Особенности национальных контактов

      Слова «авария» и «не вовремя» – синонимы, однако эта случилась уж на редкость некстати. Катеру оставались всего считанные мгновения до посадки в заданном районе – и вдруг полный отказ системы, вместо успокоительного гула двигателей – зловещая тишина и свист рассекаемой атмосферы, а затем – резкий удар и хлопок аварийного парашюта.       – Доктор, когда я последний раз говорил вам, что ненавижу эту планету? – Пилот с трудом выкарабкался из люка и сейчас настороженно оглядывался по сторонам, не снимая руки с цевья лучемёта.       – Последний раз? Только что… Помогите открыть грузовой отсек! – Дрожа от холода, доктор побрёл к корме катера. – Может, что-то уцелело… Да, вот ещё – не хватайтесь лишний раз за оружие. Поверьте, от здешних тварей оно вас не спасёт. А вот нездоровое внимание пальба к нам привлечь может.       – Всё так плохо?       – Слава богу, мы не встроены в местную пищевую пирамиду. Иначе наше место было бы в самом основании. Самые страшные хищники нашей родины здесь в лучшем случае были бы мелкими падальщиками… Синтезатор цел, его энергоблок – тоже. А вот вездеход накрылся…       – Что?!       К сожалению, учёный оказался прав: лёгкая гусеничная машина, на которой при определённой доле везения можно было ещё засветло добраться до базы, оказалась раздавлена сорвавшимся с креплений синтезатором.       – Как поступим? Может быть, пойдём пешком? Мы ведь не так далеко от нужного места… Холодно, правда…       – Безнадёжно, – возразил доктор. – Вы сами сказали «холодно» – но сейчас это, по здешнему времени года, тёплая и солнечная погода. После заката мы оба замёрзнем. А идти как минимум двое здешних суток. Вдобавок… Тихо!       Вдалеке за деревьями мелькнула громадная серая тень, раз в десять больше любого из космонавтов.       – А вот это то, о чём я говорил… – побледнев, прошептал доктор. – И это – один из здешних мелких хищников.       – Мелких?! – Пилота затрясло от ужаса. – Каковы же крупные?       – Тихо! Если он нас найдёт…       Однако серое чудовище неторопливо удалялось, явно не собираясь возвращаться.       Доктор тяжело перевёл дыхание.       – Нам конец, – произнёс он. – Надеюсь, вы попрощались с семьёй перед вылетом?       Пилот привстал из-за громадной снежной глыбы, за которой пытался спрятаться от хищника.       – Послушайте, вы же специалист! – чуть не плача, произнёс он. – Вы один из лучших учёных, если вообще не самый лучший! Вы ведь уже высаживались на эту планету! Неужели ничего нельзя сделать?.. Подождите, здесь же вроде бы есть какая-то цивилизация! Может, попросить о помощи местных дикарей?       – Это категорически запрещено инструкцией… Впрочем, а что мы теряем? Если ваша идея сработает, оправдаться успеем, а если нет – нам будет уже всё равно… Хорошо, я попробую настроить транслятор. К счастью, он тоже цел.

