До и после

POV Кёнсу. Завтра точно снег пойдет. Или метеорит упадет. В любом случае, ничего не удивит меня больше, чем чрезмерно дружелюбный Ким Чонин, обнимающий меня за плечи своими худыми, хоть и сильными ручками. А как он улыбается мне? Как смотрит? Не будучи избалованным хоть каким-либо вниманием, я чувствовал, как по всему моему большому телу сейчас бегали толпы мурашек и мешали мне нормально разговаривать, выставляя меня каким-то умственно отсталым перед Каем. Но тому, похоже, было всё равно – его улыбка становилась только ярче, а взгляд нежнее. Через полчаса таких посиделок я перестал улавливать, о чем трепется Чанёль, а просто наслаждался этим непринужденным объятием Чонина и его солнечной улыбкой. А еще он вкусно пах. К счастью, с тем, что мне нравятся парни, я смирился где-то год назад, поэтому сейчас мне не приходится мучить себя бесполезными мыслями типа «О нет, что это со мной? Как я могу такое думать? Он же парень!» Но кое-что всё же тревожит меня – этого красавчика было куда проще ненавидеть, чем теперь сидеть и влюбляться в него. Ненависть всяко лучше безответной любви, верно? Но, очевидно, процесс пошел. Что ж, мне даже пообещали дружбу, а это уже неплохо. А потом я как возьму, как похудею… Ого, кажется, мотиватор нашелся. Сам себе не верю. Но…так хочется, чтобы его красивой руки хватало, чтобы просто приобнять меня. Чтобы его нога не была меньше моей в 3 раза. Чтобы когда мы поцелуемся, со стороны не казалось, будто я пытаюсь его съесть. Чтобы когда мы займемся…Так, всё. Размечтался тут. Сначала похудеть надо. Я так воодушевился, что невольно подпрыгнул на диване в попытке встать и прямо сейчас броситься в спортзал. И, кажется, напугал этим Кая. - Эй, всё хорошо? - Ээ, да, я просто..ээ..в туалет хотел пойти. Вот. - Я тебя провожу. Пойдем! Чонин с таким энтузиазмом кинулся ко мне, что даже Чанёль слегка завис. - А я тогда пойду с ребятами из команды поболтаю. Я буду в той комнате, окей? Мы кивнули, и Кай повел меня на второй этаж. Я старался пыхтеть как можно тише, поднимаясь по довольно длинной лестнице ибо, черт, мне впервые стыдно за свою отдышку. Всё, завтра буду пить одну воду!! - Пошли в эту комнату, внутри есть ванная. А я тебя тут подожду. Он сел на большую кровать, откинулся, упав на локти, и сладко улыбнулся. По телу снова пробежала приятная дрожь, и я поспешил в ванную. Я раза три плеснул в лицо ледяной водой, ибо всё никак не мог успокоиться. Этот парень слишком привлекательный для моего слабого сердечка, которое и так страдает, будучи окутанным слишком большим количеством жировой ткани. Делать нечего, приходится выходить. Чонин всё так же мило улыбается мне и хлопает рукой по кровати. - Присаживайся. Поговорим наедине немного. А то у меня создалось ощущение, что ты начал там кимарить под Чанёлевы байки. Он тепло рассмеялся, а я лишь смущенно опустил взгляд. - От вина наверно разморило. И от твоих объятий. - Знаешь, никогда не замечал, какие у тебя красивые глаза. Такие большие… И губы. Любая девчонка позавидует. Говоря все эти жутко смущающие, но не менее желанные слова, Кай испепелял меня классическим взглядом «я хочу тебя здесь и сейчас», и мне казалось, что мы снимаем ту часть порнухи, где герои сначала разговаривают, а потом начинается жара. Но надо прекратить обнадеживать себя сейчас же. Какая мне порнуха. С моим видом это получится фильм ужасов просто. Да и Кай наверно просто пытается быть милым, чтобы загладить свою вину передо мной. Хотя сейчас я уже думаю, что это я должен извиняться за свой кошмарный вес. За этими размышлениями я не замечаю, как Чонин тянется к моему лицу и, прикрывая глаза, целует в губы. В голове, кажется, не остается ни одной мысли, и я неожиданно быстро расслабляюсь и отвечаю на поцелуй так, как мне позволяет мое полное отсутствие опыта. Короче, просто слегка шевелю губами. Мне вдруг хочется большего, и я тяну свои руки к его талии, осторожно приобнимая. Кай такой худенький и упругий под моими ладонями… .Я мгновенно представляю, что почувствует он, попытавшись обнять мою «талию», так что тут же отталкиваю его и закрываю лицо руками, пытаясь сдержать внезапно нахлынувшие слезы горечи. Как же я противен себе сейчас.