Жизнь как теннис

- Реджи, черт! Что ты творишь? - шепнула Деби. Реджина стояла и молчала, в ней кипела лава ярости. Она не сводила взгляда с двери, в которую вышла Эмма. Дебора кивнула Мел и Джефу, давая понять, что конференция закончена. - Пойдем, у тебя игра через 30 минут, - сказала женщина, и они с Реджиной удалились из зала. Когда Реджина появилась на корте, стадион бурно стал ее приветствовать. Бек уже была на поле и вела подготовку к игре. Через 10 минут судья дал отмашку и игра началась. Первая подача была за Бек. До того момента как началась игра, Миллс не выходила из своих мыслей о произошедшим на пресс-конференции. «Да как она вообще смела, притащиться туда?! Если бы ни Деби, она бы еще раз схлопотала по своему миленькому личику. Свон еще раз доказала, что ты заносчивая и наглая особа». Начало игры выдернуло Миллс из ее мыслей. «Свон, я докажу тебе, что мои слова никогда не бывают беспочвенны. Сейчас представлю, что играю против тебя и разнесу тебя к чертям!» - с таким настроем Реджина начала игру. Когда на табло после первого сета счет был 6:0 в ее пользу, брюнетка поняла, что так она больше не может. Отдыхая перед следующим сетом, Реджина опять задумалась. «Как я вообще могла подумать, что играю против Свон? Эмма никогда так не отбила бы мяч. Бек не может ничего противопоставить мне, играя на пределе своих возможностей, а Свон, играя в полсилы, была намного сильнее» - ярость от своих же мыслей накрыла Реджина с головой. Второй сет она закончила еще быстрее, чем первый. - Курт, ты это видел?! Сегодня Миллс просто в ударе! - сказал один из комментаторов. - Даааа, сегодня великолепно проведенная игра Миллс. Если она продолжит так играть дальше, то не оставит ни единого шанса своим соперницам. - Интересно, что так на нее повлияло? - спросил с усмешкой корреспондент, - я слышал, что за 20 минут до начала игры, Реджина Миллс на своей пресс-конференции успела поскандалить с Эммой Свон. И если бы ни Дебора Воркенсон, которая там неизвестно откуда появилась, дошло бы до рукоприкладства. - Что, все было так накалено? - Не то слово! Это была очень страстная ссора, - смеясь, сказал мужчина. После выключенного приемника Джеф перевел свой взгляд на сидевшую на диване Миллс. - Ну что слышала, что сейчас о вас говорят? Ты вообще понимаешь, что если бы ни Деби... Я вообще не представляю, что могло там случиться! Никто не вспомнит о твоей великолепной игре, все будут говорить о твоей «страстной» ссоре со Свон, - сделав ударение на «страстной» сказал возмущенно Гордон. Реджина понимала, что противопоставить словам мужчины ей нечего, поэтому молча, смотрела на него, пока из соседней комнаты не послышался властный голос. - Гордон, отстань от нее, - и из комнаты вышла рыжеволосая женщина. - Спасибо, Деб, - сказала Миллс. Мужчина шумно выдохнул и сел на рядом стоящее кресло. - Ладно, пока Портер решает все проблемы, точнее пытается их решить, отвлекая всех от этой стычки со Свон… - Джеф, оставь нас, пожалуйста, наедине, - практически культурно приказала Дебора. - Хорошо. Деби, только, пожалуйста, верни нам Реджину Миллс, а то мне кажется, что мы ее теряем, - уходя, сказал мужчина. Прошло минут 10 с того момента как Джеф ушел, но ни одна из женщин не пыталась начать разговор. Налив себе бокал виски со льдом, и отпив глоток, Деби нарушила тишину, - может, ты все же мне расскажешь, какие чувства испытываешь к Свон? - Деб, что за хрень ты несешь? Какие чувства? Ты сама сегодня все видела, мы ненавидим друг друга. Мы находиться рядом не можем, а ты говоришь о чувствах, - воскликнула