На последнем вздохе

Он совершил множество ошибок, но эта была самой грубейшей из всех. Что же делать, когда исправить её уже невозможно, ибо причина этой ошибки давно покинула этот мир, покинула по твоей вине... Он больше никогда не услышит её голос, никогда не посмотрит в бездонные глаза, а самое главное, что теперь его по гроб жизни будет преследовать её дух... Дух той, что понадеялась и погибла... А было это так: Темный серый подвал, который только по своему названию является "Тюремной камерой". Стены, уничтоженные временем, разных размеров кусочки известняка, отколотого от этих же стен, потресканные камни, которыми небрежно уложен холодный, безжизненный пол. К стене толстыми грубыми цепями прикована по виду ни в чем неповинная девушка. Волосы её русые, с легким оттенком карамели, на потресканной губе виднеется высохшая струйка крови-результат очередного избиения. Все тело покрыто ранами и ссадинами, синяки под глазами и лужицы крови, на которых располагаются изящные, но окровавленные ножки. Сейчас не физическая боль заглушала голос разума, а скорее душевная. Она была послана, чтобы отомстить одному человеку. Человеку, который убил её мужа на их же свадьбе. Теперь все знают, что она шпионка, никчемная тряпка в руках аловолосого мужчины, который жаждет избавится от нее скорее. Но сперва он хочет сделать так, чтобы она как можно больше страдала. Флора слышит громкие, уверенные мужские шаги, понимает, что снова... Снова удары кулаком в лицо, об стену, и почему она еще не умерла? В подвал входит светловолосый мужчина, лет тридцати на вид, волосы до плеч, великолепная фигура, но все это вовсе не привлекало молодую девушку, которая уже знала, что её сейчас ждет, а ведь предыдущие раны даже не успели затянутся коркой... Флора даже не поднимала голову. не хотела видеть его испорченного лица, смотреть в эти жестокие, злые глаза, и видеть противную ухмылку, которая всегда была присуща Гантлосу. - Что, снова будешь бить? - конечно, говорить не особо хотелось, да и вопрос был риторическим, но услышать этот бесстыжий голос снова хотелось все больше, и больше. - Как ты догадалась? - на лице мага снова блеснула ненавистная ухмылка. Он немного брезгливо присел на корточки рядом с феей и пальцами поднял её подбородок. Впиваясь взглядом и её побледневшие от слез глаза, маг расплылся в улыбке, нанося удар кулаком, после чего дал девушке слабого леща, дабы заставляя её прийти в себя. - Я не буду тебя бить, но только если ты признаешься, признаешься во всем! - он бережно убрал непослушную прядь с лица феи, - или... Тебе будет больно! - с небольшой паузой закончил Гантлос. - Я не боюсь боли, и уж тем более не боюсь тебя! - все, что смогла запомнить девушка, это как она плюнула в лицо магу, а тот в свою очередь нанес очередной удар в живот. Флора слабо выпустила изо рта накопившийся сгусток крови, затем слегка приоткрыла глаза. Гантлос все с той же брезгливостью оттолкнул девушку, отряхивая "грязную" руку. За тяжелой железной дверью брата ждал Огрон, эта дерзость ненавистной феи выводила его из себя. Сейчас он чувствовал неимоверную ненависть к своему брату Анагану, ведь это он привел её во дворец Омеги. - Гантлос, сейчас же позови его... - белокурый маг без лишних слов понял приказ, его подсознание даже боялось прокрутить в голове то, что Огрон сделает с их братом. Наконец Анаган был возле двери в подвал, где находилась Флора. Он привел её во дворец лишь потому, что страстно был влюблен в эту девушку, но не знал, что она затевала на самом деле. - Ты! - Огрон резко схватил брата за воротник пиджака. - Ты привел сюда эту девицу, и ты лично от нее избавишься! Мне все равно, как ты это сделаешь, она должна умереть! Огрон, выдохнув, отпустил брата, дав отдышаться. - Нет... - дрожа произнес Анаган, - У меня... У меня не подымется рука на нее... - глаза мага наполнились слезами. Никто не мог тронуть то, что он мужчина, сейчас главную роль играли чувства. Никто не смог бы убить любимого человека! - Эта женщина - предательница, ты должен выбросить её из головы! - этот крик заставил насторожиться рядом стоящего трусливого Гантлоса, - чтобы я больше не слышал твоего "нет" - сухо закончил Огрон, после чего удалился, а в месте с ним и его слуга. Анаган неуверенно вошел в подвал. При виде окровавленной Флоры его бросило в дрожь, он почувствовал волну