Орочимару-сенсей, я никогда не предам Вас!

      Возможно, Второго Хокаге Тобираму следует поблагодарить за создание техники Эдо Тенсей. На этой войне для кого-то воскрешённые являются просто оружием и пешкой в игре, но кто-то получает шанс ещё раз увидеть близких, которые уже погибли.       Нагато, по приказу Наруто, прекратил битву с коноховцами, заметив появившегося члена воскрешённого отряда напротив Какаши, и остался в стороне, понаблюдать за игрой. Командир дивизии Листа также закончил битву, увидев перед собой нового противника. Своего отца. Белый Клык Конохи стоял перед сыном, и оба испытывали шок и удивление, смешанное с ностальгией и вскрытием старых ран.       Специально для того, чтобы в полной мере насладиться развлечением, Намикадзе приказал Кабуто оставить разум воскрешённых нетронутым, управляя лишь телом, так что все воскрешённые могли поговорить и помучиться боем с родными.       Хатаке Сакумо предстал перед сыном таким же, как и перед своей смертью: благодаря опытам Орочимару на теле воскрешённых не было трещин, а глаза были живыми. И добрый виноватый взгляд отца заставил Копирующего ниндзя забыть обо всём и рвануть к нему.       Белый Клык удивлённо посмотрел на сына, не до конца понимая, что происходит: — Какаши? — Отец... — джонин Листа с болью посмотрел на отца, начиная осознавать, что им предстоит делать. — Почему ты здесь? — Я не знаю, но, кажется, — он попытался заставить тело двигаться по желанию, но ничего не вышло, — это техника Эдо Тенсей Второго Хокаге. Что сейчас происходит, кто-то напал на деревню? — Идёт война, — глухо ответил Какаши, — нам придётся драться. Будь проклят этот Хероси и Акацки! — Вот как… Всё в порядке, — Сакумо ласково улыбнулся, — уверен, ты уже превзошёл меня как шиноби, тебе просто нужно запечатать меня… И… я надеюсь, ты смог простить меня… — Да.       Он благодарно посмотрел на сына и снова улыбнулся. — Я понял, почему ты так поступил, ведь… Тех, кто нарушают правила, в мире шиноби называют мусором, но те, кто бросают в беде своих товарищей, — гораздо хуже!       Белый Клык одобрительно кивнул и расслабился: — Я знал, что когда-нибудь ты всё поймёшь и сможешь меня простить. Спасибо, Какаши, — контроль техники ослаб, и Сакумо смог подойти к сыну. — Спасибо за то, что ты мой сын.       Двое мужчин обнялись, и в это время Кабуто вернул контроль, заставив воскрешённого вытащить кунай и нацелиться на спину Копирующего, но Сакумо успел предупредить его, и Хатаке-младший отпрыгнул на метр, подняв протектор и обнажив шаринган. — Ого! — отец немного восторженно уставился на глаз клана Учиха. — Вижу, ты даже шаринган освоил. Я атакую — будь осторожен!       Какаши кивнул и начал уклоняться от атак: — Сай, сможешь запечатать противника техникой Корня?       Юноша достал свиток и кисть и начал рисовать тигра: — Да, но мне нужно время. — Я выиграю его для тебя, — наставник сложил печати и сформировал молнию в руке. — Чидори! – он бросился на отца с невероятной скоростью, но Сакумо успел увернуться и чуть не задел его танто. — Осторожнее! — Белый Клык начал атаку огнём, Копирующий снова сложил печати. — Дотон: "Земляная стена"! — переждав пару секунд, он перешёл в наступление. — Суитон: "Водяной дракон"! — пока отец уклонялся от техники воды, Какаши направил чакру в левый глаз и загнал Сакумо в гендзюцу. В это время Сай закончил рисовать и сложил печать концентрации: — Нинпо: "Запечатывание", — рисованный тигр выскочил из свитка и бросился на парализованного Сакумо, схватив его за шею и потащив к свитку.       Джонин развеял гендзюцу, как только отец оказался в нескольких сантиметрах от свитка, и очень зря: Кабуто усилил контроль, и воскрешённый вырвался из хватки тигра, который разлился на чернила. Подавив на сей раз личность призванного, Якуши переместил его на другую часть поля боя, оставив команду номер семь снова противостоять Нагато.       А в это время перед главнокомандующим войск появился «сюрприз» — Учиха Шисуи. Вслед за ним из тени вышли ещё Фугаку Учиха и Саске. Итачи с ужасом осознал, что ему придётся драться с ними, и ненавидящим взглядом просверлил сидевшего на холме Наруто, который ответил ему коварной ухмылкой.       Трое воскрешённых удивлённо переглянулись между собой и осмотрелись вокруг. — Итачи? — друг названного тепло улыбнулся, отец же просто оглядел сына, а вот реакция Саске была диаметрально противоположной. Увидев напротив себя ненавистного старшего брата, он тут же сложил печати: — Чидори! — но его руку остановил Шисуи. — Полегче, Саске! — он ласково потрепал братишку друга по непослушным волосам и подошёл к Итачи. — Кажется, нас призвали Эдо Тенсей. Рассказывай, что происходит.       Убийца клана глубоко вздохнул и, подойдя, обнял лучшего друга: — Шисуи, мне так не хватало тебя, особенно когда я вырезал весь клан…       Обладатель Кото Амацуками виновато улыбнулся и обнял друга в ответ: — Прости меня, Итачи, мне очень жаль, что всё так вышло и я не смог ничего сделать… Но сейчас не до этого — расскажи, что происходит.       Хокаге кивнул и отстранился от друга, поворачиваясь к отцу и брату: — Идёт война, четыре Скрытые Деревни сражаются против Акацки и Орочимару, — при упоминании санина Саске вспыхнул, но Итачи знаком попросил молчать. — Я являюсь главнокомандующим армии альянса шиноби, а также Пятым Хокаге деревни Листа. Сейчас… мне придётся сражаться против Вас.       Молчавший до этого момента Фугаку подошёл к сыну: — Значит, ты стал Хокаге, сынок… Я представляю себе, что тебе пришлось пережить после той ночи, но… Что здесь делает Саске, почему он тоже контролируется Эдо Тенсей?       Годайме печально опустил голову перед отцом: — Мне очень жаль, отец… Я не смог защитить Саске, его убил Орочимару… — Может, Вы наконец объясните мне, что здесь происходит! — обиженно процедил младший Учиха. — Шисуи, отец, почему Вы так себя ведёте? Он же убил вас, а потом — и весь наш клан! И какой ещё Хокаге?!       Итачи подошёл к отото и щёлкнул его по лбу: — Не сейчас, Саске, поговорим позже… мой любимый младший брат…