Море волнуется

Служить ради человечества всегда сложно, особенно когда на кону стоит твоя жизнь. Нужно мыслить здраво, откинув куда подальше все свои желания, чувства и мысли. Ты должен полностью довериться своему командиру, даже если от его приказа твоя жизнь может оборваться. Сознания многих не выдерживают подобной нагрузки, от раздирающих душу криков сослуживцев, которых раздирают титаны, можно сойти с ума. А если нет места для сожаления, когда от тебя требуют невозможного, то, что ты не сможешь сделать, даже если очень этого захочешь. Тяжелее всех приходится тем, кто сострадает, переживает потери других как свои, чья психика не готова к каждодневным встречам с титанами. Когда ты теряешь своих друзей, они умирают на твоих руках и ты понимаешь, в их смерти виноват ТЫ. Армин просыпается посреди ночи, его взгляд устремлен в потолок, тяжёлое дыхание отчетливо различимо в тишине казармы. Подросток пытается успокоить дыхание, мысленно считает до десяти с закрытыми глазами. Вновь открывает глаза. В лунном свете, льющимся через небольшие окошки и щели в стенах, виднеются пылинки, неспешно опускающиеся на деревянный пол и двухъярусные койки. И вдруг Армин отчетливо понял, он умер. Не как его сослуживцы за стенами от кровожадных титанов, не как бродяги от голода или рук преступников, он умер внутри себя, осталась только пустая оболочка, такой небольшой комок, считай раз позвонок, два позвонок, больше не бьется внутри ничего, не стучит, мир вокруг перестал вращаться, остановился. Армин вновь закрыл глаза, пытаясь успокоиться он представляет себе море, но образ не четкий, расплывчатый. Руки сами собой опускаются под одеяло, обхватывают вялую плоть, проводя по ней тонкими пальцами. Дыхание учащается, возбуждение нарастает, парнишка надавливает большим пальцем на влажную от смазки головку, приглушенно стонет в подушку. Довести себя до разрядки Армин смог за несколько минут, удовольствие разливается по телу, заставляя запрокинуть голову и закрыть глаза. Перед глазами возникает четкий образ бескрайнего моря, кажется, можно даже уловить шум волн и запах соленой воды. Но такой желанный образ исчезает, а внутри становится пусто. В этот момент Армин понимает, что готов отдать все, лишь бы вновь увидеть это видение. Море волнуется раз...В комнате полумрак, Райнер выдыхает серый дым, Армин чувствует запах сигарет и расплывается в улыбке. Несколько шагов и мальчишка оказывается напротив Брауна, вытаскивает из его рта сигарету, тушит ее о пепельницу, стоящую на небольшом столике. Давай, тихий шепот разрывает тишину комнаты. Браун притягивает Армина ближе, пытается поцеловать, но блондин отстраняется и валит Райнера на постель. Никаких поцелуев. Несколько движений и Арлерт сидит на чужих бедрах, нетерпеливо ерзая. На мальчишке лишь потертая рубаха, Райнер ощущает сквозь ткань собственных штанов его возбуждение. Руки Брауна скользят под рубаху, обхватывая ягодицы, сжимая их. Возбуждение нарастает, подросток расстегивает ширинку на штанах Райнера. Армин насаживается на твердый член и выгибается, запрокинув голову, прикрывая затуманенные глаза. Браун меняет позу и нависает над Арлертом. Движения слишком медленные, слишком плавные, от чего Армин тихо постанывает, пытаясь толкнуться навстречу, и шепчет Еще. Будь на месте Райнера кто-то другой, он бы поддался искушению и ослабил хватку, но Браун крепко сжимает бедра Армина, не давая ему двигаться. Арлерт снова выгибается, до крови закусывая губу, хрипло стонет Сильнее. Райнер глухо рычит, но темп не набирает, все также неспешно входит в юное тело, до боли сжимая худые бедра. В голове слишком много мыслей, они подобно пчелам мельтешат, не давая полностью отдаться ощущениям. Армин всхлипывает, сжимая руками плечи Райнера, прерывисто стонет, когда чужая плоть входит особенно глубоко. Но этого мало, хочется быстрее, жестче, чтоб до разноцветных кругов перед глазами, до крови, так, что бы потом любое движение вызывало тягучую боль. Райнер, пожалуйста, сильнее... Арлерт дышит, тяжело и рвано, опаляя своим дыханием чужую шею. И Райнер не выдерживает, резко переворачивает Армина на живот, и размашистыми движениями начинает вбиваться в подрагивающие под ним хрупкое тело. Мальчишка благодарно стонет, двигаясь в такт толчкам. Армин опускает руку к своему члену, нетерпеливо проводя по собственной плоти в так толчков. На долго их обоих не хватает, Райнер с остервенелым рыком кончает внутрь, Армин вскоре кончает следом, изливаясь на простыни. В глазах все плывет, тело расслабляется, и Армин проваливается в сладкое забытье, представляя, что он погружается в соленую морскую воду, теплая вода обволакивает