Цветок моего сердца. Древний Египет, эпоха Рамсеса II

Хепри был среди своих школьных товарищей, ничем не отличавшийся от них, и, кажется, едва ли замеченный хозяевами. Накануне свадьбы личный слуга Аменемхета передал ему одежду, которую его юный покровитель дарил своему другу… чтобы он опять не появился в его доме, одетый как нищий. Хепри был достаточно взрослым, чтобы скрыть свои настоящие чувства, задернув их благодарностью. Он и вправду был благодарен – конечно, разве может такой нищий, как он, появиться на такой свадьбе как есть? Друг прислал ему очень красивый замысловатый схенти и свободную накидку, оставлявшую открытым одно плечо – полупрозрачную. А еще - подарок, за который Хепри был больше всего благодарен – сандалии. Юноша очень боялся, что эта прекраснейшая обувь, которую он видел – с закрытыми носками и посеребренными ремешками – будет ему не впору. Но Аменемхет, как видно, помнил, какие у него ноги, или примерял по себе… Все прекрасно подошло. Вдруг Хепри подумал, что без обуви не мог бы даже появиться на таком празднике – все увидели бы, какие у него ноги. У господ таких не бывает: они если и ходят пешком, то только в таких сандалиях, а после прогулок слуги с благоговением моют, массируют и умащают маслом их натруженные ступни… Он отвлекся от свадебной суеты, уже в который раз опустив глаза и любуясь своим сокровищем, как вдруг услышал нежный оклик. Вскинул глаза и отпрянул, чуть не толкнув какого-то господина. Перед ним стояла Меритамон – возрожденная Ка-Нейт, и ласково, благостно ему улыбалась… Потом наваждение исчезло. Это была другая женщина – нет, юная девушка, с более твердо очерченным подбородком и носиком, с более смелым взглядом. Черные волосы были по-прежнему недлинными, не достигавшими плеч; на ней было белое вышитое цветами платье, а открытый лоб венчала золотая диадема. Хепри низко поклонился. - Ты очень красива, госпожа. Тут же покраснел от своей дерзости. - Прости… Меритамон засмеялась. - За что? Ты похвалил меня, спасибо. Я тебя помню, ты тоже стал красивым юношей. Девушка покраснела и опустила глаза, поняв, что они оба слишком… дерзки. Но этот юноша ей нравился. Она знала, что отец все-таки не запретил ее брату водиться с ним, и поняла, что Аменемхет и Хепри дружили все эти годы – а значит, и ей можно было продолжать знакомство. Меритамон не очень хорошо понимала, из-за чего отец не одобрял этого мальчика; может быть, какой-то скандал в прошлом… но это, наверное, пустяки. - Пойдем прогуляемся, - предложила девушка Хепри. – Сейчас мой брат занят с госпожой Неферу-Ра, а отец с гостями. Мы можем поговорить. Несчастный Хепри не знал, куда деваться и как сбежать. Он понимал, что самое меньшее, что сделает Неб-Амон, увидев, что происходит – это убьет его на месте. И то же самое сделает его сын… - Пойдем, - решился Хепри, и Меритамон с улыбкой взяла его за руку. Только тогда молодые люди поняли, как себя ведут; но разнять руки было бы еще более неудобно, это было бы признанием, как они стесняются друг друга. - Я тебя помнила все эти годы, - сказала Меритамон, задумчиво глядя на Хепри, который отчаянно краснел. Увидев это, она тоже покраснела и выпустила его пальцы. Украдкой взглянула на красиво развернутые плечи юноши, не такие сильные, как у брата… но ведь Аменемхет был ее братом, а Хепри – нет… и он был очень хорош собой. - У тебя есть невеста? – вдруг спросила Меритамон. Она взглянула туда, где среди смеха и поздравлений Аменемхет подносил чашу с вином своей юной жене; такой вопрос не показался неуместным. Но это только ей. - Нет, госпожа, - очень тихо ответил Хепри, снова разглядывая свою обувь. - Я тоже не