You have such a great butt!

Мне кажется, что свой мозг я сегодня потерял. Просто случайно обронил, когда убегал от Оливера с парковки, и он, вылетая из моей головы, торжественно переложил свои обязанности на другую часть тела, а именно жопу. Ибо по-другому, кроме как «я думал жопой» объяснить своё поведение у меня не получится. Могу представить, каким долбоёбом меня посчитал Сайкс, когда я, увидев свою девушку, метнулся именно к нему, дабы спрятаться, ведь и в этот раз расстались мы с ним нехорошо. Он правильно меня подкалывал, пока я подпирал дверь своей спиной, боясь быть схваченным ею, и будь я просто свидетелем подобной истории, а не её участником, обязательно был бы на стороне Оли, но так как сейчас я именно на своём месте, приходилось праведно возмущаться. Вторым моим фэйлом (и это я считаю конкретно после возвращения сюда) было решение забраться под кровать, когда парень посоветовал прятаться. Нет, ну неужели я реально думал, что в случае, если Оливер не сможет удержать Джу, и она всё же прорвёт оборону, то девушка не найдёт меня в таком «сверхсекретном» месте? Зато на одну минуту пришла мысль, что если вдруг оказалось бы, что Сайкс на самом деле имел ко мне какие-то чувства, то, поглядев на моё поведение, он тут же решил бы, что я – дебил, и разочаровался во мне и как в возлюбленном, и как в человеке. Это было бы здорово, может, отстал бы хоть... Или наоборот, ещё больше привязался бы, в случае, если он просто хочет постебать такого лоха, как я. А я ещё столько поводов даю... Третью ошибку я допустил тогда, когда решился пооткровенничать с этим типом. Сел рядом с ним и как на духу выложил все подробности своей личной жизни, пожаловался на Джульетт, впервые признался в том, что больше не люблю её, а отношения не более чем привычка. Но всё дело в том, что сейчас, когда я всё рассказал Оливеру, я не чувствую себя дураком, что открылся именно ему. Этот парень настолько потрясающий актёр, что я на самом деле поверил, что ему есть до меня дело, все его слова и советы, возмущение, которое может быть лишь за человека, которым дорожишь, казались настоящими... И в эту минуту мне на самом деле начало казаться, что я мог бы быть ему дорог. Сейчас я как будто бы изливал душу своему близкому другу, и он переживал за меня так, как будто бы сам побывал в такой истории и теперь хочет уберечь меня. Уже хотелось поблагодарить Сайкса, ведь он, можно сказать, снял с меня розовые очки и открыл глаза, показал с другой стороны, что это на самом деле совсем не круто, терпеть такое отношение друг к другу и заниматься обоюдными мучениями. И когда же я решился сказать ему спасибо, в мою голову резко пришла одна мысль. А он ведь тоже несвободен! У него, мало того, не девушка даже, а официальная невеста, а это всё не просто так! И вмиг моё настроение обернулось в прах, а слова благодарности Оливеру застряли в горле, так и не сорвавшись с языка. Вместо этого я задал совершенно другой вопрос: - А что насчёт тебя? - Не понял, - тут же нахмурился шатен, и я решил пояснить. - Ты и твоя девушка. Со стороны полное впечатление, что вы друг друга любите и счастливы, но ты вот, как выяснилось, не прочь и на парней поглазеть. Как она относится к этому? Или, если ты осознал, что тебе нужен кто-то другой, а не она, почему всё ещё вместе с ней? Даже интересно, будет врать или же скажет правду, как и я ему о своих чувствах к Джу. Ведь мне тоже было нелегко признать, что мои отношения зашли в тупик, а он вообще создавал впечатление счастливого едва ли не семьянина. «Впрочем, как и ты», - вмешался внутренний голос. Лицо Оливера как-то изменилось, но прочитать его эмоцию, или даже просто понять, положительная она или отрицательная, у меня не вышло. - Тебе и правда интересно или же ты просто хочешь убить время, пока твоя ненаглядная не свалит? - Улыбнувшись, поинтересовался он, а у меня же пропало любое желание продолжать этот разговор. Ну я бы, блять, не спрашивал, если бы мне это было не интересно! - Если ты не хочешь отвечать, то можешь так и сказать, а не пытаться меня сбить глупыми вопросами. - Да, мы счастливы с ней, - уверенно ответил Сайкс, а у меня внутри что-то оборвалось. Пришла пора поговорить о ещё одном фэйле Энди Бирсака, посеявшего мозг. Вероятно, отключив рациональное мышление и развесив уши, я на самом деле поверил, что Оли ко мне неровно дышит. Мало