Орочимару-сенсей, я никогда не предам Вас!

      Свободные три дня Наруто потратил на установление дружеских отношений со всеми встречными и приблизительный осмотр деревни. Также постарался навести справки о главе Корня, что было весьма проблематично, но только не для него. Наложив хенге, подменив себя клоном и отправив змей в разведку, Намикадзе проник сначала на базу Корня, а затем - в тайные архивы АНБУ. С его змеиным стилем и опытом разведки, который накопился, когда Орочимару посылал его следить за парой Акацуки, это не составило большого труда, поэтому уже вечером третьего дня он разбирал все собранные сведения, сидя в старой лаборатории змеиного санина, которую нашёл день назад. Следившие за его клоном АНБУ ничего не заподозрили и доложили Хокаге, что это самый обычный маленький мальчик.       В день экзамена на генина джинчурики пришёл в Академию раньше назначенного времени и постарался произвести впечатление дружелюбного и весёлого ребёнка на всех новых одноклассников и учителей. Он даже успел поспорить с Курамой на то, скольких ребят он сможет навязать себе в друзья, в чём очень даже преуспел. Уже к концу дня все девочки смотрели на него почти как на Саске, заметив, что он очень симпатичный и разговорчивый, в отличие от того же Учихи. На экзамене ему попалось хенге и теневое клонирование, что он без труда исполнил и получил протектор, подтверждающий, что он является шиноби Конохи. После экзамена он предложил новым «друзьям» вместе пообедать, и новоиспечённые генины отправились в Ичираку.       Через пару дней все сдавшие экзамен собрались в Академии, где происходило распределение команд. Наруто зашёл в аудиторию и сел рядом с Саске, которому уделял достаточно много внимания, рассматривая его как новый сосуд для Орочимару, затем к ним подсела Сакура. Когда все собрались, пришёл Ирука и начал зачитывать списки: — Команда номер семь: Аонера Хероси, Учиха Саске и Харуно Сакура, ваш наставник — Какаши Хатаке… — услышав свои имена, названные больше не слушали учителя и только переглядывались между собой. «А у меня неплохая команда, — промелькнуло в мыслях Намикадзе, — будущее тело сенсея, розоволосая идиотка, которую будет приятно расчленить как-нибудь потом…» — змеёныш мечтательно оскалился.       Харуно тоже была довольна командой, ведь два самых красивых парня были вместе с ней. Учихе же было абсолютно всё равно на всех и вся.       Закончив читать списки команд, Умино удалился, оставив генинов ждать наставников. Беловолосый джонин, с маской на пол-лица и протектором, закрывающим левый глаз, явился через четыре часа ожидания, в течение которых Саске молча смотрел перед собой, Аонера мысленно доставал сердце и отрывал конечности этому Какаши-сенсею, который посмел заставить его ждать — однако на его лице это никак не отразилось, — а Сакура просто громко возмущалась его опозданием. Когда горе-наставник появился в дверях, его встретили милым шипением десяток змеек, призванных Хероси, которые быстро обвились вокруг побледневшего Хатаке. Наруто одним рывком оказался около нового сенсея и прошипел ему прямо на ухо, но так, чтобы никто, кроме него, не слышал: — Ещё хоть одна задержка больше чем на минуту — и размер этих созданий будет совершенно другим.       Какаши сглотнул и взял с себя обещание никогда больше не злить ученика. А Намикадзе, снова приняв жизнерадостное выражение лица, повернулся и весело подмигнул ухмыляющимся сокомандникам.       Переместившись на крышу, джонин начал знакомство: — Расскажите о себе: что вы любите, что — нет; хобби, мечта. Я, пожалуй, начну. Меня зовут Хатаке Какаши, то, что я люблю, и моё хобби вас не касаются; мечты особой нет; то, что не нравится, вам лучше не знать.       Джинчурики усмехнулся и принял эстафету: — Меня зовут Аонера Хероси, люблю змей и моих друзей, ненавижу безответственных людей; мечта — стать Хокаге, — брюнет аж сам удивился своей красноречивости.       Следующей была Сакура: — Я Харуно Сакура, мне нравятся… два парня, — она посмотрела на Хероси и Саске и покраснела, — не люблю жестокость; мечта — стать сильной куноичи. — Меня зовут Учиха Саске; много чего не люблю, мало, что нравится; моя цель — возродить клан и убить одного человека. — Ну, вот и познакомились, — лениво протянул Какаши. — Жду вас завтра в шесть часов утра на полигоне номер семь. Советую не завтракать, — с этими словами джонин исчез, а троица разошлась по домам.       На следующий день сенсей седьмой команды снова опоздал, хотя уже на два часа, поэтому его встретил очень «добрым» шипением сам Менби, призванный внутренне злым и недовольным Хероси. Незаметно для всех использовав мокутон, Наруто с лёгкостью прошёл испытание, разыграв ещё раз спектакль про свою щедрость и добродушие, отдав колокольчики Сакуре и Саске. После этого, как и говорил санин, они начали выполнять нудные и примитивные задания, куда Наруто, разумеется, посылал клона, а сам в это время мило беседовал с главой Корня, рассказывая ему о том, как бы он хотел работать под его началом.       Наруто нашёл несколько доказательств преступлений Данзо, но никак не мог сблизиться с ним, поскольку найти его было непросто. Но случай представился сам собой, когда однажды брюнет возвращался из лаборатории Орочимару и встретил самого Шимуру, сражающегося с какими-то вражескими шпионами. Младший Змей подгадал момент и связал врагов змеями, чем заслужил некоторое доверие старейшины. Но Данзо не Хирузен, и поэтому теперь за джинчурики снова была слежка, но уже в лице АНБУ Корня. Намикадзе предвидел это, поэтому не удивился и старался вести себя как ни в чём не бывало, что у него отлично получалось.       Спустя пару месяцев выполнения миссий ранга D Хероси смог выпросить у Хокаге ранг C — сопровождение в страну Волн, — которая плавно переросла в ранг B…

***

А в это время в логове Орочимару...       По запутанным коридорам Северного убежища бесшумно шагала молодая блондинка с двумя хвостиками за спиной в сопровождении помощника змеиного санина Кабуто. Проводив гостью до лаборатории Орочимару, Якуши знаком предложил ей войти, что она и сделала. — Орочимару… — окликнула девушка.       Змей ухмыльнулся и оторвался от работы: — Ну, здравствуй, Цунаде… — сладко прошипел он.