локоть в крови.       Уже пять лет прошло с тех пор, как я в первый раз убил. Убил человека.       Отец, почему же ты делал это так легко? Так просто отнимал жизнь. Так просто тонул в этой крови? Астрид говорит, что у меня просто крыша едет от перенапряжения. Она не понимает. Почти никто не понимает...       Беззубик - единственный, кто понимает. Он тоже убивал, но он не хочет. Ему страшно. Как и мне.       Вся моя жизнь за прошедшие года состоит из крови, убийств и смертей близких.       Мама года не прожила после смерти отца и тоже покинула меня. Задирака погиб, защитив меня, а Рыбьеног пропал без вести.       Вождь. Лидер. Человек, который должен вести других за собой. Человек, который убивает во имя тех, кто находится под его опекой. Человек, который несёт ответственность. Не я.       Уже поздний вечер, становится холодно, но лететь обратно, на Олух, где уже ждут Вождя - защитника деревни, не хочется.       Ко мне сзади подошёл Беззубик и потёрся об мою руку.       - Что такое, братец? - спросил я дракона, гладя его по голове.       Он лёг рядом и выжидательно посмотрел на меня своими огромными глазами. Мой лучший друг. Мой брат. Единственный, кто поддержит всегда. Единственный, кто не предаст.       Вспоминая сейчас себя пять лет назад, я понимаю каким был ребёнком. Мечты, надежды, вера... Я изменился. Мы все изменились. Всё изменилось.       - Молодой юноша, Вам не следовало бы сидеть на земле. Уже холодно, Вы можете простудиться.       Я обернулся. Передо мной стоял высокий старик. У него была длинная борода и колпак на голове. Одет он был в длинный серый... Эээ... Наверное, накидка... Или что-то вроде того.       Беззубик тихо зарычал. Ему этот тип явно не понравился.       - Могу я с Вами поговорить, мистер Иккинг? - вновь сказал старик с ярко-голубыми глазами.       Знал бы я, как этот старикашка изменит мою жизнь... Рапунцель. Спустя два года после свадьбы.       Разруха. Хаос. Тьма. Всё наше королевство стало просто кучей пепла.       Мой муж - Юджин, мама и отец были казнены прилюдно, как правители королевства. А я осталась жива... Жива, потому что я приглянулась их главарю. Главарю мятежников.       Сегодня у меня свадьба с этим ублюдком, а потом... Мне просто страшно и противно представить что потом...       Единственный, кто у меня остался-Паскаль. Только он. Максимус пропал. Все разбойники встали на мою защиту, но мятежников было больше... Не выжил никто.       Сначала эти заговорщики меня хотели просто изнасиловать и убить, но их глава не дал. Сказал, что я буду его женщиной. Фу, противно.       Знаете, где я теперь? Заключена под стражу и жду вечера. Свадьбы. Прислужницы уже принесли мне свадебное платье, жалели и просили прощения за то, что ничем не могут мне помочь. Я их и не виню.       - Добрый день, мисс Рапунцель.       Я обернулась. Сзади меня стоял мужчина с длинной седой бородой, в дорожной мантии и остроконечной шляпе. Он тепло улыбнулся мне и присел рядом на кровать.       - Вам лучше уйти отсюда. - предупредила я его. - Вас могут убить за неповиновение правительству.       - О, не беспокойтесь. - он усмехнулся. - Эти маглы ничего не смогут мне сделать. - заверил он меня.       - Кто? - не поняла я.       - Не важно, не важно. - мужчина серьёзно посмотрел на меня. - Я пришёл к Вам по делу.       - И по какому же? - поинтересовалась я.       - Я хочу предложить вам сделку.       Вот этими словами и закончилась моя старая жизнь. Мерида. Спустя три года после попытки женитьбы.       Кто бы мог подумать, что я умру в восемнадцать лет. И от чего! От стрелы! Однако должна признать, этот вражеский лучник очень не плох. Смог попасть в меня.       Господи, как же много у меня крови. Это же просто море!       Да... Уже два года идёт эта долбанная война. Мужчины старше четырнадцати лет ушли воевать, а женщины остались нянчить детей. Все, кроме меня.       Как я могла стоять в стороне, когда нашему королевству нужна была помощь? Как я могла предать землю, на которой росла?       