того, я готов был это принять просто как факт, принять, что могу нравиться парню, и не просто фанату-гею, который дрочит на мой светлый образ, а человеку, с которым я общался лично и который знает именно меня, а не созданного мною сценического персонажа. И тут объебался так объебался... Нет, я совсем не хочу сказать, что он не способен на это чувство или прочий пафосный бред, у него на самом деле есть тот человек, которого он любит. Но это не я, а Ханна, а я... А нахуй я тогда ему сдался? Это и поспешил спросить у Оливера, хотя слушать его ответы или же оправдания уже не хотелось. - А ты дослушай до конца, прежде чем делать скоропостижные выводы, ладно? - вскипел парень, как будто бы это не он меня обидел ложью, а я обидел его чем-то. - Мы с ней счастливы, даже очень, но не как пара, понимаешь? А теперь несёт хуйню! Как можно быть счастливым с девушкой не как с парой? Я не хочу больше продолжать этот бессмысленный разговор, хочу просто поскорее свалить отсюда и в этот раз окончательно забыть об Оливере и всём, что с ним связано, но мои грёбаные размышления настолько меня обездвиживают, что я продолжаю сидеть и внимать его глупостям. - Энди, она – друг, который знает о моих истинных чувствах к одному человеку, и просто помогает мне не привлекать к себе ненужного внимания, изображая мою невесту. Она, получается, тоже его жертва, которой он запудрил мозг... Причём, походу, добровольная, и, вероятнее всего, она-то как раз его любит, если терпит такое. Бежать от него нужно и ей, и мне, но я опять лишь отвечаю Сайксу, вместо того, чтобы поднять свой зад и просто уйти. - И женишься ты на ней лишь затем, чтобы не привлекать лишнего внимания. Ну а что, здорово. Ведь здорово людям жизни ломать? - я посмотрел ему в глаза и снова чуть не залип. Уверен, что сейчас он скажет мне очередную ересь, и потому как мой мозг в отпуске, я обязательно поведусь. Даже спорить не нужно! - Я сейчас не понимаю, с какого перепугу ты психуешь. Она в праве сама распоряжаться своей жизнью, и если всё это было бы ей в напряг, то она могла бы отказаться от моего предложения и делать то, что ей... - Бла-бла-бла-бла-бла, Оливер, не старайся, я не слушаю. - Или это ты меня ревнуешь? - Стоп, что? Реально что ли проверить решил, слушаю ли я его? Но спорить с ним уже не было ни сил, ни желания. Это не ревность, если ты не любишь человека, но чувства, которые зародились в груди, когда я услышал из его уст, что он счастлив со своей девушкой, были отнюдь не приятными, и, что самое обидное, не было безразличия, которое я должен был бы испытать. Если бы мне было плевать на Сайкса, то и думать тут нечего, я бы просто ничего не почувствовал, сказал: «Ну и ок», - и пошел бы своей дорогой. Но мне стало... Больно? Не больно, а обидно, меня до краёв затопило разочарование и в себе, что повёлся, и в нём, что так красиво соврал. Вот как это называется, просто разочаровался и обманулся в ожиданиях. - Да пошел ты... - Это прозвучало совсем безобидно, лишь потешило Оли. Мне захотелось посмотреть время, чтобы узнать, спит ли уже мой лучший друг и не сильно ли он будет ворчать, если я своим полуночным визитом ненароком его разбужу. Я потянулся к телефону, чтобы для начала его включить, но не успел я извлечь аппарат на свет, как моё занятие прервали. - Пойду. Но только после этого. Оли медленно потянулся к моему лицу, причём настолько медленно и ненавязчиво, что, будь я в адеквате, сто раз бы успел его оттолкнуть и ударить, а затем сбежать. Но я, почему-то, этого не сделал, лишь сидел, сжав челюсти, и ждал его поцелуя. И он поцеловал меня. Причём, поцеловал так, что я покрылся мурашками и тупо выпал из реальности. Так не целуют во время прелюдий с теми, кого хотят трахнуть и забыть об этом на следующий день, так не целуют на публику, чтобы повыёбываться отношениями, так целуют только... Только тех, кого любят. Влажное прикосновение губ к губам, от которого по телу проходит ток, даже без языка и прочих выпендриваний и уловок. Что самое странное, этот поцелуй показался до боли знакомым. Меня уже целовали так, вызывая те же эмоции, и я вспомнил, что целовавшим меня человеком тоже был именно Оли. Он делал это так же в ту самую ночь, и именно сейчас мне приоткрылась завеса тайны, память выскребла из самых дальних уголков несколько деталей, и мне на миг даже стало плохо от их переизбытка. Я