Издевки судьбы

Дин почти два месяца не выходил из своей комнаты. Он знал, что отец очень зол на Кастиэля и это сказывалось на общении со старшим сыном, а Дину и так было больно. А Мэриан будет смотреть на сына с сожалением и постоянно просить прощения. Дин не хотел этого видеть и слышать. И только Сэмми, его любимый брат Сэмми, пытался подбодрить, просил не хандрить и, наконец, взять себя в руки! Но боль была не стерпимой. Он, конечно, знал и ожидал такого поворота в жизни. Но бесплодие полностью выбило его из колеи и расставание с альфой принесло намного больше боли, чем ожидал омега. После двух месяцев такого ужаса для всех – Дин ведь выходил из комнаты лишь для того, чтоб поесть, - после двух бесконечных месяцев, в одну прекрасную ночь, Дин просто влетел в комнату родителей, что-то счастливо шепча и пытаясь положить руку папы на живот, который до сих пор рос и был уже достаточно круглым. Папа говорил, что это из-за того, что Дин не может смириться с тем, что беременность ложная. Но эта ночь изменила все. Дин уже пропадал в собственных мыслях, пытаясь уснуть, когда почувствовал что-то непривычное в районе живота. «Мне уже кажется, надо смириться» - подумал Дин, но ощущение повторилось. Винчестер положил руку на живот и почувствовал легкое шевеление – будто кто-то внутри немного пинается. «Малыш!» - дошло до омеги, - «Мой малыш! Ты там есть! Ты уже показываешь папе, что ты жив!» - шептал Дин, обнимая маленькую округлость. «Жив!» - крутилось в голове. А потом он резко соскочил с кровати и помчался к родителям. - Папа, он жив! Он там! Беременность не ложная! Ты чувствуешь? – роняя слезы, бормотал Дин. - Чувствую! Чувствую, сын! – на лице Мэриана расцвела улыбка. – Джон! Джон, проснись. У нас скоро будет внук! - Что? – не понял отец. – Какой внук? – тут же подскочил альфа. – Сэмми забеременел? Я этого Гейба… - Дорогой, успокойся! Не надо ни с кем ничего делать! Дин! Беременность не ложная! - Дин? – Джон перевел взгляд на сына, который с нежностью гладил живот. – Это правда? - Дай руку, - Дин схватил руку отца. – Чувствуешь? Он пинается! - Динни! – Джон притянул к себе сына и обнял. – Ты мой хороший! Ты не волнуйся, мы найдем Каса и все ему расскажем, а если он откажется, то мы сами вырастим этого малыша! Джон обнимал одной рукой старшего сына, а другой притянул к себе мужа. - Я вас всех очень люблю, мои омежки! - Отец! – укоризненно сказал Дин. – Еще не факт, что там, - он снова погладил живот, - омега. Может там альфочка или бета. - Все равно люблю! Сэмми был очень счастлив за брата и настоял на том, чтобы ехать вместе с отцом и братом в больницу, а Мэриан остался готовить праздничный ужин. - Как не ложная? Мистер Винчестер, вы что-то путаете, мы никогда не ошибаемся! – Дин снова сидел перед мистером Вестом. - Но он пинается! Я его чувствую! - Значит, вы настолько хотите ребенка, что у вас проявляются слишком глубокие признаки, или же у Вас обычные колики! – настойчиво сказал мистер Вест, но поймав взгляд Винчестера, проговорил. - Если вы снова хотите разочароваться в своей беременности, то милости прошу на кушетку, мы повторно сделаем УЗИ, - слишком спокойно выдал доктор. Дин уверенно прошагал к кушетке и лег, задирая футболку и не стесняясь собственного несовершенства. А УЗИ показало альфочку. Здорового, хорошо развивающегося альфочку! - Но как так? – ошарашено пробормотал доктор. – Ведь прошлое УЗИ четко показало, что там никого нет! - Значит Вы плохой специалист! – укоризненно сказал Джон Винчестер, который все это время был рядом с сыном. – Вы знаете, что разрушили жизнь моему сыну? Что его альфа отказался от бесплодного омеги? Да Вы… - Отец, пойдем отсюда, - попросил Дин, вытирая живот от геля. – Мы найдем другого врача. Дин, забрав первые снимки своего малыша-альфочки, вышел из кабинета, чтобы больше никогда в него не войти. - Ну что? – Сэм подскочил и тут подбежал к брату. - Альфа! – гордо сказал Дин, показывая снимки УЗИ. - Поздравляю, Дин! – почти завизжал Винчестер-младший, обнимая брата. – На счет имени еще же рано спрашивать? – Сэм щенячьим взглядом посмотрел на Дина. - Конечно рано! Дин нашел хорошего доктора, который сразу определил беременность, даже нисколечко не сомневаясь. - И как Вам поставили такой