Короче, я тоже ушла воевать.       Отец был категорически против. Несколько раз отсылал меня обратно в замок. А я снова сбегала и приходила к ним. После седьмого моего побега из замка он сдался и разрешил мне остаться.       Матушка была в ярости.       И вот сейчас я сижу окровавленная, прислонившись к дереву. Сколько я так уже сижу? Час? Два?       К горлу снова поднимается кровь, я её выплёвываю.       Боже, мои руки. Они совсем белые. Выходит скоро умру. Да...       Жалко. Матушка плакать сильно будет. Отец будет безутешен. Братья будут делать вид, что они привыкли к смертям, но, когда останутся лишь втроём, тоже расплачутся. Я их слишком хорошо знаю.       Пить хочется. Во рту привкус стали. Кровь совсем не вкусная. Как вампиры её пьют? Это же так противно.       Да... Забавные у меня мысли перед смертью.       Может, вынуть стрелу из себя? А то выглядит как-то убого. Ай! Нет, пожалуй не буду. Это слишком больно.       Люди говорят, что перед смертью перед глазами проносится вся жизнь. Нифига подобного! Я лежу и думаю чёрт знает о чём! И никакая жизнь у меня перед глазами не проносится.       Блин, умирать так скучно. Как бы глупо эта фраза не звучала. Может попытаться встать? А смысл? До наших я всё равно не доберусь, да и спасти меня не смогут.       - Добрый день, мисс. - сказал кто-то отвлекая меня от раздумий.       Не вдалеке стоял старик с длиннющей седой бородой. Одет он был необычно - в длинную серую накидку - и, похоже, вид окровавленной умирающей девушки его ни капельки не смущал, он на это даже внимания не обращал.       - Здрасте. - поздоровалась я.       - Вы не против, если я присяду рядом с вами? - поинтересовался старичок.       - Нет, конечно. Садитесь. - пожала плечами я, стараясь подвинуться, что бы места у дерева было больше.       Честно говоря, ситуация была несколько комична - сидит у дерева девушка, истекающая кровью - умирает, к ней подходит старик, и нет, чтобы спросить может ли он чем-нибудь помочь или испугаться увиденного, дед просто спрашивает: "Можно ли сесть рядом?", представляете? Остановите черепаху, на которой наш мир, я сойду.       - Погодка сегодня не очень... - протягивает дедок. - Вы так не считаете?       - Погода, как погода. - фыркаю я. Старик явно не в своём уме.       - Скажите, - он пристально смотрит на меня и тепло улыбается. - Вы бы хотели жить дальше?       - Глупый вопрос. - покосилась на деда я. - Конечно, хочу.       - Тогда, - глаза старца загорелись огнём, а руки извлекли из накидки свёрток бумаги. - У меня к Вам деловое предложение.       - Ну и какое же? - да, действительно, почему бы не предложить полудохлой девице сделку.       - Я могу помочь Вам, конечно, за определённую плату.       Тогда я ещё не знала к каким последствиям приведёт эта встреча. Я ничего не знала. Вообще. Джек. Спустя сто лет после становления Хранителем снов.       Всё. Конец. Точка. Финал. Фините ля комедия! И ещё куча синонимов этих слов.       У меня больше нет сил терпеть это! Что это? ЧТО?! Меня перестали видеть! Опять! А это значит что в меня перестали верить. Снова! Так же, как и остальных.       Только они мне не верят, говорят, мол: "Джек, прекрати подумывать. Не смешно.", представляете? А когда я им показал им правду... Они выгнали меня. Выгнали из Хранителей. Навсегда.       Моя жизнь снова потеряла смысл. Мне не для чего существовать. Не для кого.       Знаете что мне сказали когда я открыл "своим друзьям" правду? Что я всё подстроил и что стал приспешником Кромешника. Весело, правда?       Ни одного ребёнка, по-настоящему верившего в нас, не осталось. Мы существуем, лишь потому что от нас нужным веселье и подарки. Только для этого. Сами мы никому не нужны...       Обидно, что на понимание этой простой истины мне потребовалось 400 лет...       - Добрый вечер.       Я аж с крыши упал от неожиданности.       