отстранил от себя Оливера, так как понимал, что ещё немного, и я поддамся ему, ещё чуть-чуть, и я буду не сидеть на этой кровати рядом с ним одетый, а буду лежать голый и под ним. Во второй раз я не хочу, чтобы это повторилось. Но в то же время хочу остаться здесь для того, чтобы узнать его получше. Вдруг его поцелуй был искренним, и если бы я знал этого парня поближе, то?.. - Я пойду, наверное, - сказал я лишь затем, чтобы услышать из его уст, что я должен остаться, ибо самому принять такое решение и взгромоздить на себя ответственность за то, что я по своей воле остался в гостях у этого маньяка, я не хотел. «Это он меня не отпускал, я бы ушел, если бы мог!» - так вот буду оправдываться перед собой и своей совестью. И он «заставил» меня остаться, о чём я ни на секунду не пожалел, особенно при том, что в его номере куда безопаснее, чем снаружи. Снаружи дежурила Джу, а в её лапы я не хотел. Мы говорили, вернее, разговор был лишь поводом, чтобы понаблюдать друг за другом. Оли ловил все мои движения, улыбки и интонации, совершенно не стесняясь меня рассматривать. Он смотрел на мои губы и, вероятно, представлял, как будет сминать их в поцелуе, но стойко держался и не нападал на меня, и я искренне благодарен ему за это. Я же так же откровенно пялился на Сайкса и замечал, что я ему на самом деле нравлюсь, что он не соврал мне о своих чувствах, и что на самом деле что-то есть. В его глазах, взгляде, в поведении... Он не палился нарочно, но и не пытался скрыть этого за маской презрения, как это было раньше при нашем с ним общении. Да и какое раньше общение было? Не общение, а чёрт знает что. Даже когда Оли засыпал, он продолжал блаженствовать, глядя на меня, но так же продолжал держать себя в руках, когда я подсел непозволительно близко к нему. Да, нарочно пытался вывести его, вернее, проверял прочность его нервов, и проверку он прошел на «отлично». Я почти убедился, что мне совершенно ничего не грозит, что Оливер не станет причинять мне боль или неудобства. Когда он уснул, я в последний раз решил проверить, не притворяется ли он спящим, чтобы зачем-то усыпить мою бдительность, поэтому сказал фразу, что будь Сайкс в сознании, точно бы отреагировал на неё. Но после: «Знаешь, Оли, а ты мне тоже очень нравишься», - шатен продолжил сопеть, даже не дёрнувшись, а я обрадовался, что он этого не слышал, ведь я соврал, и он бы расстроился, если бы узнал, что сказанное мною – это неправда, а тупая издёвка над чувствами. Вот такая вот странная у меня забота. И несмотря на то, что я наверняка знал, что от Оли не нужно ждать подлости, спать я не мог. Я смотрел на Оливера, вспоминал его той ночью, отыскивая в памяти новые детальки того вечера, и понимал, что он – болото, и что я уже конкретно в него вляпался. Только болото не холодное и губительное, хотя в последнем я всё же сомневаюсь, а жаркое и мягкое, как зыбучие пески. Этот парень как магнитом притягивает меня, заставляет мой здравый смысл отключаться, и всё сильнее и сильнее топит меня в себе. И чем больше я пытаюсь сопротивляться, тем больше я в его власти. Я понял это именно сегодня, раньше такого не было, так как и нас обоих не было в жизнях друг друга настолько, как в последнюю неделю. Нет, я-то был для него кем-то большим, чем заокеанским коллегой, я же о нём вспоминал лишь по праздникам, и то совместным. Ну и благодаря Керрангу, не раз и не два мы с ним или наши группы попадали в один и тот же номер. Казалось, что сегодня мы просто отлично сблизились, что было бы совсем неплохо попробовать наладить контакт именно в том самом смысле... Но, мать твою, это ведь неправильно! Никогда не страдал гомофобией, но ни за что не причислил бы себя к меньшинствам или даже к би. Не чувствую влечения к своему полу, ни к одному парню не чувствую, кроме... Него. Мысль: «Это неправильно», - просто терроризирует мой мозг, но что ещё более неправильно, так это то, что я веду себя, как идиот, и, получается, морочу парню голову. Я даю ему надежду даже тем, что остался на ночь, и, мало того, не просто в номере, а вообще в его кровати, что как будто бы и говорю, что ничего у нас больше не будет, но это звучит так неуверенно, что я и сам сомневаюсь в правдивости собственных слов. Тем временем охреневший Оливер уже вовсю расслабился и сложил на меня конечности. Ему сейчас хорошо и тепло, я чувствую его улыбку, хотя