Игра

Мой мальчик стоит у большого зеркала и смотрит на себя. Ему нравится то, чем мы сейчас будем заниматься. Ему нравится думать, что его сейчас будут будут иметь. Он хочет меня, это видно по взгляду больших зеленый глаз. Билли очарователен и безумно красив, и жажда секса у него еще с первых минут нашего знакомства. Я сижу на диване напротив Билли и наблюдаю за ним. Он выглядит немыслимо женственно: на нем надето черное облегающее платье, которое подчеркивает его невероятно красивую задницу, на ногах у моего мальчика туфли с довольно большим каблуком, но Билли потрясающе ходит на них, его волосы как всегда растрепанны, глаза подведены черным карандашом, а губы накрашены ярко-красной помадой. Ему нравится, как он выглядит, он любит это. Ему нравится быть женственным, носить платье и подставляться, и ни одна девушка не сравнится с ним. Ни одни губы не заменят его прикушенных, пухлых губ. Ни одни руки не сравнятся с его маленькой, горячей детской ладошкой. И я люблю это в нем. Я люблю его всего, я люблю этого парня, а в платье он выглядит еще прелестнее и возбуждающе. И никто не заменит его. Билли замечает, что я разглядываю его, и улыбается. Он опирается о тумбочку в гримерке и выставляет свою задницу. Выглядит потрясающе, но я продолжаю сидеть неподвижно. Это как игра. Он всем своим видом пытается меня соблазнить, зная, как я люблю его в этих платьях, он пользуется этим. Но я не собираюсь ему поддаваться, сегодня все будет по-другому. Я не сдамся, я буду смотреть на него. Я знаю, что он слишком гордый, чтоб просить. Он никогда не просит, он все всегда получает, но сегодня я хочу, чтоб он просил меня. Рука скользит по шее, останавливается на груди. В зеркало вижу, как он через тонкую ткань сжимает свой сосок, и тихо стонет от удовольствия… Смотрю на своего мальчика, а он только стонет еще громче и слаще. Он знает, что меня до чертей возбуждают его стоны. Я хочу взять его прямо на этой чертовой тумбочкe, перед этим сраным зеркалом, но я терплю, потому что хочу, чтоб он просил меня, чтоб умолял. Я хочу видеть его на коленях, хочу, чтоб он умолял меня вставить ему. Возбуждение уже туманит мне рассудок, мне безумно хочется моего мальчика. Ведь он столь красив. Это платье облегает его фигуру, соски топорщатся через тонкую материю, а бугорок так соблазнительно выпирает. Мне нужно просто встать — и он мой, я смогу делать с ним все, что захочу, могу бить и унижать его, могу заставить его воплощать мои самые пошлые и извращенные фантазии, но я не стану этого делать, ведь этим мы всегда успеем заняться. Билли поворачивается и подходит ко мне, виляя своей попой. Шаг за шагом, идя как можно медленнее, он подходит. Он становится прямо передо мной. Мальчик смотрит на меня своими большими глазками и продолжает себя трогать. Я смотрю на его красивое тело, а он — мне в глаза. Чувствую его возбужденный взгляд и на мгновение заглядываю в его изумрудные глаза. Билли сильно возбужден, я замечаю сильное желание в его взгляде. Цветной дужки его глаз не видно, а зрачок полностью заполнил глаза. Он продолжает трогать себя. Его маленькие пальчики скользят ниже. Ладошка Билли останавливается внизу плоского живота, и он, чувствуя тепло своей руки, улыбается. Он поглаживает себя по животику, чуть сминая ткань платья. Мой взгляд падает чуть ниже его руки, и я замечаю большой бугорок между его ног. Платье намокло от смазки, ткань топорщится, облегая стояк. Билли чуть поглаживает себя, смотря на меня. Он смотрит пристально, разглядывая меня. Я поднимаю взгляд и смотрю в его глаза. Билли улыбается и громко, развратно стонет. Я кусаю свою губу, а руки сжимаются в кулаки. Но он только продолжает улыбаться. — Майк, ты же можешь взять меня прямо сейчас, нагнуть и вставить. Ты же можешь трахнуть меня в самых непристойных местах и позах. Ты же хочешь этого, так чего ждать? Сделай приятно себе и мне. — А ты попроси. Билли поджимает накрашенные губы и произносит: — Не буду я тебя просить. И он отходит от дивана. Покачивая своей попой, он быстрым шагом выходит из комнаты. Я продолжаю лежать на диване, потому что знаю, что он вернется. Через пару минут Билли возвращается и снова подходит. Он ложится на пол и достает что-то из-за спины. — Я не собираюсь тебя просить. Ты и так возьмешь меня. Я приподнимаюсь, но не встаю, и продолжаю смотреть на него. Билли ложится на спину, головой к зеркалу, ногами ко мне. Он сгибает свои стройные ноги в коленях и задирает платье, открывая мне вид на его маленькую дырочку. Мышцы чуть покрасневшие и сжатые, но лицо мальчика выражает спокойствие. Живот Билли поднимается с каждым рваным вдохом, его глазки прикрыты, а сам он сосредоточен на руке, ласкающей его красивый член. Билли выглядит безумно красиво. Его член вовсю стоит, на нем виднеется капелька прозрачной спермы, которую он размазывает своим пальчиком. Он ласкает себя и стонет, как блядь. Его пальцы растирают смазку, большой палец ласкает головку, а сперма стекает между его ног. Размазав смазку между своих ног, он облизывает свои пальцы. Билли с чавканьем сосет их, после чего высовывает их из ротика, и, улыбнувшись, приставляет к своему входу. Билли любит, когда его жестко трахают, поэтому он вгоняет сразу четыре сразу, целиком, громко вскрикнув и застонав. — Да, Майк, еще… мгх. Билли громко кричит, трахая себя все быстрее. Рука двигается быстро и резко, через пару толчков он рвёт себя, и из дырочки начинает течь кровь. Билли закусывает губу, его член пульсирует, и Билли громко кричит: — Возьми меня, Майк! Я быстро вскакиваю с дивана, подхватываю своего мальчика под бедра и вставляю, не вынимая его игрушки. Билли вскрикивает и сжимается. Я начаю резко вколачиваться в его тело. Я беру его за подбородок и целую в губы. Мы сплетаем наши языки, и я теряюсь в ощущениях. Билли сжимается очень сильно. Весь мой член в его крови, но мне это безумно нравится. Наши сердца бьются в унисон, дыхание одно на двоих и, клянусь, я никогда не чувствовал себя счастливее. Билли стонет еще громче, и я начинаю надрачивать ему, дыхание сбивается, и он кончает, пачкая спермой мою ладонь. Я следую за ним через пару рваных толчков. Мое тело сковывает оргазм, удовольствие пронзает каждую клеточку тела, мир вокруг смазывается, перед глазами взрываются тысячи ярких огней, а воздух превращается в огонь. И в этот момент все вокруг становится действительно неважным… Мы вместе падаем на диван, пытаясь отдышаться. — Ты все-таки попросил, — ухмыляюсь я. — Попросил, ведь я люблю тебя. — И я тебя люблю, — говорю я, поцеловав его в макушку.