Реджина. - Ха, вот поэтому я тебя о чувствах и спрашиваю. Я видела, как вы смотрели друг на друга. А находиться вы вместе не можете, так как вы боитесь тех эмоций, которые испытываете. Миллс, да ты ни на одного мужчину так не смотрела, - сказала Воркенсон. - Деби, о чем ты говоришь? Я любила Дэниэла и до сих пор люблю, - крикнула брюнетка. - Да, ты любила Дэниэла, нежной и трепетной любовью. А сейчас в тебе бушует страсть, и вызывает в тебя ее именно Свон! - яростно выдала рыжеволосая бестия. - Нет. Нет. И еще раз нет. Уходи, у меня через час свидание. Мне нужно привести себя в порядок, - быстро уходя в комнату при этом, громко хлопнув дверью, крикнула Миллс. - Миллс, да ты просто идиотка! Ведешь себя ... - Как? Как я себя веду? Если я не хочу признавать, что меня безумно тянет к Свон? И что с того? Это вы так считаете, а я нет! – открыла дверь Миллс и смотрела зло на Деби. Деби смотрела в глаза Реджине, прокручивая в голове еще несколько раз, фразу Миллс. - Ты просто боишься. Я тебе дам сейчас один совет - если к тебе тянутся, сделай шаг навстречу, - сказав, женщина ушла из номера. Реджина решила больше не думать обо всей этой ситуации, и главное она запретила себе думать о Свон. Хоть она и хотела узнать, как началась игра Эммы, посмотрев на время, решила поторопиться, чтобы не опоздать на встречу с Марком. Надев очень сексуальное короткое красное платье и высокие шпильки, Реджина спустилась в холл гостиницы. - Марк, - окликнула она мужчину, который стоял к ней спиной. Слоун повернулся, а в руках у него был большой букет ярко красных роз, идеально подходящих к платью Миллс. - Реджина, ты сногсшибательна, - целуя руку, сказала брюнет, - это тебе, - и протянул букет. - Спасибо. Ну, что куда пойдем? – улыбнувшись, спросила Реджина. - Я хочу отвести тебя в мой любимый ресторан, он недалеко. - Хорошо, веди, - взяв под руку Марка, сказала брюнетка. Свон всю трясло, когда она быстрыми шагами вышла из зала и направилась в сторону туалета. Зайдя внутрь, там никого не оказалось, Эмма зашла в кабинку. Она знала, что за ней побежит Джонс, но в дамскую комнату тренер точно не зайдет. «Черт, да что со мной? Когда она рядом, я совсем не могу себя контролировать. Я пыталась, я честно пыталась, но увидев эти насмешливые глаза и злорадную улыбку, я просто не выдержала. Но, похоже, я окончательно ее оскорбила и настроила против себя. Да, Эмма… А я ведь совершенно этого не хотела…» Просидев какое-то время в туалете, Свон все корила себя за несдержанность и искренне не понимала, почему ведет себя именно так, а никак иначе. Наконец, успокоившись, она пришла к одному единому выходу – это разговор с Реджиной, наедине. Эмма хочет окончательно разъяснить ситуацию, которая сложилась между ними и решить, что им делать дальше, чтобы не давать журналистам ни малейшего повода для дальнейших разговоров ни о чем. «Да, Свон, не давать журналистам повода, это самое то, что мы сегодня вытворяли с Реджиной» - наконец, Эмма вспомнила, как они вели себя при людях. Она взглянула на их поведение со стороны. Взгляды, прикосновения, перешептывание, улыбки. И это только верхушка айсберга. Их ответы, колкие замечания направленные друг против друга. А последние фразы окончательно взбесят журналистов, и уж теперь точно от них никто так просто не отстанет, а будет непременно, постоянно и бесцеремонно следить, выискивать, наблюдать и уж точно не оставят их обеих в покое. Переваривая мысль за мыслью, Свон не заметила, как пролетело время и, посмотрев на наручные часы, пришла в легкий шок. Было уже 3 часа, а значит, проторчала