его, парнишка медленно качается на волнах, уплывая все дальше от берега, которого, наверное, нет. Море волнуется два... Ирвин сидит за своим столом, перебирая многочисленные бумаги с отчетами, даже не смотрит на стоящего рядом Армина. Мальчишка нетерпеливо переступает с ноги на ногу, покусывая губы. Командир наконец поднимает с глаз бумаги и внимательно разглядывает подростка. Спусти штаны и встань к столу. Арлерт подчиняется, быстрыми движениями расстегивает многочисленные ремни, спуская штаны, переступает через мешающую ткань. Армин вжимается в дубовый стол, сильнее раздвигая ноги. Ирвин берет его грубо, остервенело вдалбливаясь в податливое нутро. Арлерт стонет, сам насаживается на чужой член, пытается двигаться в такт резким толчкам командира. Руки Смита сильнее сжимают хрупкое тело, оставляя многочисленные синяки. Тяжёлое дыхание обдает нежную кожу на шее, не скрытую под форменной курткой разведывательного отряда. Ремни впиваются в кожу через ткань рубашки, неприятно натирая давно огрубевшую кожу. С каждым новым толчком Армин сильнее вжимается в стол, до боли, потом останутся следы, но сейчас это не волнует мальчишку, он стонет, выгибаясь навстречу. Арлерт полностью отдается ощущениям, чувствуя пульсирующую плоть в себе. Глубже. Армин зажмуривается, надрывно всхлипывая и постанывая. По кабинету эхом разливаются шлепки, тяжёлое дыхание и стоны. Стол ходит ходуном от каждого толчка. Смит засовывает пальцы парнишке в рот, Армин обхватывает их губами, посасывая, несильно покусывая. Другая рука ложится на напряжённую плоть парнишки, сжимая ее в ладони. Еще несколько особо сильных толчков и Арлерт не выдерживает, протяжно стонет и кончает на поверхность крепкого дубового стола. Мальчишку больше ничего не волнует, его глаза закатываются, тело наполняется теплой негой, подросток проваливается в тот мир, который он представлял себе множество раз. Теплое синее море, воды которого омывают нежное юношеское тело, где-то далеко летят чайки, можно услышать их приглушенные крики. Рыбы, проплывающие мимо, задевают Армина своими плавниками, такими скользкими и холодными, наверное приятными на ощупь. Море волнуется три...Шлюха. Капрал грубо вжимает мальчишку в бетонную стену. Армин в предвкушении елозит спиной по холодной поверхности. Маленькая шлюшка. Ривай разворачивает парня спиной к себе, сдергивая с него штаны. Армин прогибается в спине, умоляюще подставляя зад под ласки. Но Леви не спешит, он почти не прикасается к нежной коже, заставляя Армина в нетерпении дергать бедрами. Холодные огрубевшие пальцы медленно проникают в тело, от чего Армин выдыхает и сам насаживается на чужие пальцы. Леви злобно шипит, свободной рукой перехватывает руки мальчишки и заводит их ему над головой. Пальцы неторопливо растягивают привычное к подобным ласкам нутро. Армин прерывисто дышит, мелко дрожит, чувствуя, как чужие пальцы одновременно неспешно и грубо вторгаются в него. Глаза затуманились, с губ срываются стоны, подросток отчаянно умоляет Капрал, больше, прошу. Но Ривай игнорирует его слова, продолжая мучительно медленно проникать в мальчишку пальцами. Армин скулит, хнычет, толкается назад, что-то напряжённо шепчет. Его руки по прежнему крепко сжимает Капрал, не давая опустить их вниз и дотронуться до своей возбужденной плоти. Ривай сильнее сжимает чужие руки, ощущая, что мальчишка пытается вырваться. Расслабься, потаскуха, у мужчины голос хриплый, при этом такой завораживающий. Армин закрывает глаза, прижимаясь к стене, елозит по ней, сжимает и разжимает пальцы на руках, что сейчас сжал Леви. Через несколько минут Арлерт не выдерживает, сильнее прогибается в спине, жалобно скулит и кончает. Армин хрипло дышит, его ноги подкашиваются и он соскальзывает на каменный пол. Несколько глубоких вдохов и чувствуется соленый запах, в ушах шумит, кажется, будто волны колышутся и чайки кричат. Мальчишка ощущает, как теплые морские волны омывают его тело, унося куда-то далеко-далеко, где нет ни титанов, ни войн, где нет никого, только чайки надрывно скулят и в воде плещутся рыбы. Наконец приходит долгожданное умиротворение, все мысли разом покидают голову. Хорошо. Просто хорошо, и все равно, что через несколько мгновений это сладкое забвение оборвется и Армин вернется в жестокую реальность, где придется опять куда-то бежать, что-то делать, отговаривать Эрана от самостоятельной вылазки за стену, чтобы перебить всех титанов. Главное, что пока эти сладкие мгновения не кончились и можно дальше уплывать за пределы сознания, оставаясь один на один с иллюзией, что ты плывешь в теплых морских волнах, вокруг летают чайки, а рыбы задевают тебя своими плавниками.