и лежу к нему спиной. На миг и мне становится уютно в объятиях человека, который меня споил и трахнул, человека, который намёками поведал об этом факте нашей с ним биографии всему свету, но, к счастью, не все догадались, что к чему. И эта мысль в какой-то степени отрезвила меня, поэтому я решил, что утром снова включу игнор и свалю от него подальше, так как боюсь признаться даже себе, что если он попросит, я останусь с ним и утром. Просто останусь, и заставлю его мучиться от невозможности к себе прикоснуться, а себя от того, что хуёво поступаю, давая человеку ложную надежду. Лучше сразу включить суку и уйти, так получится менее болезненно. Пусть подумает обо мне какую-то гадость, но так будет лучше... Сам не предполагал, что удастся задремать хоть на пару часиков, тем не менее, когда я прикрывал глаза, в комнате всё ещё царила темень, а когда приоткрыл веки – её наполнял солнечный свет. Оли всё ещё обнимал меня, судя по ощущениям, и я уже хотел выбираться из постели, как передумал. Чмо я, всё-таки, разрешаю ему подольше насладиться своим теплом перед тем, как плюнуть в душу. Хотя, он же вроде бы спит, поэтому... Но мои мысли о том, что он спит, развеялись вместе с его поцелуем. Вмиг мне стало не по себе, и я попытался вырваться из тёплого и мягкого «песка», окутывающего меня. И Оли разжал хватку по первому требованию, подтверждая то, что он меня на самом деле уважает. Давненько я не вспоминал о фэйлах. Так вот, очередной состоял в том, что я раздраконил Сайкса своим поведением. Но ведь я на самом деле не думал (было нечем) ни о чём таком, когда наклонился за обувью, открывая ему виды на то, от чего ему просто нереально отвести взгляд. Я не нарочно хотел поиздеваться, как грешным делом подумал обо мне Оли, оно само!.. Но парня как будто подменили конкретно после моей фразы в ответ ему на его заебавшее меня предложеньице. Тут и мудрецом быть не нужно, чтобы заметить, как он изменился, вернее, возбудился от чего-то. Потерянный контроль читался в его жестах, в том, как он впился пальцами в подушку и прищурил глаза, пытаясь увидеть меня насквозь. Я почувствовал, как воздух наэлектризовался, и тут же понял, что попал. Что не выйду отсюда, пока он не получит то, чего хочет. И я почти готов смириться со своей участью, дать ему возможность вновь почувствовать себя победителем, но неправильность происходящего просто добивала меня без оружия самим фактом своего существования. - Оливер... Даже если я соглашусь сейчас, ты ведь... Ты ведь всё равно не оставишь меня в покое. Я прав? Чёрт возьми, я это вслух сказал? Я дал ему понять, что у него есть шанс. Я своим грёбаным языком подписал себе приговор! И после такого он точно не сдастся и будет продолжать верить в свой хэппи-энд со мной. - Прав, - ну, что я говорил? - Я всё равно буду искать новые и новые возможности быть ближе к тебе, и буду делать это до тех пор, пока ты не сдашься мне. Ну или не убьёшь. Убивать Сайкса я не собираюсь, хотя желание такое появлялось и не раз. Он ведь... Он ведь реально добьётся, я сам чувствую, как моя броня слабеет, и ещё немного, и я сдамся с потрохами. - Так есть ли мне смысл?.. Есть ли смысл соглашаться, если я знаю, что ничего не изменится? Что ты продолжишь меня преследовать и пытаться испортить мне... Мой голос меня не слушался, в данный момент меня трясло так, что темнело в глазах, и подгибались ноги. - Ну? Продолжай, я внимательно тебя слушаю, - Оливер как будто издевался надо мной, заставляя говорить. - Ты понял, что я имел в виду, - выпалил я, хотя сомневаюсь в этом, ибо, что я имел в виду, я и сам не понял. - Ты привык добиваться своего, и, чувствую, ты добьёшься и в этом случае, в независимости от того, буду я хотеть этого или нет, - здесь я решил сказать ему правду. - Энди, а вот здесь ты не прав. Я никогда, повторяю, никогда не принуждал тебя к чему-либо. И ты, конечно же, мне не поверишь, но в ту ночь, когда я уже был готов остановиться, чтобы не причинять тебе ещё большую боль, ты сам настоял на продолжении. В его глазах на миг блеснул страх, страх того, что я на самом деле посчитаю его насильником, который реально хотел мне зла. - Почему же не поверю? - Поспешил возразить я, и подсознание мигом подкинуло в огонь дровишек, а именно дало вспомнить брошенную мною же фразу: «Дотрахай меня уже, раз начал». - Кое-что мне всё же удалось вспомнить. Ты