диагноз? Видимо, там ошиблись анализами! У Вас хорошие результаты! Не идеальные, но Вы сможете родить как минимум двух детей без риска для жизни! Правда, есть вероятность, что будет очень сложно зачать второго ребенка, но Вы точно не бесплодны. И ребенок Ваш очень хорошо развивается, вот ручки, ножки, головка, попка, - Доктор Уайт водил обратной стороной ручки по снимкам УЗИ. - Я назначу прием через неделю, будем слушать сердечко. Дин был на седьмом небе от счастья. Его малыш мало того, что существует, так еще и здоров. А что еще омеге для счастья надо? Он начал с упоением считать дни до рождения малыша. Дин устроился на работу в библиотеку: расставлял книги по полочкам и вытирал пыль, и регулярно появлялся в больнице. Так и время бежит быстрее, и копеечка сейчас не лишней была. Отец, как и обещал, начал искать Кастиэля, но тот как сквозь землю провалился. Ни в университете, ни в одной из больниц его не нашли. Но удалось узнать, что Кас переехал в другой город. Спустя два месяца поисков Джон Винчестер плюнул на все, за это время он мог заработать побольше денег на внука. «Рональд? Нет, не нравится. Стивен? Нет, так зовут моего кузена. Крис… Найджел… Гарри…». Каждый день перед сном Дин перебирал имена, выбирая самое лучшее для своего пока еще безымянного сыночка. «Люблю тебя, родной…» - с такими словами он каждый день засыпал, не зная, к кому он обращается: то ли к сыну, то ли к Кастиэлю. Да, чувства к Кастиэлю еще не остыли. И как они могут остыть, если тот альфа его истинная пара! Даже после такого предательства омега примет его без лишних слов. Ну, может немного все-таки подразнить и пообижаться? На Дина, от которого уже не пахло альфой, начали обращать внимание другие альфы, но омеге никто не был нужен. Ведь это беременным он выглядел очень хорошо, а после родов он снова станет несовершенным омегой. Поэтому Дин сразу показывал метку, которая уже выцвела, и альфы сразу шарахались от него. Роды начались внезапно, за неделю до срока. Дин в этот день взял выходной, потому что голова очень сильно болела. А ближе к обеду отошли воды. Вечером в родовой больницы мистера Уайта разнеслись звонкие детские крики! Альфа родился без отклонений в весе и росте, чем очень порадовал своего папочку. Дин, как только увидел сына, хоть и был до ужаса вымотанным, потребовал его к себе на руки. Маленький альфа, как только оказался на руках у папы, тут же заворочался и закряхтел. Его маленькие черненькие ушки смешно прижались, когда малыш зевнул. Новоиспеченный папа готов был смотреть на сыночка бесконечно! Но мальчика забрали у омеги, чтоб обмыть маленькое тельце, и привести папу в порядок. Пока Дина проверяли на наличие повреждений от родов, тот благополучно уснул. Проснулся Винчестер резко и суматошно начал рыскать глазами по палате. Поняв, что находится в больнице, омега успокоился, лег на бок, укрылся одеялом, и хотел было уже уснуть, обняв большой живот, как снова резко подскочил – живот был непривычно маленьким! - Миш! – Дин вспомнил смешные ушки и пухленькие губки сыночка. Сына он нашел в боксе рядом со своей кроватью. Малыш спал, приоткрыв рот, и хмурился во сне. Дин сел на край кровати и погладил малыша по щечке. - Мишель. Я выбрал для тебя имя. Ты будешь Мишелем. Или просто Миш. Маленький Мишель рос не по дням, а по часам. Через год, три с половиной килограмма счастья превратилось в десять килограмм вредины, которое бегало по дому и крушило все подряд на счастье дедушкам. А через два Дин не мог выкроить и минуты свободной, следя за своим чадом. Сейчас глаза Мишеля сменили свой цвет с голубого на зеленый, волосы так и остались черными, а на черных ушках появились рыжие крапинки, под цвет волос Дина. Маленький Миш с каждым днем становился все больше похожим на своего отца, только глаза и рыжие крапинки на ушах были от Дина. Маленькая семейка, состоящая из папы и двухгодовалого сына-альфы, переехала в маленький, по сравнению с домом папы и отца Дина, домик, недалеко от старого места жительства омеги. Дом был очень уютным и как раз для развлечений ребенка – маленький дворик впереди дома и чуть больше за домом. Именно на заднем дворе, в тот злополучный (или, может, наоборот?) день, Дин и оставил сына поиграть. Малыш упал с качели, даже