просватана, - сказала Меритамон. – Отец думает – пора, но мне никто не нравится из тех, с кем меня знакомят… - Ты можешь выбирать? – нахмурившись, спросил Хепри, кидая взгляд в сторону Аменемхета и юной некрасивой жрицы – его друг стоял с ней рядом и улыбался, но, наверное, не только он догадывался, что Аменемхету происходящее не доставляет никакого удовольствия. - Да, - сказала Меритамон. – Отец очень добр ко мне – я догадываюсь, почему. - Почему? – спросил Хепри, взметнув на нее темные недоумевающие глаза. "Потому что ты красавица", - подумал он. - Потому что я очень похожа на матушку, - сказала Меритамон. Хепри посмотрел на Неб-Амона, на расстоянии казавшегося красивым, как сын, и намного более могущественным – ему низко кланялся какой-то гость. "Я более мертв, чем мой отец". - Что с тобой? – спросила встревоженная Меритамон. Он открыл рот, не зная, что скажет, потом выговорил: - Кажется, меня позвали, госпожа… Извини… Он совершенно неучтиво отвернулся и побежал к другим гостям. Меритамон хотела сказать, что никто его не звал – почудилось; но не успела. Подумала, что, наверное, этот юноша просто слишком застенчив. Оттого он нравился ей еще больше – те господа, которые ее сватали, были, напротив, слишком… самоуверенны. Хепри боялся, что его друг заметит, с кем он разговаривал, но Аменемхет сам куда-то пропал. Его жена, оставшаяся одна, вместе с другими гостями смотрела на выступление акробатов; кажется, и никто другой не заметил отсутствия Хепри. Уже совсем стемнело. Хепри вдруг с тревогой подумал, где будет ночевать – неужели ему придется пешком отправляться в храм? Но тогда он должен уходить сейчас. Но ведь Аменемхет обидится. Если ему вообще сейчас есть дело до Хепри. Юноша чуть не схватился за голову, чувствуя себя среди этих гостей и веселья более одиноким, чем в пустыне. Решившись, он пробрался к заносчивой жене своего друга, потому что там, где она, в конце концов появится и Аменемхет. Но девушка недолго оставалась где стояла – начала оглядываться, переминаться с ноги на ногу, а потом вдруг резко стронулась с места и ушла; гости немедля дали ей дорогу. Она не вернулась; вместо этого Хепри вдруг услышал, как гости ахнули, засмеялись и захлопали чему-то в углу сада. Юноша повернулся в ту сторону, куда все смотрели, и увидел, как Аменемхет ставит на ноги Неферу-Ра, которую, похоже, вынес из-за деревьев. Неужели она ему нравится? Что происходит?.. Хепри не успел ответить на эти вопросы, потому что новобрачные приблизились к нему, а потом миновали его, и все гости последовали за ними – в дом. Ему ничего не оставалось, кроме как идти со всеми. Свадебный пир уже, кажется, закончился – но хозяева и гости вернулись в обеденный зал, и Хепри поспешил занять свое прежнее место: подальше от Неб-Амона, схоронившись за спину какого-то увешанного амулетами человека могучего сложения. Слуги снова стали разносить вина и закуски. Кажется, некоторые гости оставались на ночь… конечно, только не Хепри, но как и у кого он попросит разрешения уйти? Аменемхет сейчас удалится… в свои покои… Хепри покраснел и запил смущение вином. Оно было сладкое и сразу вскружило голову; юноша подумал, что когда он будет возвращаться в храм, посреди ночи и пьяный, его убьют за его прекрасную одежду… Кто-то притронулся к его руке. - Я нашла тебя, - улыбаясь, прошептала Меритамон. – Ты… Ты мне очень нравишься… Хепри изумленно отодвинулся, но тут увидел, что щеки девушки раскраснелись, а черные глаза блестят. Она говорила так от вина; Хепри никогда еще не видел пьяных женщин, а тем более – пьяных девиц. - Правда, - горячо шептала Меритамон, которая уже держала его за руку и тянулась ко