довёл меня до точки невозврата, раздразнил, возбудил и захотел бросить, так что я должен был делать? Будь я хотя бы не пьяный, то не упустил бы возможности сбежать, а так... Да и когда я говорил о том, что ты всё равно добьёшься своего, несмотря на моё желание или нежелание, я не имел в виду, что ты меня насиловал и собираешься делать это снова. - А что ты имел в виду? Сайкс подошел на очень опасное расстояние, это пугало и в то же время... Заводило? Вышибало остатки здравых мыслей из головы, и ответить на вопрос, ответ на который я, вроде как, и знал до того, как он приблизился, я теперь не мог. - Я... О том, что ты напорист и терпелив... Я вспомнил не всё, но ты так долго со мной возился тогда, уговаривал и... - бессвязно бормотал я, пытаясь не смотреть ему в глаза. Хотелось сбежать, и я предпринял попытку, но был перехвачен. - А знаешь, почему я это делал? Почему не просто бросил на кровать и не выебал лишь себе в удовольствие? Почему не приставал к тебе этой ночью, хотя у меня было множество возможностей сделать с тобой всё, что захочу? Ответь. Последнее слово прогремело как гром. Отвечать я ни в коем случае не хотел, но знал, что если продолжу здесь находиться, то сделать это придётся. Я всё ещё мог уйти, ударить по его загребущим рукам, кинуться к двери и сбежать, но вместо этого продолжал сладкую пытку для Оливера. Я стоял к нему вплотную и ловил сбитое дыхание, разрешал к себе прикасаться и сводил с ума. - Можно, я не буду отвечать? Я просто не... - Нет, нельзя. А то, что ты не можешь принять или поверить в это, так просто произнеси это в голос, сразу станет проще, - я злил его всё больше и чувствовал, что парень на грани. И было бы просто отлично, чтобы он взорвался и хотя бы ударил меня, мне стало бы немного проще, получи я отрезвительную пиздюлину. А то ощущение собственного долбоебизма просто убивало меня. - Кому станет, тебе или мне? - Обоим станет. Просто скажи это и вали отсюда, пока я не передумал, - и я знал, что он на самом деле отпустит меня, если я скажу то, что он хочет услышать. Но собраться с мыслями это, блять, не так-то и просто! - Ты не такой сволочной, каким хотел мне казаться раньше и каким успешно казался. Я думал, что знаю тебя, когда мы почти не общались и конфликтовали, думал, что тот ты, саркастический, язвительный и высокомерный – настоящий. И я не хотел узнавать тебя поближе, чтобы либо подтвердить свои мысли, либо опровергнуть их. Мне просто было всё равно, но не теперь. Я заткнулся, переводя дыхание и обдумывая последующие слова, но Оли меня поторопил. Ему, как и мне, хотелось поскорее расхлебаться с этим вопросом, выпроводить меня да спокойно подрочить, так как его просто немыслимо трясло от возбуждения. Я чувствовал его и просто поражался стальной выдержке этого парня. Вот он я, стою к нему вплотную, выруби меня ударом по башке, брось на кровать да вставь по самые яйца, но он этого не делает и не сделает никогда потому, что испытывает по отношению ко мне не просто похоть. И как бы ни было сложно сейчас, я переборю себя, и Оли услышит то, чего так жаждет. - Я всё время сам себе противоречу, поэтому не пойми превратно... - На самом деле, время тянуть я не хотел, это получалось само собой, так как я не мог настроиться. - Вчера я ехал к тебе вообще непонятно по какой причине. Я не хотел даже видеть твою физиономию, но в то же время хотел разобраться во всём произошедшем. И ещё вечером, сидя в гостиной этого номера, я не верил своим ушам, когда ты сказал мне о том, что я тебе нравлюсь. На самом деле не верил, но сейчас... Я почти не спал сегодня, много думал, вспоминал всё произошедшее и понял, что был прав насчёт того, что ты актёр, но ошибался насчёт твоей роли. Ты играл именно заносчивого ублюдка, а твои поцелуи и взгляды были искренними и не имели цели меня просто позлить. Ты всё равно остаёшься для меня лицемером, но... Чёрт с тобой, я верю в то, что сейчас ты настоящий. Что сейчас хочешь трахнуть меня не потому, чтобы испортить мне жизнь и причинить неприятности, а потому, что ты... Ты меня любишь, Оливер... Я не знаю, правда, за что, и почему тебе приглянулся я, но сердцу ведь не прикажешь, да? - Я улыбнулся и поднял глаза на него, натыкаясь на совершенно стеклянный взгляд. - Можешь отпустить меня, я не сбегу... Но реакции на мои слова не последовало, Оливер продолжил с отсутствующим