Еще два Уизли

      На протяжении уже очень многих лет каждое утро Минервы Макгонагалл начиналось одинаково. После того, как Минерва просыпалась, она сразу же вставала с кровати, едва ли хотя бы раз за последние несколько десятков лет она позволила себе понежиться хотя бы пять минут. Как только вставала, профессорша незамедлительно заправляла кровать – благо, для этого было достаточно всего лишь взмаха волшебной палочкой.       Как только в комнате воцарялся идеальный порядок, Минерва в порядок приводила уже себя. Не важно, была ли она дома или в школе она в любом случае не допускала даже и мысли о том, чтобы выйти из спальни с неаккуратно сделанной прической или в неопрятной мантии.       Вообще говоря, едва ли про Минерву можно было сказать, что она была влюблена в зеркало. Все эти утренние ритуалы для нее не были актом самолюбования, скорее последствиями слегка излишней дисциплинированности: волосы всегда были гладко зачесаны и собраны в тугой пучок, строгая мантия идеально выглажена, никаких лишних аксессуаров, никакого кокетства. Профессор Макгонагалл в первую очередь хотела быть хорошим примером, и, пусть только в своих мечтах, непререкаемым авторитетом для своих учеников. На то, чтобы быть просто женщиной времени почти не оставалось       Именно таким было и сегодняшнее утро. Быстро, отработанными годами движениями, почти не глядя в зеркало, можно сказать, на ощупь, Минерва собрала волосы, придирчиво осмотрела себя в зеркале: прическа и мантия в порядке, ногти на руках вычищены, на лице читается спокойствие и умиротворение – можно спускаться к завтраку. - Доброе утро, профессор Макгонагалл! – услышала она два сонных детских голоса. Это близнецы Уизли спускались из своей комнаты. Они сегодня были похожи на маленьких зомби. - Доброе утро, мальчики! “Никак не привыкну, что они в школе!” – пронеслось в голове у декана.       Когда эти двое попали на ее факультет, Минерва была довольна: еще два Уизли. Несомненно, она ожидала от них успехов в учебе, что не маловажно, в квиддиче, само собой еще и дисциплины. Но эти дети быстро дали понять, что стереотипы им явно не по душе. Они совершенно не стремились повторить успехи братьев, быть такими как кто-то там было мальчишкам не по душе, если и быть, то только первыми.       Поскольку спорт и учеба были сильными сторонами старших братьев, то Фред и Джордж избрали для себя дорогу проказ. Для декана они были постоянной головной болью: постоянно куда-то убегали, что-то ломали,срывали уроки. И скольких же баллов лишился факультет?! Минерва назначала им отработки, даже отправляла письма Молли – не помогало ничего.       Однако, не смотря на все сложности, Минерва любила этих сорванцов. Хорошо бы об этом никогда не задумался Снейп, но мальчишки сильно напоминали Мародёров. Им тоже прощали все шалости, стоило детям просто улыбнуться, однако в отличие от предшественников, Уизли хоть и шалили, но делали это только ради веселья и никогда не при каких обстоятельствах не ставили себе цели кого-то обидеть. Это подкупало вдвойне. Эти двое были как глотком свежего воздуха для школы, где приходилось по десять традиций на квадратный метр площади. Как же хорошо, что эти солнечные зайчики попали именно к ней на факультет!       За завтраком Минерва поочередно наблюдала за близнецами и за Снейпом. Зельевар не сводил глаз с детей, его лицо не выражало абсолютно ничего. “Мерлин! Ну, что ему за радость мучить этих детей! Они, что с ним, что без него будут проказничать, так отпустил бы их уже домой! У них же семья есть! Да и вряд ли детям в их возрасте пойдет на пользу целыми днями на улицу не выходить! Конечно, хорошо, если Северус подтянет их по учебе, но нельзя же палку перегибать” – Минерва на секунду встретилась взглядом со слизеринским деканом и тут же опустила глаза. “Cеверус, может, и гениальный зельевар, но мальчишек нужно от него срочно спасать! Разговоры тут не помогут – Снейп никогда бы никого не послушал, всегда был упрямым, но и перехитрить слизеринца, да еще и декана, задача не из легких. Думай, Минерва, думай” – пронеслось в голове у Макгонагалл.       После завтрака профессор Макгонагалл видела, как Снейп дал детям какие-то указания, они пробыли минут двадцать или тридцать в кабинете зельевара, после чего Фред и Джордж отправились в свою комнату. Вообще все трое вели себя сегодня странно. “Вот негодяй! Если ему некогда следить за детьми, то отпустил бы уж их на прогулку!..”

***

      Утро для Минервы пронеслось быстро, как и у всех деканов, у нее было много работы, которую непременно нужно было закончить до начала учебного года. А сегодня профессор как-то особенно замоталась, даже за обедом ее мысли были заняты тем, сколько в этом году на Гриффиндоре может оказаться первокурсников, как их будет лучше разместить... Однако, она все же нашла пару минут и для своих сорванцов: - Фред! Джордж! Куда вы так спешите? – окликнула близнецов Макгонагалл. - У нас сегодня много дел, профессор, - с серьезным лицом ответил Фред. - Прямо сейчас мы должны пойти в лабораторию – будем заниматься зельеварением, - продолжил мысль второй близнец. - А после ужина строчки... – с досадой вспомнил Фред, мальчишки переглянулись и в один голос устало вздохнули. Минерва ничего не ответила, просто жестом показала Уизли, что они могут идти. “Это возмутительно! Дети совсем не отдыхают, так и до нервного истощения не долго! И откуда, позвольте, после такого лета у мальчиков могут взяться силы на учебу?! Нужно срочно что-то предпринять! Впрочем, идея есть” – декан Гриффиндора была готова к решительным действиям.