она здесь больше часа. «И как только я умудрилась? А, Джонс, где он? Он, что так просто оставил меня на 1,5 часа, после всего…» - не поверила своим мыслям блондинка и тихо прошмыгнула из туалета. Выйдя, Эмма не обнаружила никого рядом, лишь звуки телевизора, доносящиеся из холла, нарушали мертвую тишину вокруг. Эмма вышла на звук, и стала прислушиваться. Там были голоса комментаторов, которые вели матч Реджины. Услышав их диалог, Свон усмехнулась, отмечая про себя, что как бы ей сложно было это признавать, но они с Миллс вели себя именно так, и уж теперь точно не смогут упрекнуть папарацци в несправедливых обвинениях. Уже выходя со стадиона, Свон заметила, как ко входу подъехал BMW, а из него с улыбкой на лице вышел Джонс. Киллиан увидел Эмму, еще только подъезжая к стадиону. Ничего не говоря блондинке, он обошел авто и открыл багажник, доставая тяжелую сумку. - Я подумал, не стоит больше возвращаться в гостиницу, а то на переезды больше времени уйдет. Пойдем пока в кафе неподалеку, тебе нужно легко перекусить перед матчем, - спокойно разъяснял Киллиан и направился в сторону кафе, и Эмма, молча, проследовала за ним. Заказав легкий салат и апельсиновый фреш для Эммы, Киллиан отложил меню и стал осматривать помещение. - Отличное кафе, не находишь? – задал простой вопрос тренер, но от которого Эмма все больше удивленно смотрела на мужчину. - Да, здесь прекрасно. Киллиан, а почему ты ничего не спрашиваешь? - Потому что у тебя игра через 1,5 часа, и я не хочу, чтобы ты ее проиграла. Поэтому мы сейчас забудем о пресс-конференции и еще раз просмотрим ошибки и слабые места Анны, - спокойно говорил Джонс, но таким тоном, который не терпит возражений, доставая ноутбук из сумки. Эмма лишь кивнула и присела поближе к тренеру, взирая в экран компьютера. Перекусив и разобрав ошибки соперницы, Эмма сидела и допивала оставшийся сок, в то время как Киллиан оставил ее на несколько минут. «Какие ошибки Самойловой? Да я ни о чем не могу думать кроме как о Миллс. Так, Эмма, а сейчас серьезно. У тебя матч через 40 минут, а ты только и думаешь о Реджине. Нужно сосредоточиться и показать весь тот теннис, на который ты способна, да и вообще …» - из мыслей Свон вырвал Киллиан. - Ну, что идем на стадион? - Нет, подожди, Киллиан. Пожалуйста, давай поговорим, я не могу ни о чем думать, кроме как о ней, - прошипела блондинка. - Свон, - грозно выдал тренер, - тебе нужно собраться. Шутки закончились, если ты хочешь пройти дальше и доказать всем, на что способна, то выкинь ненужные мысли из головы и выиграй, я в тебя верю! – предельно серьезно говорил Джонс и от этих слов Эмму с новой силой заколотило. Она готова сражаться и биться до последнего, и только чтобы доказать Миллс, что она не пустышка и хоть что-то, но представляет в мире тенниса, и что ее тоже нужно уважать. Переодевшись и подготовившись к матчу, Свон вышла на корт. Она пришла первой и, совершив свой своеобразный ритуал, вышла на корт и начала разминаться. Эмма была предельно собрана и готова была размазать соперницу по корту, моментально вспоминая все, что о ней говорил Киллиан и о ее слабых местах. Но Анна опаздывала, и Свон, присев на лавочку, стала тихо закипать. Когда матч должен был идти уже минут 10 как, Свон буквально взорвалась. Она несколько раз подходила к судье и очень эмоционально пыталась показать ему, что время уже идет, а соперницы нет. Помаячив перед глазами главного судьи, Свон стала нервно ходить по корту, но успокоилась, если это можно так сказать, Эмма, лишь тогда когда увидела выходящую из подтрибунного помещения Анну. Эмма