взглядом держать мои руки. - С тобой всё хорошо? - А что не так? - Вынырнул из забытья Сайкс. - Вернее, с чего ты взял, что я не в порядке? - Просто ты завис и не реагировал на мою просьбу отпустить мои руки. Ты всё ещё их сжимаешь, причём сильно, а у меня синяки ещё с прошлого раза не совсем прошли, - как можно мягче сообщил я. Вмиг я почувствовал, как давление исчезло. - Спасибо, так гораздо комфортнее, - поблагодарил я, ожидая, что же он мне скажет на мои слова. Я ведь произнёс вслух то, что он меня просил, теперь его ход. - Теперь можешь идти, - отходя от меня, протянул Оливер. «Ура, долгожданная свобода, валим, Бирсак, пока он не передумал!» - прокричали мне вернувшиеся на место мозги, но что-то было не так. Я не послушал свой здравый смысл, так и не сдвинувшись с места. Я смотрел на Оливера и понимал, что ему ничуть не легче от того, что я принял его чувства и поверил в их подлинность. И ему станет лишь хуже, если он будет знать, что я поверил ему, но так просто наплевал на это и ушел. - А ты хочешь, чтобы я остался? «Сам же ночью планировал нацепить маску сволочи и уйти, к чему эти вопросы?» - мигом мысленно отругал себя за то, что в который раз веду себя как полнейший мудак. Оливер не верит ушам, и если он сейчас врежет мне за то, что я играю его чувствами и издеваюсь, я смиренно это стерплю. - Как будто бы, если я скажу, что хочу этого, ты останешься. Ну вот, и как теперь оправдаться? Что говорить? Внутренняя истерика сейчас достигнет той же отметки, что и у Сайкса, а что я могу наговорить или натворить на эмоциях, каждый чёртов раз даже для меня самого загадка. Всё, Энди, пора на выход. - Да, ты прав. Просто я подумал о том, что ты вчера говорил, о Джульетт и о том, в чём смысл моих с ней отношений, вот и... - Хуйню морожу, зачем хоть Джу приплёл? Но Оливер расплылся в какой-то издевательской улыбке, и я понял, что сейчас что-то будет. - Вот и решил сбежать на этот день от неё к тому, кто с радостью примет тебя в свою кроватку, ну для сравнения, а потом послать её к чертям, потому что... - Заткнись, - мигом перебил я, так как был просто в шоке, что парень мог обо мне такое подумать. - Я вообще зря пришел сюда вчера, - а вот это истина. Не пришел бы, многих неприятных моментов можно было бы избежать. - Не зря. Ты понял, что достоин лучшего, чем ревнивая истеричка, что я лицемерный мудак, притворяющийся гадостью, хотя на самом деле хороший, что ты готов устроить ещё одну проверку своей ориентации, если после этого лицемер от тебя отстанет. Так что не зря. И всё, что он только что сказал, было чистой правдой, я как будто бы стал другим человеком, переосмыслив с помощью Оливера этой ночью почти всю свою жизнь. Блять, да, я понял, что отношения с моей девушкой меня больше угнетают, чем приносят мне счастье. Чёрт возьми, да, я понял, что просто катастрофически ошибался в Оливере, и, в конце концов, да, я мог бы ещё раз оказаться с ним в одной постели, если бы он пообещал исчезнуть из моей жизни... Нет, чтобы просто пообещал, но на самом деле не исчез. Я больше не смог бы существовать без него. Он на самом деле... На самом деле изменил меня и каким-то немыслимым образом стал привязывать к себе. Дальше я почувствовал его губы на своих, и это казалось таким правильным и естественным продолжением его слов, что я просто не видел смысла дальше сопротивляться, я впустил его язык в свой рот и приобнял парня за плечи. Я ответил ему, так как мне на самом деле это нравилось, мне нравилось чувствовать мужчину, испытывать такие незнакомые и дикие ощущения. Это совершенно по-другому, чем с женщинами. А ещё хотелось... Нет, я не могу этого сказать даже про себя. Когда Оли отстранился, я слегка удивился этому, ведь на его месте я бы не прекратил истязать ротик того, о ком мечтал столько времени, пока не онемел бы собственный. Но я понял, зачем он оторвался – полюбоваться на того, кого он только что всё же смог добиться, ощутить счастье в своих руках и, наконец, выдохнуть, что оно не станет сбегать. Но я не я, если не испорчу момент, верно? - На что ты надеялся? - подал голос я, и, заметив замешательство Сайкса, поспешил уточнить. - Не сейчас, а вообще, когда решил мне признаться в чувствах, о чём ты думал и как видел дальнейшее развитие событий? Меня на самом деле волновал этот вопрос. На месте Оливера я бы ни за что не решился, если бы вдруг