***

      Аборигена искать долго не пришлось. Земля задрожала от неимоверной тяжести шагов, и исполинская фигура закрыла солнце, будто туча.       – Боже, я и не представлял, какие они громадные! – Пилот с трудом заставил себя убрать руку от лучемёта. – Вы можете с ним договориться?       Вместо ответа доктор коснулся сенсора на лицевой панели прибора, и транслятор разразился серией оглушительных звуков. Секунду поколебавшись, гигант ответил – ещё громче. Доктор набрал новую комбинацию символов, транслятор проревел их на языке аборигенов, чудовище ответило…       Диалог длился довольно долго, но вот, наконец, учёный оторвался от прибора и устало потёр рукой лицо.       – Нам повезло, – сказал он. – Этот дикарь может нам помочь. Он отнесёт нас вместе с грузом прямо к базе. С его точки зрения это недалеко. Но он требует плату.       – Какую? – насторожился пилот. В его памяти тотчас же всплыла куча жутковатых картинок, позаимствованных из фильмов ужасов и даже детских сказок. Кто не знает о том, чего иной раз требуют в уплату чудовища?       – Эти создания употребляют в пищу кучу самых разнообразных вещей, – начал доктор, деликатно не заметив, как передёрнуло пилота, уже представившего себя на тарелке под острым соусом. – Часть из них – обычное питание, но часть – мозговые стимуляторы и одурманивающие вещества. Я пообещал, что если он доставит нас к базе, то получит большую дозу одного из таких стимуляторов.       – А где же мы его возьмём?       – Синтезатор работает. Это вещество – по сути, сильно разбавленное топливо для нашего вездехода.       Тем временем туземец вытащил откуда-то из глубин одежды полупрозрачный сосуд, размером примерно с разбившийся катер.       – Нужно это наполнить. Помогите мне подсоединить трубку. Пока будем идти, емкость наполнится… Что?       Абориген мотнул гигантской головой и что-то проревел.       – А, он требует часть прямо сейчас. Ладно, сейчас нальём…       Синтезатор работал с полной нагрузкой, и через считанные минуты в ёмкости уже плескался примерно бассейн топлива. Абориген ловко подхватил сосуд и опрокинул его над своей пастью.       – Всё, теперь он готов. Собирайте вещи.       Спустя недолгое время и катер, и синтезатор с прицепленной к нему ёмкостью (впрочем, исходя из размеров прибора и сосуда, трудно было сказать, что к чему было прицеплено), и оба космонавта разместились в глубоких складках то ли одежды, то ли шкуры аборигена. Гигант поднялся и, слегка пошатываясь, двинулся в нужную сторону.       – Таким темпом через час уже будем на месте, – заметно повеселев, сказал пилот. – Скажите, доктор, я вот не пойму: если местные раньше нас никогда не видели – почему этот вот не удивился и не испугался?       Доктор насмешливо фыркнул:       – Вы не забыли, что сейчас стекает в этот проклятый бак? Ручаюсь чем угодно, этот дикарь уже успел сегодня изрядно отравиться. Он с трудом отличает нас от собственных галлюцинаций… О, мы уже почти на месте! Честно говоря, мне даже немного жаль, что не пришлось толком пообщаться с этим созданием – на редкость любопытная форма жизни… Что ещё?       Абориген похлопал по карману, где сидели космонавты.       – Так, переводим… Боже, он просит ещё один вид стимулятора! Вот с этим уже будут проблемы. Придётся повозиться со структурой… Ну сейчас, сейчас! Готово!       Синтезатор щёлкнул, и из верхнего лючка выдвинулся какой-то цилиндр, примерно в полтора раза длиннее тела самого доктора…

***

      – Эй, восьминогие, а закурить у вас нет? – изрядно заплетающимся голосом поинтересовался Федя Лысый, хлопая себя по карману куртки. Через секунду в его руке оказалась сигарета.       – О, спасибо, вы настоящие кореша!.. Всё, слазьте, приехали! Как договаривались – второй столб по дороге от Михалёвки… Чё? Помочь сгрузить? Щас…       Два мелких лиловых создания, с трудом волоча на себе кучу блестящих штуковин, исчезли в глубине сугроба.       – Вот заразы! – Федя в сердцах махнул рукой. – Ни тебе «До свидания», ни тебе «Пока»… Хоть бы аппаратик оставили, полезная штука… А, чё с вами говорить! Бывайте!       Он полез за пазуху и вытащил оттуда полуторалитровую бутылку из-под пива. Бутылка увесисто булькнула. Федя поднёс её ко рту и сделал большой глоток.       – Ох! – с трудом отдышавшись, пробормотал он. – Ну, хоть за это спасибо… Интересно, из чего вы, восьминогие, его гоните?       За бурьяном снова мелькнула серая тень - кошка Мурка опять сбежала из дома, чтобы вволю погонять по снегу полёвок…