подошла к девушке и злобно кинула: - Что ты себе позволяешь? - Тебе то, какое дело, Свон? Или решила на мне сорвать злость после вашей страстной конференции с Реджиной? – смотря, как загораются огоньки гнева в серых глазах, Самойлова с усмешкой выдала, - я так понимаю, вы не могли дождаться вечера. Скажи честно, а в постели Миллс такая же страстная? Эмма буквально взорвалась от этих слов, она моментально подскочила к стоящей и ухмыляющейся девушке и готова была размазать ту по стенке, как увидела перед своим носом судью, который начинал матч и, подкинув монетку, дал право выбора Эмме, которая выбрала подачу. - Сейчас я посмотрю, какая ты страстная Анна. Что тренер не выпускал из постели, что ты опоздала? Или может попугайчик сдох, - проходя мимо соперницы, кинула Свон «нечаянно» толкнув Самойлову плечом. Джонс смотрел на это зрелище, и лишь сжав зубы, надеялся, что Эмма сможет контролировать игру, а главное свои эмоции и действия. Матч начался динамично. Девушки брали свои подачи, но, ни одна не смогла взять гейм на подаче соперницы, и матч перешел на тайм-брейк. За время сета, а последнего гейма, коим был тайм-брейк, девушки обменивались колкостями в адрес друг друга. Анна пыталась всеми силами задеть блондинку за живое, а вернее побольнее ударить репликами про Миллс. Свон в стороне не оставалась - грубо и уверенно отвечала на каждый выпад Самойловой. Но все же план россиянки принес свои плоды. Эмма, постоянно дергаясь, злясь, все время думала только о Миллс и напрочь забыла, куда следует откинуть мяч, да так чтобы Анна со своим багажом ошибок и случайностей не перевела его на сторону Эммы. Тайм-брейк сыгран. Свон проиграла первый сет 6:7. Переводя дыхание на лавочке, Эмма накрылась с головой в полотенце и прокручивала в голове все удары, все переводы, свечи, бэкхенды, диагональные, но так и не могла понять, где именно совершает ошибки. Хотя и понимает их причину. Услышав приглашение судьи, Свон вылезла из своего убежища и попыталась как можно быстрее перейти на свою половину поля, как снова услышала противный голос Анны. Высказав все, что думает, Эмма бегом подбежала к болбою за мячом. Была подача блондинки, и она начала ее более чем… неудачно. 0:40 на своей подаче. Эмма глазами искала на трибунах Джонса, пытаясь, хоть где-то найди поддержку. Но не найдя на привычной трибуне тренера, Свон быстро переключила свой взор на мячик. Она замахнулась и с силой ударила по мячу, соперница даже не дернулась, видя, что он прямиком летит в сетку. Вторую подачу Эмма снова пустила в сетку, проигрывая тем самым «свой» гейм. Ожидая подачу от Самойловой, Эмма вновь окинула взглядом трибуну, но снова не нашла Киллиана. «Да что же такое, Джонс! Куда сегодня целый день пропадаешь?! А ты, Свон, соберись! В который раз себя настраиваю… Да она же просто перекидывает мяч. Если бы не мои ошибки и вялая подача, ей и шансов бы не было… Я с Миллс в полсилы играла лучше и уверенней. Ох, это чертова Миллс. Вылезь уже из моей головы…» Эмма отбила подачу Самойловой, но настолько сильно, что мяч улетел на трибуны, одаривая какого-то мальчишку отличным сувениром. 15:0. «Какого хрена ты так засела? Да почему, я вообще думаю о тебе? Ну и что, что я не сдержалась и высказалась? Да эта была неправда, но что теперь проигрывать из-за этого?» Снова подача, на этот раз гораздо сильнее предыдущей, но Эмма без проблем справилась, отправив диагональный прямо на линию, но не заметила, как там уже поджидает Анна, с легкостью отбивая мяч укороченным, к которому Свон не успевает даже приблизится. 