Там, на крыше, стоял дедушка. С белоснежной бородой и грязной мантией. Он по-доброму смотрел на меня, а я медленно, очень медленно соображал.       Он меня видит - странно. Он ещё и взрослый - очень странно. Он стоит в 2 часа ночи на крыше - очень-очень странно. Так ещё и зимой - нереально странно.       Кто этот чувак?!       - Добрый. - наконец кивнул я.       Медленно, не делая резких движений, я встал, отряхнулся и подобрал свой посох.       - Вы что-то хотели? - вежливо поинтересовался я.       - Хотел. - кивнул старик.       Я и глазом не успел моргнуть как старик оказался прямо передо мной. Он весело улыбнулся и,пройдя чуть вдаль, оказавшись у меня за спиной, продолжил:       - Мистер Ледяной Джек, - я аж подпрыгнул. - Вы верите в случайность?       - Верю, - сказал я, непроизвольно махнув руками, и повернулся к нему торсом. - Многие вещи в этой жизни происходят случайно или по-нелепому недоразумению. Разве не так?       - Нет, мистер Джек, случайностей не существует. - сказал старик, смотрящий куда-то в даль. - Ведь судьба всё решает заранее, не спрашивая нас, хотим мы жизни, которую она для нас выбрала или нет. Существует только неизбежность.       - Что вы от меня хотите? - мне совершенно перестал нравится этот разговор.       - Я хочу вам предложить сделку. - он повернулся ко мне лицом и извлёк из мантии какой-то свёрток. - Думаю, она вас заинтересует.       Я хотел бы вам рассказать, что случилось после того, как я принял в свои руки этот свёрток. Но я уже не помню, слишком много времени прошло. Однако моя привычная жизнь в тот миг перевернулась с ног на голову. В тот миг я перестал быть снежным духом - Ледяным Джеком.       Эльза и Анна. Спустя десять лет после открытия ворот.       - Анна, всё будет хорошо. Слышишь? Всё будет хорошо, и ты скоро поправился.       - Эльза, уже ничего не будет хорошо. Весь наш народ, всё наше королевство уже умерло из-за этого или бежали от сюда. У меня нет шанса выжить.       - Не говори так! Не смей так говорить! Мы справимся. Вместе мы со всем справится! Я же не заболела...       - Потому что ты особенная, Эльза. Ты должна жить дальше, даже если я уйду. Там я встречу Кристофа. Он уже давно ждёт меня там вместе с нашими детьми.       - Нет, Анна! Пожалуйста, не говори так. Я не смогу пережить и твою смерть тоже.       - Но ты же пережила смерть Кристофа, Питера и Сьюзен*. Ты пережила смерть наших родителей.       - Потому что ты была рядом! Анна, прошу потерпи. Я уверена, лекарство найдут.       - Лекарство не найдут. - прозвучал голос позади девушек.       Они повернули головы. В дверном приёме стоял дедушка. Он был совсем старый, с длиной бородой, поношенной мантией и старой шляпе.       - Что?.. - Эльза поднялась с кровати сёстры.       - Лекарства не будет. В будущем эту болезнь назовут чумой, но лекарства так и не найдут.       - Как?.. - блондинка побледнела и осела на пол.       - Эльза, не переживай, ты справишься. - ласково улыбнулась Анна. По её бледной щеке пробежала слеза.       - В таком случае, я могу предложить вас свою помощь? - поинтересовался старик.       - Извините, но вряд ли вы сможете помочь. - грустно улыбнулась Анна.       - Если Ваша сестра согласится помочь мне, то смогу.       - Я? Конечно, что я должна делать?! - сразу подскочила Эльза.       - Мисс, вы ведь владеете снежной магией, - блондинка замерла на месте. - Вы должны будете ударить ею своей сестре в голову.       - Кто вы такой?.. - ошарашено спросила Эльза.       - Не думаю, что Вам что-то даст моё имя.       - Кто вы такой?! - прокричала Снежная Королёва.       - Ну раз вы так хотите... Моё имя Мерлин.       Он смог вылечить Анну, но на этом его помощь нам не закончилась. Он пришёл, чтобы дать нам второй шанс.       Когда Эльза снова попала мне в голову магией, ко мне вернулись все воспоминания, а в волосах вновь появилась белая прядь. Наверное, так даже лучше. Это знак того, что я должна забыть всё, что произошло со мной в день коронования сестры. Это знак, что моя жизнь начинается заново.