сам влюбился в кого-нибудь из друзей или просто знакомых. Да и план у него, признаться честно, был полным пиздецом, поверить в то, что он сработает, мог бы лишь самый отчаянный мечтатель. Не мог же он реально верить в то, что после его «комплимента» я зардеюсь, как отличница перед королём школы, и тут же брошусь ему в объятия? Или я должен был после секса с ним проснуться и осознать, что жить больше не смогу без его члена в заднице? Бред же! - Честно? Ни на что я не надеялся, - опустив взгляд, улыбнулся Оли. - Просто знал, что нужно рассказать, чтобы перестать страдать от этого в одиночку. Твою реакцию предсказать было несложно, поэтому я признавался, когда ты был пьяный, и я нарочно спровоцировал тебя напиться, да... - Ну, об этом я догадывался, и Оли должен был на самом деле хорошо меня знать, чтобы предугадать, что после из ряда вон выходящего пиздеца я уёбываюсь в хлам. - Вообще сейчас стрёмно вспоминать, но Ханна с самого начала не верила в успех этой затеи, говорила, что пошлёшь к чертям. - Дело говорила. - Ну а в случае провала плана «А», я думал положиться на случай и уже импровизировать, и случай не подвёл – ты сейчас рядом со мной, - сладко протянул он, празднуя свою победу. - Ну, и дальше что? А и правда, что будет с нами дальше? Встречаться, по крайней мере, официально мы не сможем. Это перевернёт не только наши с ним жизни. Но ведь Оливер заслужил шанс быть с тем, кого он любит, а я хочу дать шанс его чувствам, так как у меня предчувствие, что не пожалею... - Просто оставайся со мной. Проверь свои ощущения по-трезвому, и могу поклясться, что со мной тебе будет не хуже, чем с нелюбимой девушкой. А почувствовать влечение ко мне у тебя получится потом, не сразу. Просто отпусти запреты и стереотипы внутри своей головы и поймёшь, что жизнь становится намного интереснее и разнообразнее. Я-то отпустил стереотипы, вернее, их у меня почти и не было, была лишь уверенность в том, что я натурал, и с парнем я себя не видел. Просто не было того, ради которого я смог бы послать всё к чертям и пересмотреть свои взгляды ради отношений с ним. Сейчас, кажется, такой появился, так почему бы и нет? Оли потёрся пахом о моё бедро и едва сдержал себя от того, чтобы не заурчать от удовольствия, и я понял, что его слова – это не просто совет на будущее или план на наши с ним дальнейшие отношения. Но я, как бы, не готов переходить к активным действиям прямо... - Сейчас? - Какой-то я сегодня наркоман. Или девственник. Или всё в одном, обдолбанный школьник, так как даже откровенно полапать парня, с которым, я уже не сомневаюсь, через несколько минут окажусь в кровати, я себя заставить не смог. - А почему бы и нет? Кто нас остановит? Твоя истеричка, что ли? - Зря только ботинки надевал, - хихикнул я и решил устроить Оливеру внезапность под названием «Сайкс, охуей!». И она удалась, так как Оли был удивлён тому, что я первый полез целоваться, и что тащить на буксире к кровати меня не пришлось, так как тащить пытался именно я. Оли шустро сориентировался и поспешил перехватить инициативу, уронил меня на себя, а себя на постель, заставив рассмеяться с неуклюжести ситуации, но долго думать об этом и лыбиться не входило в наши планы. В следующую секунду я снова почувствовал его вкус у себя во рту. - Гораздо приятнее тебя целовать, когда ты отвечаешь, - буквально на мгновение оторвавшись от меня, сообщил шатен, но когда не услышал мою реплику в ответ на это, заговорил вновь. - Действуй, что ли, знаешь, как мне джинсы жмут? - А самому снять их не вариант? - съехидничал я. - Р-р-р, если возиться будешь, то передумаю насчёт мести, - сквозь зубы выдохнул Оли и, прикрыв глаза, дёрнул пуговицу и ширинку на своих штанах. А я же слегка приохуел. Блять, и это мягко сказано, ведь я реально смирился с тем, что он сейчас снова поимеет меня, что слова про месть – это просто завлекуха... - Так ты не шутил насчёт того, что?.. - Никаких шуток, Энди, надо же узнать, на что способны Белые Кролики в постели, - простонал он и заискивающе дёрнул бровями. - Меня этот вопрос мучает ещё с той самой ночи... - Сволочуга! - возмутился я, так как он совсем не вовремя вспомнил моё прозвище, данное мне Джульетт. Кролик совсем не в том смысле! - Сейчас узнаешь, смотри, не пожалей потом, - прошипел я, кусая его за шею. - Мм, твои угрозы так заводят, - выдохнул Оли, распуская свои