30:0. «Да как она отреагировала? Все же я задела ее не просто за живое, а за самое, что ни на есть главное! Нужно узнать, почему она так среагировала. Да она буквально готова была голову мне оторвать! Может несчастная любовь? Или…» Эмма еще раз пробежала взглядом по трибуне и, недовольно помотав головой, ожидала следующего удара. Он пришелся именно туда куда и предполагала блондинка, но только завершив свой удар навылет под линию, да так, что Самойлова даже среагировать не успела, послышался голос линейного судьи оповещающий, что Анна при подаче попала в аут и выигрышное очко Свон необходимо переигрывать. Зарычав в воздух, Свон ожидала вторую подачу россиянки. Не побоялась навылет пробить Самойлова. 40:0. «Нет. Нет. Нет. Это, наверное, он ее просто жестоко использовал и бросил, вот она теперь никому не верит, но зато утверждает, что непобедима и всемогуща…» - Эмма совершенно забыла про матч, строя предположения об отношении к любви и чувствам Миллс. В то время Анна еще одной подачей навылет завершила гейм в свою пользу. 2:0 во втором сете. «Так, Свон, еще 4 таких гейма и можешь собирать свои манатки и уматывать из Нью-Йорка и никогда больше не мечтай сюда вернуться!» - укутавшись снова в полотенце, Эмма скрывалась от назойливых пытливых глаз, камер и прочих. Лишь она и мысли, хотя бы на 30 секунд. Хотя, как уже сама догадалась Эмма, она и на корте чувствовала только себя и мысли, напрочь забыв об игре. Девушки поменялись площадками, и Эмма уже была готова начать новый гейм, как увидела за спиной Самойловой на трибунах стоит Джонс. А вернее нервно сжимает край ограждения. Свон злобно кинула на него взгляд, а он лишь покачал головой, закрывая при этом глаза. Эмма замахнулась, но удар вновь пришелся в сетку. Сдерживая порыв злости на саму себя и свою беспомощность, девушка глянула на тренера и увидела его руки, которые призывали успокоиться и продолжать. Взяв мяч, блондинка подала его. Но подача вышла вялая и Анна с легкостью вернула мяч на половину поля соперницы. Эмма подбежала и с хода ударила его, и еще бы несколько сантиметров, и он точно бы попал в поле россиянки, но беспощадная сетка не дала ему прорваться. 0:15. Эмма с силой стукнула ракеткой о корт и, прошипев на саму себя, шла к болбою за мячом. Самойлова, видя в каком состоянии Эмма, перестала доставать свою оппонентку колкими фразами, посчитав, что и без них Свон отдаст ей матч на тарелочке. А все к этому и шло. Последующие удары у блондинки совсем не выходили. Она или ошибалась сама или не успевала, и победный мяч уходил к Анне. На счете 30:40, Эмма снова совершила двойную ошибку, отдавая еще один гейм россиянке. Счет уже становился совсем горячим 6:7, 0:3. Еще 3 гейма и Анна пройдет в третий круг, а Эмма попрощается с этими кортами. «Да почему я не могу играть? Пошла вон из моей головы, Миллс? За что? Да какая мне вообще разница, что у тебя с любовью? Была или не была?» - Да какая мне разница! – уже крикнула со всей силы Эмма. Видя, как Свон буквально уже кричит в воздух после последнего розыгрыша, Джонс призывает ее посмотреть на него и показывает, что ждет ее в подтрибунном помещении. Свон поняла жесты тренера и, видя, что тот покидает корт, прямиком идет к судье и, беря технический перерыв, со всех ног бежит к тренеру. Только Эмма хотела хоть, что-то выпалить, Джонс остановил ее. - Стоп, Свон! Успокойся, отдышись. У нас 5 минут. Попей, - протягивая бутылку, сдержал порыв блондинки тренер. Выпив живительной влаги, Эмма, молча, смотрела на тренера. - А теперь спрашивай. - Что происходит? Почему у меня не получаются удары и