Непобеждённая

      Я сдержала слово — через три дня дала объявление. Отец, конечно, ворчал, но не вмешивался. Иногда я ловила на себе его задумчивый взгляд, и мне казалось, что он о чём-то догадывается, но я не решалась спрашивать. Как иногда говорит папа, когда я пытаюсь сунуть нос в его дела: «Меньше знаешь — лучше аппетит».       Я боялась, что моё требование «не брать садовника без моего согласия», вызовет у отца новые вопросы, но он воспринял всё спокойно:       — Твоя затея, тебе рулить.       Человек от Тобиаса появился почти через неделю после объявления. У меня было ощущение, что я занимаюсь обманом, вынуждая приходить к нам людей с надеждой получить работу и зная заранее, что откажу. С каждым днём во мне росла злость: «Вот найму кого-нибудь другого и посмотрю, как Тобиас выкручиваться будет». Я уже почти утвердилась в своём решении, особенно, когда мне пришлось отказать милому пожилому человеку, явно нуждающемся в работе.       Незнакомец позвонил в дверь, я открыла. Понятия не имею, почему ему это не понравилось, но то, что не понравилось, я поняла сразу. Может, он ожидал увидеть мужчину.       — Здравствуй, я по объявлению.       — Здравствуйте, вы претендуете на место садовника? — спросила я слегка удивлённо — слишком уж он не походил на человека такой профессии. Откуда я это знаю? Да просто насмотрелась на соискателей.       Лет тридцати с небольшим, среднего роста, крепкий, спортивный, уверенный в себе с очень цепким взглядом. Он не был красавчиком, но от него исходило что-то такое, что я не сомневалась — женщинам он нравился и даже очень.       — Меня зовут Эрик. Я могу быть садовником, дворецким, телохранителем — любой каприз за ваши бабки.       — Я Терра. Нам нужен только садовник, свои тела и двери храним, пока, сами.       Он улыбнулся, и его лицо преобразилось, став почти красивым.       — Я много чего умею.       — Спасибо, но нас интересует только умение ухаживать за растениями, — я уже решила отказать ему, но тут он спокойно заявил:       — У меня есть рекомендации с последнего места работы от Эвелин Джонсон, — услышав это имя, я чувствую резкое головокружение. Наверно, я слегка покачнулась. Эрик осторожно подхватил меня за локоть: — Тебе надо присесть. Может, воды?       — Так, Эрик, проясним всё и сразу: я не инфантильная барышня и нечего плясать вокруг меня с нашатырём. Просто я уже потеряла надежду, что ты появишься. Пришлось отказать куче народа, а это, знаешь ли, не очень приятное занятие.       — Извини, возникли проблемы.       — С Тобиасом всё в порядке? — на мгновение перестаю дышать.       — Спокойно, с ним всё нормально. Проблемы были с переброской. Мы хотели, чтобы всё выглядело абсолютно естественно, это заняло время.       — Что здесь происходит, — неожиданно раздаётся голос отца. Эрик обернулся и стал так, чтобы загородить меня собой. Похоже, о желании быть ещё и телохранителем он не врал.       — Здравствуйте, меня зовут Эрик. Я пришёл на собеседование, но девушке стало нехорошо.       Папа тут же стремительно пересекает комнату, его прохладные пальцы прижимаются к моему лбу. Он внимательно осматривает мои глаза.       — Папа, со мной всё нормально, просто слегка закружилась голова.       — Как часто она у тебя кружится? — спрашивает он, и его глаза полны тревоги.       — Пап, — я успокаивающе погладила отца по щеке, — уже всё прошло. Думаю, что Эрик нам подойдёт. Знакомьтесь, а я пойду, скажу, чтобы на стол поставили ещё один прибор, — меня останавливает негромкое покашливание:       — Кхм, я предпочёл бы поесть на кухне.       Я резко оборачиваюсь и натыкаюсь на непреклонный взгляд карих глаз. Да, похоже, этот парень умеет настоять на своём. Пожимаю плечами:       — Как хочешь. Твоя комната внизу. Я покажу после обеда. Она небольшая, но там есть всё необходимое, — чувствую, что за мной пристально наблюдает отец, наверно, я выгляжу нервной. Нужно успокоиться. Своим поведением я вызываю слишком много подозрений.