ручонки, то есть накрывая ладонями мой пах. - В ту ночь твои высказывания были невъебенно ядовиты и дерзки. Но сейчас меньше слов. Хочу тебя. Хотел бы я козырнуть фразочкой, что два раза просить меня не пришлось, да только не хочу быть пиздаболом. Мне было неловко и непривычно в постели с парнем, теоретически я знал, что к чему и что куда, но, блять, чёртово волнение не давало применить и эти крошечные знания на практике. Руки нещадно тряслись, благо Оливер сам стянул с себя и с меня заодно одежду, и мне не пришлось это делать самому. Затем, когда мы оказались голыми, у меня наступил ступор, и я не понимал, что дальше, хотя Сайкс очень красноречиво разводил ножки и ухмылялся, а я жестко тупил и не понимал таких откровенных намёков. - Ди, я, конечно, могу всё сделать сам, но это будет не то, - прохрипел он, обнимая меня ногами за талию и притягивая ближе к себе для поцелуя. - Не бойся, просто расслабься. - Это я тебе говорить должен, - нервно хихикнул я, поочерёдно целуя его губы, подбородок, «розу» на шее, тем временем рукой скользя по животу вниз. Чувствовать член другого парня в своей ладони – это дофига новое и непривычное ощущение. У меня ещё сильнее сбилось дыхание и заколотилось сердце, но не было никакого отвращения, лишь страх наделать ошибок. Самое удивительное то, что Оливер вообще не боялся, чувствовал себя расслабленно и полностью мне доверял, отдавал себя в мои кривые дрожащие руки, что было полным безрассудством с его стороны. Я совершенно неопытный долбоёб, но та же самая вера Оли в то, что я не причиню ему вреда, заставляла бороться с неуверенностью и пытаться сделать максимально приятно этому парню. Поначалу дрочка, затем медленная и мучительная для обоих растяжка, во время которой Сайкс просто молил не тянуть и действовать агрессивнее, но я не мог. И не хотел причинять ему неудобства, вспоминая, что и он со мной возился непозволительно долго, пока не удостоверился в том, что я реально готов. Я входил медленно и бережно, по крайней мере, Оли даже не стонал от боли, лишь очень громко выдыхал, принимая меня в себя. Вспомнился момент, когда в свой первый раз с ним я вёл себя, как истеричка, кричал и матерился. И несмотря на то, что я по-прежнему считаю, что имел полное право так себя вести, мне стало немного стыдно, ведь, могу поклясться, Оливеру сейчас не менее больно, чем было мне, а он держится как мужик и не сыплет проклятиями в мой адрес. Я что-то говорил, пытался выяснить, насколько я плох, нёс какую-то ересь, на которую Сайкс лишь улыбался и целовал меня, чтобы заткнуть. И в конечном итоге я расслабился, так как понял, что всё не так плохо, как я себе накрутил, ему вроде как даже начало нравиться, а спустя несколько толчков и вовсе сорвало крышу. Он прижимался ещё теснее, обнимая меня ногами, заставлял входить глубже и с таким упоением стонал моё имя, что это просто выбивало из меня дух. Что он там о сравнении с Джульетт говорил? Такое нельзя сравнивать, как по мне, ведь это совершенно другое. Ничуть не хуже, чем с девушкой, но совершенно по-другому, и это «по-другому» просто обалденно, факт. Несмотря на то, что я уже лежал рядом с Оли и пялился в потолок, приводя дыхание в порядок, кожа спины всё ещё пылала от его прикосновений. И если после секса с девушками она пылает от царапин острыми ногтями, то в этом случае от прикосновений тёплых ладоней. От простого прикосновения… Мне не хотелось говорить, и Оливер не настаивал, так как по моему удовлетворённому виду всё и так было понятно, слова были бы явно лишними. Я принял своё решение, которое читалось в моём взгляде в глаза этому парню и не нуждалось в озвучивании, и только спустя безразмерный период времени я услышал его слова: - Я не требую и не буду требовать от тебя клятв или признаний, просто хочу чувствовать то, что чувствую сейчас, глядя в твои глаза. А сейчас я вижу там именно то, что мечтал увидеть с того самого момента, как понял, что ты для меня что-то значишь. Так что можешь не утруждать себя произнесением красивых фраз. После этого я понял, что слова – ничто, а всё решают поступки, ведь сказать можно что угодно, а вот показать это делом и вселить в человека веру в себя, доказать искренность чувств можно лишь поступками, что и делал он. Теперь мой черёд доказывать, что я на самом деле не намереваюсь уходить и разбивать его надежды. И я буду делать это.