не успев залезть на нее, и сильно ударился головой. Дин не помнит, что происходило дальше, ибо увидев кровь на родной головке, родительский инстинкт заполонил здравый смысл. Пришел в себя он только когда в больнице ему сказали, что жизни Миша ничего не угрожает. Мишель сидел у него на коленях, прижавшись к его груди, на голове его красовалась белая повязка, и тихо плакал, а папа сидел рядом, положив руку на плечо Дину. - Вам всего лишь надо съездить в клинику с более современным оборудованием для обследования. Я не могу Вам сказать точно, не отразится ли этот удар в дальнейшем, - говорил доктор, черкая на маленьком листочке направление и адрес клиники, в которой можно пройти эти обследования бесплатно. Дин, держа на руках сына, подошел к маленькому, по сравнению с соседними, зданию – на листочке был написан адрес именно этой больницы. Пусть и пришлось добираться до этого города долго, но Дин был уверен – ради сына он и дальше уедет. Это было двухэтажное здание, выкрашенное в бежевых тонах. Дин глубоко вздохнул, поставил сына на ноги и толкнул тяжелую дверь – неизвестно, что ждет их за этой дверью. Еще в коридоре Дин почувствовал знакомый, такой любимый запах, но не придал этому значения. И лишь когда он занес сына к педиатру, понял что попал. Рядом с грузным пожилым мужчиной – врачом – сидел Кастиэль и быстро что-то записывал, потом отложил листок и взял следующий. - Мистер Милсон, Мишель Винчестер с подозрением на сотрясение мозга, - и только тут он понял, какую фамилию назвал и резко поднял глаза с листочка на Дина, встречая такой же ошарашенный взгляд. - З-здравствуйте, - пробормотал Дин, прижимая ребенка ближе к себе. Кас поймет, ведь Мишель почти его копия. Неловкую ситуацию разрулил пожилой мужчина. - Ну что вы там встали, проходите, садитесь, - Дин неуверенно прошел к стулу и сел, посадив Мишеля себе на колени. – Меня зовут Майкл Милсон, а это Кастиэль Новак, мой интерн. Рассказывайте, что случилось? – мистер Милсон приветливо улыбнулся, разглядывая малыша. Дин рассказал все, чувствуя на себе взгляд синих глаз. Сильно отвлекал запах свежескошенной травы. Их отправили на обследования головы. К вечеру Дин и Мишель снова очутились в кабинете педиатра. - Так, все анализы и диаграммы не показывают никаких отклонений. Единственное – травма может в будущем повлиять на зрение, но процент очень маленький. Так что не волнуйтесь, просто первая боевая травма, - доктор потрепал Мишеля по головке. – Сейчас я посмотрю на его реакцию и все. Доктор долго говорил с ребенком, спрашивал, на что Мишель стойко отвечал. В итоге отпустил ребенка. Мишель радостно побежал к папе. - Папочка, я писать хочу, - шепотом сказал ребенок на ухо Дину. - Потерпи немного, - улыбнулся омега сыну и в этот момент встретился взглядом с Кастиэлем. Тот вздрогнул и резко опустил взгляд на бумаги на столе. Дин и не догадывался, что в этот момент Кастиэль Новак списывал на листочек как можно больше информации о сыне из медкарточки. - Ну что ж, пора по домам, - пожилой мужчина улыбнулся. – Кастиэль, Ваш рабочий день закончился. Дин уже надел на сына легкую курточку и выходил из кабинета, когда на него налетел беременный омега, от чего Дин чуть сам не ударился об косяк двери. Бесцеремонно оттолкнув мужчину с ребенком, омега залетел в кабинет. - Касик! – обиженно начал омега. – Я тебя уже десять минут жду! Где тебя носит!? - Прости, милый, - услышал Дин до боли любимый голос, который так обращался не с ним, - сейчас поедем домой. - Касик, я арбуз хочу, а ты тут чужих детей лечишь, когда твой родной страдает от невнимания! Дин зло фыркнул. Когда во время беременности ему хотелось что-то необычного, он терпел. Потому что ночью родители точно не обрадуются такой новости. Да и Дин старался вообще не стеснять и не напрягать ни родителей, ни брата. За беременным омегой должен ухаживать муж-альфа, а у остальных есть и свои проблемы. - Папочка, писать! – из раздумий его вывела настойчивая просьба сына. - Да, родной, пойдем, - Дину не надо было притворяться сыну, все улыбки, подаренные этому чудному созданию были искренними. Дин сводил сына в туалет, забрал все необходимые документы в регистратуре и вышел из здания больницы, чтобы больше никогда туда не вернуться.