Пуанты на миллион

Я взглянула на удивленные глаза медсестры, а потом на капельницу. Вот откуда этот звук! В палату вошел седой мужчина. - Даниил Аркадьевич, пациентка говорит, что ничего не помнит. Врач подошел ко мне. Он достал маленький фонарик и посвятил мне в глаза. Я заморгала. - Вы совсем ничего не помните? Я напрягла память. Ничего. Совсем ничего. В голове пустота. - Понятно, - наконец сказал доктор. – Шоковая амнезия. Давайте я помогу: вас сбила машина. - Спасибо, доктор, вы начали с хорошего. Узнали, кто это? - Машина скрылась с места ДТП. Голова разболелась. - Сейчас приедут следователи. Смысл? В моей голове пустыни. Я хотела поднять левую руку, но завыла от боли, ударив ногой по кровати, поняла, что болит и правая нога. Как же меня так угораздило? - Да, у вас перелом правой ноги и запястья левой руки. Я взглянула на ногу и руку. Гипсы! Медсестра сделала мне обезболивающие. Боль постепенно проходила. Я посмотрела на свои волосы. Ух, ты! Я - блондинка! Долго пролежав в кровати, я поняла, что я из тех людей, которые любят движение. Неожиданно в палату вошел мужчина в синей форме, за ним шел врач. - Здравствуйте, - сказал он и, взяв стул, сел рядом с моей кроватью. – Следователь Антонов. Я веду дело о наезде на вас, гражданочка… Он внимательно посмотрел на меня, словно что-то ожидая. Я также посмотрела на него. - Что? – спросила я. - Какая ваша фамилия? Я пожала плечами. - Я не знаю. В палату ворвался молодой парень в солидном костюме с белым халатом на плечах. - Аленочка, милая! – парень упал передо мной на колени и стал целовать правую руку. Значит, я Алена. Что ж уже лучше! - Так, - начал следователь Антонов, - давайте все сначала. Ваша фамилия? - Я не знаю, - повторила я. - Как? – спросил кареглазый. – Ален, ты чего? - У пациентки амнезия, - сообщил всем доктор. Красавец встал с пола и сел на кровать. Он потер лоб и со свистов выдохнул. - Вы кто? – спросил у него следователь и приготовился писать. - Шатц Дмитрий Михайлович, муж Алены Владимировны Шатц, то есть, этой девушки. Мои глаза полезли на лоб. У меня есть муж? Этот красавец? Алена, да у тебя есть вкус! - Скажите, что произошло? – потребовал Дима. - Вашу жену сбила машина. Дмитрий побледнел. Взяв стакан, который стоял на тумбочке он выпил из него. - Кто? – стиснув зубы, прорычал парень. - Неизвестно. Алена Владимировна, вы видели машину? - Наверное. Не могу сказать точно. - Ну, подумайте, - следователь уже начинал говорить на повышенных тонах. – Вспомните, что с вами произошло. Я снова принялась напрягать память, но только еще сильнее разболелась голова. У меня началась истерика, и я заплакала. - Я НИЧЕГО НЕ ПОМНЮ! НИЧЕГО! Дима удерживал меня. Врач позвал медсестру, чтобы та ввела мне успокоительное, а сам спровадил следователя. После успокоительного я заснула. Посреди ночи моя левая здоровая нога затекла, и я отодвинула ее в сторону, но тут ударила кого-то. - Ой! – подскочила я, включив светильник, и увидела силуэт Димы. Он сидел рядом со мной и улыбался. – Прости, не хотела. - Ничего страшного. Я тоже не хотел тебя будить. - Да я толком не спала. Все тело болит, особенно голова. Ничего не могу вспомнить. Даже мужа! - Ни маму, ни папу и ни Наташу? - Наташа? - спросила я. - Твоя младшая сестренка. Я стала смотреть в его карие глаза, пытаясь хоть что-то вспомнить. - Ты собираешься вспомнить меня? – спросил он, и я стеснительно опустила голову. - Я даже свою внешность не могу вспомнить. Дима достал из пиджака телефон и, сказав, чтобы я улыбалась, сфотографировал. Он преподнес к моему лицу телефон и я взглянула на себя. Красивая, молодая блондинка с голубыми глазами нечем не могла мне помочь. Я отрицательно покачала головой. - Ты балерина. После слов Димы я откинула с себя одеяло, чуть-чуть задрала хлопковую сорочку и взглянула на ноги. Одна нога была в синяках, а другая – в гипсе. - М-да, с такими ногами мне только и танцевать. Дима аккуратно встал и зашагал к двери. - Ты куда? - Я пойду. Тебе отдыхать нужно. - Пожалуйста, не бросай меня. Он быстро подошел ко мне и, поцеловав в лоб, шепнул: - Я тебя никогда не брошу. - Дима, а ты часто мне говоришь что любишь? – не знаю, почему-то этот вопрос пришел мне в голову. Парень покраснел. Он уперся своим лбом в мой, глядя в глаза: - Я люблю тебя. - Я тебя тоже. Я сказала это возможно, потому что его жена. Он лег на соседнюю кровать, и мы протянули другу к другу руки, крепко сжав их.