Эрик

      Мне понравился дом, в котором предстояло работать. Прежде чем войти, я внимательно его изучил, обошёл по кругу, чтобы определить наиболее вероятные точки наблюдения за домом. Когда постучал, дверь тут же открылась, на пороге стояла красивая, изящная девушка. Я узнал её по описанию. Какого чёрта она сама открывает дверь?! Если бы я хотел её похитить, мне достаточно было бы сделать одно движение, и она была бы уже в моих руках, а дальше дело техники. Район здесь тихий, соседи не отличаются любопытством. Прежде чем в доме сообразили бы, что произошло, мы были бы уже далеко.       Я решил не говорить ей пока, от кого пришёл. Мне хотелось немного пообщаться с ней, чтобы посмотреть, как она ведёт себя с незнакомцами. Девушка приветлива и спокойна, у неё острый язычок, определённо, мне всё нравится, кроме излишней доверчивости к незнакомцам. Когда я намекнул, от кого пришёл, она вдруг побледнела и покачнулась.       — Чёрт, я вовсе не хотел напугать малышку.       В комнату влетел её отец. Он засуетился возле Терры. Ничего не понимаю, с чего вдруг такая паника. Малышка познакомила меня с профессором. Я вижу, что он ни на одну секунду не поверил в то, что я садовник, но ради дочери сделал вид, что всё нормально. Едва она вышла за двери, Кормен приступил к допросу:       — Вы ведь не садовник. Вы можете быть кем угодно, но только не садовником. Моя дочь ждала именно Вас, почему? Кто Вы такой?       — Любопытно, откуда такая уверенность?       — Странная просьба дочери меня насторожила, но я подумал, что речь идёт о каком-то безработном, которому она хочет помочь. Целую неделю к нам в дом приходили люди, и она не взяла никого. Я видел, что она всё больше нервничает. Сегодняшнее головокружение, как я понимаю, было вызвано тем, что её, наконец, отпустило напряжение от ожидания Вашего появления. Поэтому я хочу знать, кто Вы такой, и почему оказываете на неё такое влияние. Молодой человек, прежде, чем Вы откроете рот, советую вам хорошенько подумать. Я неплохо разбираюсь в людях и вижу, когда меня хотят обмануть. Ваше пребывание в этом доме ещё не решено.       Профессор загнал меня в угол. Сказать всю правду я не могу, но придерживаться её должен, иначе меня тут же выставят за дверь.       — Я полицейский. — Профессор кивнул, видимо, он ожидал чего-то подобного. — Точнее, бывший полицейский. Сейчас я работаю в похожей по функциям организации. Нам стало известно, что вашу дочь могут попытаться похитить. Я здесь, чтобы вас охранять. Мы говорили об этом с Террой, она согласилась принять нашу помощь при условии, что мы не будем Вас беспокоить.       — То, что Вы полицейский, я понял сразу, а вот что касается остального… Хм… Есть в городе человек, который мог бы поручиться за вас?       Я задумался:       — Полагаю, это должен быть такой человек, мнению которого вы доверяете?       — Безусловно.       — Тогда мастер Ли. Мы дружим много лет, и Вы с ним, насколько мне известно, знакомы.       Кормен кивнул.       — Можете остаться. Я хочу знать больше об этом предполагаемом похищении. Не думайте, что я настолько глуп, и поверю в то, что вы мне всё рассказали. Но пока мне достаточно знать, что вы здесь, чтобы охранять мою дочь, с остальным разберёмся позже.       — Профессор, можно спросить? Почему обычное головокружение вызвало такую панику?       — Можете обращаться ко мне по имени. Вы бы тоже паниковали, если бы ваша дочь имела склонность впадать в кому после таких головокружений.       Господи, только этого мне не хватало. Уж лучше бы она была просто нервной барышней, а так…:       — Вы можете сказать, что вызывает кому?       — Нет. Возможно, сильное волнение, стресс, последний раз это случилось, когда её пытались заставить вспомнить прошлое. После аварии Терра потеряла память, ни в коем случае не задавайте ей вопросов о прошлом.       — М-да, чем дальше в лес — тем больше пней. Ну, раз мы определились с моим трудоустройством, у меня тоже есть ряд требований.       — Любопытно, — профессор выглядел заинтересованным.       — С сегодняшнего дня дверь в этом доме открываю только я.       — Не понял, я думал, вы претендуете на должность садовника. Кстати, вы хоть что-нибудь понимаете в растениях?       — Я уже говорил вашей дочери, что у меня широкий диапазон способностей. За цветы не волнуйтесь. Моя бывшая была ландшафтным дизайнером, кой-чему я у неё научился. Ваши растения под надёжным присмотром. В школу Терра ездит сама?       — Иногда я подбрасываю её, чаще за ней приезжают друзья.       — Чудно. Значит так, теперь будем возить по очереди, либо я, либо вы, и забирать так же. Если ей придёт в голову блажь ехать с друзьями, я буду следовать на расстоянии. Куда она ходит после школы? Клубы, бары, дискотеки — я должен знать заранее.       — Терра ходит в зал к Ли.       — Вы серьёзно?!       — Да, а что в этом странного?       — Вот если бы она занималась танцами, ходила в модный клуб или на фитнесс, то, пожалуй, ничего. Как вы могли позволить ей такое сумасбродство? Я ещё поговорю с Ли. Вы знаете, какие ребята ходят в его зал?       — Интересно, похоже, теперь всплывёт то, о чём моя дочь предпочла умолчать. Видите ли, Эрик, у неё очень независимый характер. Она добрая, милая девочка, но под этой хрупкой внешностью скрывается стальной стержень. Её практически невозможно заставить сделать что-то против воли.       — А как же родительский авторитет?       Лицо у профессора становится печальным:       — Один раз я попытался надавить своим родительским авторитетом. Ничего хорошего не получилось. Мы договорились искать компромиссы, поверьте — это наилучший выход, если имеешь дело с таким независимым человеком, как моя дочь.       Всё, что мне остаётся, это в очередной раз хмыкнуть. В дверь позвонили. Я чуть успел перехватить Терру, до того как она открыла дверь.       — Стоп, малышка! Новое правило: дверь в этом доме открываю я.       — Класс, теперь мы окончательно обленимся, — девушка закатывает глаза. — Слушай, а как ты определишь, кого впускать, а кого нет?       Сначала я подумал, что она хочет надо мной поиздеваться, но заглянул в её глазищи и понял, что ей действительно интересно.       — Положусь на чутьё.       — А если оно тебя подведёт?       — Ну, парочке посетителей, может, слегка и прищемлю нос, но я быстро учусь, можешь не сомневаться, а теперь брысь наверх, если это к тебе — позову.       — Но ты же не знаешь….       — Кыш, кыш…       Она убегает, но на лестнице неожиданно поворачивается и показывает мне язык. Я не могу удержаться от хохота, увидев её комичную рожицу. Эта малышка, определённо, мне по душе, мы с ней подружимся.