***

За ужином на мальчиков было жалко смотреть: они как и всегда были веселыми, но от усталости, это было заметно, просто валились с ног. Дети явно не высыпаются. - Северус, Вы не могли бы уделить мне минутку внимания, - окликнула Минерва зельевара, который уже направился в свой кабинет. - Я в Вашем распоряжении, - хоть Снейп и испытывал некоторую неприязнь к Маккошке, но статус декана, собственная репутация, да и влияние Люциуса, заставляли его всегда держать лицо, даже если этого хотелось меньше всего на свете. - Северус, я хотела попросить Вас об одолжении, - заискивающим тоном продолжила профессор. – Дело в том, что Хагриду нужно отлучиться на несколько дней... Так уж вышло. - Только не говорите, что он опять притащит в школу очередную смертельно опасную тварь! – закатил глаза зельевар. – Не слишком бы мне хотелось, чтобы мои ученики умерли до того, как сдадут СОВ. - Да, в этом я солидарна с Вами, Северус, но разве Хагриду запретишь? Уж если исключение из школы его не остановило... – на этих словах профессору Макгонагалл и правда стало не по себе, ведь чаще всего от зверушек великана страдают именно безрассудные гриффиндорцы. – Впрочем, сейчас не об этом речь. Дело в том, что эта его жуткая собака, Клык, остается без присмотра... Ах, Северус, Вы же знаете, что я патологически не выношу собак! - И почему меня это не удивляет? – съязвил Снейп. - Как бы там ни было, - профессор Макгонагалл сделала вид, что не расслышала эту колкость, - пса необходимо кормить. - Уж не хотите ли Вы сказать, что этим должен заняться я? – в голосе Северуса было отчетливо слышно недовольство. - Конечно же нет, я и не подумала бы просить... Но вот если бы Вы поручили это мальчикам, - осторожно продолжила Макгонагалл, - они так часто бывали у Рубеуса, пес их знает. Кроме того, все равно у них, судя по всему, тут и так уйма времени.       Северус ни на минуту не поверил ей, было ясно как день: она просто хочет защитить сорванцов от ужаса подземелий. С другой стороны, не будет ничего плохого, если мальчики иногда будут гулять, они и правда в четырех стенах засиделись. А если Минерва подумает, что смогла обвести вокруг пальца самого Снейпа, то она быстро утратит бдительность, кто знает, как это можно будет использовать в будущем? - Хорошо, я велю им приходить в хижину утром и вечером, надеюсь, двух раз будет достаточно? - Вполне, благодарю Вас, Северус. - Всегда пожалуйста, - равнодушно ответил зельевар и пошел в сторону подземелий.

***

      Какой ужасно тихий вечер. Да и день был не слишком активным: Джинни и Рон весь день гуляли на улице, Артур был на работе, а Молли только и оставалось, что хлопотать по хозяйству.       Впрочем, хлопот было не много: матери семерых детей не составляло труда приготовить обед и помыть посуду, а в уборке просто не было необходимости.       Дом без ее Фреда и Джорджа как будто опустел: не было ни взрывов, ни разбитых окон, ни жалоб от соседей – не было никакой необходимости каждую секунду ждать подвоха и это было кошмарно скучно.       Вот и сейчас, когда Молли уложила Джинни и Рона спать, она не рассчитывала, что дети уснут сразу, но ей определенно не было нужды беспокоиться о том, что дети вылезут из окна и устроят очередную шалость в саду или подкинут что-нибудь соседям. Скуууучно... - Здравствуй, дорогая! Прости, что опоздал... – Артур подошел к Молли, которая мирно пила чай с мёдом и мелиссой и нежно поцеловал ее. - Артур! Я так больше не могу, - жаловалась ему супруга. – Я целыми днями одна, как будто взаперти! Словно в Азкабан попала, а ты только и делаешь, что пропадаешь на работе! - Молли, но я же не виноват, - начал оправдываться мистер Уизли, - просто какой-то болван заколдовал пивную кружку, а она попала в руки магглу. Конечно, хорошо, что этот бедняга теперь бросит пить, но он чуть руки не лишился, когда кружка превратилась в капкан! Но я обещаю, что скоро все будет иначе, Молли! Хочешь, я завтра возьму выходной? И тут Молли осенило: - А знаешь, хочу! Действительно! Артур Уизли, домохозяйкой завтра будешь ты, а я поеду к нашим мальчикам! В отличие от тебя, я их с пасхальных каникул не видела! - Милая, но я имел ввиду... - Рон любит на обед лазанью и тыквенный сок, Джинни завтра должна убрать в своей комнате и проследи, чтобы дети не ели слишком много сладкого, - перебила Молли. – Что еще... Удачи, дорогой! Молли чмокнула мужа в щеку и пошла спать, довольная собой. В конце концов, она тоже имеет право на отдых!