Одна из них...

И так, приехали. Я обязана придти на бал-маскарад в сопровождении одного из Гриффиндорцев! Да, просто великолепно, о лучшем я не могла и мечтать. Из Большого зала я вышла не в самом лучшем настроении. Мимо меня прошли Поттер и Уизли - они возмущённо обсуждали решение Дамблдора. Через несколько секунд они, а вместе с ними и их бурчание, скрылись за углом по пути в спальни Гриффиндора. Мне не хотелось идти в спальню Слизерина. В этот вечер мне казалось, что её приятные условия не согреют меня. Я чувствовала себя одинокой в этом огромном дворце, у меня появилось жуткое желание кого-нибудь обнять и согреться о тепло тела этого человека. "Кто же пригласит меня на бал?" - задумалась я, блуждая по коридорам школы. "А если никто - кого я могу позвать? Ну уж точно это будет не Уизли и не Поттер". Незаметно для себя я оказалась перед портретом Полной дамы. "Тут мне делать нечего". Вы ведь помните, что гостиные наших факультетов объединили, а так как это невозможно - нашу гостиную увеличили вдвое и Гриффиндорцы переехали к нам, а после Рождественских каникул мы к ним переедем. Развернулась и пошла в гостиную нашего с Гриффиндором факультета. Только я зашла за угол, как услышала в коридоре звук шагов и до меня донёсся голос Рона: "А у неё красивые глаза. И волосы". Меня не особо заинтересовал разговор Рона и Гарри, я лишь ускорила шаг и в скором времени уже слушала ворчливую болтовню своих однокашников и Гриффиндорцев.

***

Сегодня на завтраке меня не покидало чувство, что кто-то сверлит мою спину своим взглядом. Должно быть это был кто-то из Гриффиндора, не удивительно. Если бы меня мучало любопытство - я бы обернулась, но мне это было по барабану. После завтрака я отправилась на совмещённую с Гриффиндором Травологию. Пусть читатель не удивляется, что я так много пишу о ненавистном мне факультете - он уже занял какую-то частичку в моей душе, такое ощущение, что без него мир стал бы пустым для меня. Осмелюсь сказать, что я потерпела бы большее расстройство, если бы весь Гриффиндо неожиданно был стёрт с Земли, чем если бы у меня разом сдохло 30 родственников. Должна же я кого-то ненавидеть всем своим сердцем, не так ли? И так, вернёмся к Травологии. С объединения факультетов на Травологии меня поставили работать в пару с Грейнджер. Этот день не был исключением, но сегодня она пол урока сдерживала желание что-то сказать мне, но вот женский инстинкт сломал её и она сказала: -Мне кажется, что ты очень сильно понравилась Рону. Она сказала эти слова с какой-то горечью и почти незаметной примесью зависти. Почему-то мне стало жалко бедняжку - я всегда считала, что она влюблена в эту рыжую обезьяну. Тогда я смерила её равнодушным взглядом и холодно спросила: -Мне-то какое д.. дело? Я покраснела. Холодно спросить у меня не получилось, как-будто режим "Пошёл-нафиг-мне-всё-равно" вышел из строя. Эта фраза должно быть прозвучала так, будто её произнесла тайком влюблённая в Уизли девчонка. Я поняла это по широко раскрывшимся глазам Гермионы, однако она быстро вернула своему лицу исходное выражение и больше не пыталась со мной заговорить. Штаны Мерлина, я просто сгорала от стыда! Сейчас она наверняка подумает, что я влюблена в Уизли... Хуже и быть не может! Но я ошиблась: оказывается может быть и хуже. Пэнси сидела рядом так, что она видела моё лицо. Я не удивлюсь, если она увидела все 50 оттенков красного, которые сменились на моём лице за минуту. Вечером в гостиной она с Дафной (подумать только, она уже успела разболтать!) подошли ко мне и шепнули на ухо: "А мы всё знаем!". Шепнули... ШепнуУУуулиИИи... АХАХА. Их шёпот услышали даже на другом конце гостиной пауки, хотя стоял приличный такой шум. Я не покраснела. И не побледнела. Зато к равнодушию в моих глазах приплелся такой холод, что мне достаточно было обвести глазами комнату, как все замолкли. Далее я спокойно встала и отправилась в спальню. Этого было достаточно для того, чтобы запутать Пэнси и Дафну и разжечь любопытство у однокашников. Если честно - я не думала, что одного зайца раню, а другого воскрешу из мёртвых. Короче говоря, я сделала ошибку, но что-то исправлять было поздно. С того момента моя репутация начала рушиться.

***

Счастье аристократа в его репутации. Если подумать - кроме неё у него ничего нет. Забери у аристократа репутацию и он становится никому не нужным. А если вы оденете его в одежду бедняка - вам и в голову никогда не придёт, что перед вами знатная особа. Теперь вы должны понять моё расстройство. У меня начали забирать единственное, что мне принадлежит. Я лежала на кровати с закрытыми глазами, но я ничего не слышала. Мои мысли бродили по лабиринту неведомых дорожек, начала появляться усталость, и я поняла, что сейчас засну. Его глаза. Они прекрасны. Вот он смотрит прямо на меня и улыбается мне, берёт за руку и мы вместе бежим к озеру. В этом сне я не чувствовала себя одинокой, не гналась за репутацией, я была счастлива. До этой поры счастье было незнакомо мне, но проснувшись я поняла, что какая-то частичка меня просит любви и счастья. Я влюбилась. Влюбилась в Рона Уизли. Влюбилась в Гриффиндорца.