второй руке. Вот обе его ладони оказались в ее власти, и она наклонилась к нему. - Госпожа, - прошептал Хепри, чувствуя, что это смерть, но сладчайшая на свете… Аменемхет, сидевший в центре зала, под одобрительные возгласы прижался губами к щеке Неферу-Ра, и в этот самый миг губки его сестры соединились с устами Хепри. - Госпожа… - прошептал юноша, вокруг которого кружились стены, гости… все… кроме улыбающегося счастливого лица Меритамон. - Ты так мне нравишься, ты лучше всех, - прошептала она. Он не знал, откуда ждать спасения… Хепри огляделся, отчаянно ища способ сбежать, и увидел, что половина гостей вместе с новобрачными уже ушла. Неб-Амона тоже не было, а часть оставшихся гостей уходила… некоторых поддерживали слуги… А оставшиеся засыпали или уже спали прямо здесь. Хепри так отчаялся, что решил последовать их примеру – притвориться пьяным и лечь под стол, как вдруг его схватили за рукав. Он вздрогнул, ожидая расправы. Но это опять была Меритамон – весело улыбавшаяся и покачивавшаяся; ее нисколько не удивляло поведение Хепри, только забавляло. - Что ты делаешь? Пойдем… я тебя уложу спать, я хозяйка, - сказала девушка. Хепри не умер от ужаса, услышав такое предложение, только потому, что и на него наконец подействовало выпитое вино. Он встал, и тут зал вокруг него превратился в корабль, который его качал. Его и Меритамон. Она обняла друга за талию, и они, помогая друг другу держаться на ногах, выбрались из зала. Хепри изо всех сил пытался сохранять ясный рассудок, но с каждым шагом это получалось все хуже и хуже; одно он помнил и понимал – если сейчас он попадется на глаза Неб-Амону или его домоправительнице, он уподобится своему проклятому лишенному имени отцу уже завтра... Меритамон втолкнула его в какую-то комнату, и там он увидел какую-то кровать и тут же упал туда. Успел еще услышать, как смеется девушка, а потом его поглотило спасительное забытье. Проснулся Хепри сам – голова болела, соображал он плохо, но достаточно, чтобы понять, что ему невероятно повезло. Вокруг никого не было. Юноша соскользнул с кровати и, нагнувшись, отыскал свои драгоценные сандалии: они стояли у изножья, парой, точно кто-то их составил. Он помнил, что повалился на кровать обутый – кто же его разул, да еще и позаботился о его обуви? Все поняв, юноша ощутил огромный стыд. Меритамон – Меритамон видела, какие у него ноги… И хорошо. Теперь она поняла, кто он такой, и перестанет говорить с ним и так страшно угрожать его жизни и своей чести. Покачиваясь, Хепри вышел в коридор и попытался вспомнить, где двери. И нет ли у входа стражи? Если есть, он просто не знал, что делать. Юноша притронулся к голове и ощутил, что пора бриться. Как глупо! О чем он думает! Он направился вперед по пустому коридору, все чаще дыша от напряжения и испуга. О милосердный Амон, ведь я тоже твой жрец, думал он. Неужели ты бросишь меня? Его настигли чьи-то шажки и пыхтение, и юноша увидел Меритамон. Она была растрепанная и в измятом платье, но сияние ее красоты ничуть не потускнело со вчерашнего дня. - Как хорошо, что ты еще не ушел, - сказала она. – Ты встал очень рано, еще все спят. Я сейчас пришлю к тебе слугу, и он проводит тебя к воротам. А может, ты хочешь вымыться и поесть? Ужасно хотел – но больше всего хотел отсюда сбежать. Какая безрассудная девушка! Прекрасная госпожа!.. - Ты очень добра, - низко кланяясь, ответил Хепри. – Я не стою твоей заботы, дорогая госпожа. Прошу тебя, только покажи мне, где выход, и я больше никогда тебя не побеспокою. Меритамон посмотрела на него растроганно и с нежностью. - Сейчас я пришлю слугу, - мягко сказала она и убежала. Хепри добрался до храма живым.