предательства, даже жалость на мгновение не смогла взять верх. Кто ты? - дрожа спросил он, выпуская слезы из своих глубоких карих глаз. - Девушка, которую я люблю, или убийца? - Анаган, я прошу Вас, спасите! Я не хочу умирать! Я клянусь, исчезну из Вашей жизни, вы меня больше не увидите, только спасите! Она была жалкой! Сейчас, как никогда. Лучше с достоинством принять смерть, чем молить врага о пощаде! Но он любил её! Что можно сделать если любишь? Слух феи заставило колыхаться всего одно слово - "Ладно" - Ночью, когда никого не будет, я приду за тобой... - слезы скатились из его глаз, он медленно удалился. Наступила долгожданная ночь... Стражи возле подвала не было, так как никто не осмеливался стать предателем. Анаган тихо вывел возлюбленную к городской гавани, где стояла рыбацкая деревянная лодка. - Зачем мы сюда пришли? - в тряске задала вопрос Флора. - Корабль твоего отца будет ждать нас в открытом море. - на лице мага заиграла наигранная улыбка, но печаль в глазах полностью выдавала его. Усадив любимую в лодку, парень устроился сам и взяв весла в руки направил лодку по направлению в открытое море. Проплыв около трехсот метров, он остановился. Слезы пробирали тело, сердце больно сжималось, разум был в полном смятении. Он осознавал, что должен сделать... Как Герасим когда-то утопил Муму, так он сейчас должен утопить свою возлюбленную, лишить её жизни... Так жестоко лишить... Ведь она надеялась на него... Эта ночь была самой тяжелой в его жизни... - Ты ведь не спасти меня хочешь, да? Ты убить меня решил... - без страха произнесла девушка, которая обо всем знала заранее, но молчала... Просто молчала, дабы побыть с Анаганом еще немного, свои последние минуты. К глазам мага снова подступили слезы. Эти слова больно ранили его в самое сердце, но даже это не могло скрыть правду. Она была права. Он на мгновение поднял голову, но не смог смотреть в эти наполненные разочарованием глаза. Сейчас у него не было другого выбора. - Надень... - не поднимая головы парень отдал Флоре мешок. Она замерла на несколько мгновений, после чего, проглотив комок страха опустила мешок к своим ногам и просунула одну из них внутрь. В слезах Анаган снял с шеи заранее приготовленную веревку, собираясь завязать мешок. - Ты ведь не любила меня, Флора... А я любил тебя, еще с первого дня любил. Что ты с нами сделала? - Анаган с болью посмотрел на девушку, - Ты предала меня и мою любовь, Флора! - От этих слов ему стало еще тяжелее, а она смотря в одну точку невинно выпустила слезу. Флора снова дрожа сглотнула. - Я... хочу, чтобы ты знал... - с хрипом девушка пыталась кое-как проговаривать слова. - Я смогла тебя... полюбить... - в голосе слышала предательская дрожь, сердце бешено колотилось от осознания того, что её лишит жизни человек, которому она так доверяла. Эти слова чуть было не остановили Анагана, но он знал, что должен сделать это, в последний раз... В последний раз его губы нежно коснулись кровавых губ феи природы, сливаясь в поцелуе. Сейчас этого было не достаточно, чтобы смириться совсем, но на большее он не мог осмелится. Медленно отстраняясь маг снова выпустил слезы. Флора медленно открыла глаза, стараясь отойти от столь долгожданного поцелуя, теперь она готова была умереть. Анаган завязал мешок, после чего поднял его на руки. Он долго не мог решиться на это, но все же сбросил его в воду. Послышался тихий всплеск. - Нет, что я наделал... - прошептал маг. Вода проникала сквозь толстую ткань. Её слезы сливались со слезами моря. Такие холодные, соленые... Тело шло на дно, в разуме уже помутилось, сердце перестало биться... - О, Боже, дай мне силы, Боже! - что есть силы закричал Анаган напоследок. Это давно прошло... Ровно год, как она умерла здесь... Сейчас он стоит в этой самой лодке, на этом самом месте и снова кричит те же слова: "О, Боже, дай мне силы, Боже!", после чего недолго думая прыгает в воду, уходит за той, что была дороже жизни... Полная луна стыдливо освещает поверхность шумного Средиземного моря. Её лучи ласково скользят среди этих бурных соленых вод, поглотивших в себя когда-то двое любящих сердец. Их тела навечно захоронены на черном, холодном дне, куда никогда не проникнут лучи солнца, осветив прогнившие кости, среди которых слепо пробегают различные донные организмы. Но их любовь будет жить вечно, окутывая туманом прозрачные, холодные воды.