подачи? Киллиан, помоги, я чувствую, что могу, но каждый раз чего- то не хватает. Я уже на волоске! – тараторила блондинка. - Я сказал - Свон успокойся! Сядь. Быстро! – гаркнул тренер и присел на лавочку, а за ним молча, хлопая глазами, проследовала блондинка. - А сейчас спрашивай, что тебя действительно мучает в данный момент. - Почему Миллс так бурно отреагировала на мое высказывание о ее чувствах? – злобно выпалила блондинка, понимая, что именно это ее преследует весь матч. Джонс лишь покачал головой и, встав с лавочки, отошел на несколько шагов, но развернувшись, посмотрел в уставшие и ничего не понимающие серые глаза. - Послушай, Эмма, - начал спокойно Киллиан, хотя прекрасно понимал, что для такого разговора трех оставшихся минут технического перерыва мало, - этим высказываниям, ты действительно задела Реджину и очень, очень серьезно, - вздохнул Киллиан. У Эммы участилось дыхание, и она ждала, когда же Джонс уже расскажет почему. - Несколько лет назад, она потеряла возлюбленного. Весь тур знал об их отношениях. Они очень любили друг друга и были счастливы и не скрывали этого. Она была совсем другой, я помню это, Эмма… Но когда он погиб, эта была большая потеря для всей теннисной семьи, а для Реджины… я не могу даже представить, что она чувствовала в тот момент… Свон тихо опустила голову и помотала ею. Она даже представить не могла, что все настолько серьезно и болезненно. - Киллиан, я не знала… - Я знаю, Эмма. Но тут в помещение вбежал мальчик падающий мячики и напомнил, что у Эммы осталась минута, а иначе начнутся штрафные очки. Свон еще раз взглянула на тренера и, переключив сочувственный взгляд на злобный, уверенно зашагала на корт. «Черт, Свон! Да я сама себя убью, за эти слова! Как можно быть настолько глупой и ляпать такое, ничего не зная о человеке которому они адресованы?!» Все же неизвестность, гораздо хуже злости. Злость и гнев вот, что может помочь, а неизвестность лишь только грызет изнутри, разрывая на мелкие кусочки медленно и мучительно. Свон прекрасно это осознала, когда выиграла три подряд гейма и сравняла счет в матче. Неизвестность - самое жестокое чувство. Ты можешь любить, страдать, бояться, злиться, но не знать - это самое подлое и неуловимое ощущение. Не знать, но действовать, вот чего Эмма жалела больше всего. Она сейчас злилась на себя и только на себя. На свою несдержанность, свой взрывной характер, свою вспыльчивость, ярость, чрезмерную злость и не в ту сторону повернувшиеся амбиции. С каждым последующим ударом, гнев нарастал, и Эмма вернула свою игру. Она уже не слушала колкости Самойловой, не думала о Миллс, хотя она в первую очередь причастна к этому. Были только мяч, ракетка, поле и Свон. И все эти составляющие, наконец, удачно сложились в цепочку и показали великолепный теннис со стороны блондинки. Второй сет все же Самойлова так просто не хотела отдавать и из-за всех сил старалась не дать взбешенной и уверенной в своих силах Эмме выиграть его вот так. Дело вновь дошло до тайм-брейка, но здесь уже Свон взяла вверх, отдавая всего два очка сопернице. Третий сет был полностью под властью Эммы, которая успокоилась настолько, насколько сама себе позволила и практически с легкостью завершила его под ноль. Даже усердная работа россиянки, как во время гейма, так и в перерывах, не дала и толику надежды на свой успех. Долгий, изнуряющий и безумно нервный матч был закончен за 2,5 часа победой Свон со счетом 6:7, 7:6, 6:0. Эмма недолго поблагодарила публику, и с усмешкой на лице пожав руку своей сопернице, ушла с корта и прямиком направилась в раздевалку.