Человечность.

Белла не знала, как оказалась здесь. Тот момент семь дней назад, когда она вернулась домой с охоты и увидела застывшего с телефоном в руке Эдварда, казался таким далёким. Боясь, что что-то ужасное произошло с Эсми, или Джаспер вдруг потерял самоконтроль и напал на кого-то, она бросилась к своему мужу и стала расспрашивать его о том, что случилось. Он даже не посмотрел на неё, протянув ей листик с сообщением от Сью: «Чарли мёртв». Каким-то образом, после периода почти шизофренического поведения, она оказалась на кладбище в Порт-Анджелесе, окружённая тёмной зеленью Вашингтона, которую покинула более двух десятилетий назад. Эдвард хотел поехать с ней, чтобы попрощаться с человеком, который подарил ему свою дочь, но она знала, что он не должен быть там, когда будут хоронить её отца. Она позвонила Джейкобу и через Ренесми передала ему сообщение с датой и временем похорон. Он не перезвонил ей. Он больше никогда не перезванивал.

***

Леа Клируотер технически была её сводной сестрой, Белла помнила, как заметила краем глаза статную женщину в чёрном пальто. Они не разговаривали почти шестнадцать лет. Белла не приезжала на свадьбу своего отца; слишком много человек могло задать вопросы по поводу её молодости, а она не готова была врать людям, которые когда-то были для неё важны. Леа, с другой стороны, не только была подружкой невесты на этой свадьбе, но и решила вернуться в Вашингтон для постоянного проживания. Последний раз, когда Беллы слышала какие-нибудь новости из Ла Пуш, Леа преподавала в школе в резервации. Конечно, это было пятнадцать лет назад, да и Белла не думала о ней последние десять лет. Старшая из детей Клируотеров не смогла сдержать удивления, когда Белла обняла её и поцеловала в щёку. - Ты ни капли не изменилась за семнадцать лет. Люди, должно быть, заваливают тебя вопросами из-за этого. Леа фыркнула в ответ, похлопав Беллу по спине. - Люди в резервации слишком умны, чтобы задавать вопросы. Истории всё ещё живы. Они не умрут, как бы мы ни пытались забыть о них. - Думаю, это всё не зря. Леа пожала плечами и просто улыбнулась.

***

На кладбище было совсем немного людей. Это было одной из двух просьб Беллы: чтобы присутствовали только те, кто хоть как-то осведомлён о её… уникальной ситуации. Белла чувствовала себя виноватой, когда думала об одном человеке, которого исключила сразу; она практически была уверена, что Рене хотела бы быть на похоронах Чарли. Но, опять же, она даже не была уверена, жива ли ещё её мать.

***

Белла Каллен никогда не любила светские беседы, и напряглась, когда тёмные глаза Леи стали скользить по толпе, будто она нервничала так же, как и сама Белла. - Как Сет? – Белла нарушила тишину. – Я давно его не видела. Он приедет? Леа усмехнулась. - Сет… это Сет. Женился на какой-то сумасшедшей девушке из Калифорнии, которая преподаёт философию в университете Беркли. Оказалось, что ей очень нравится фольклор и вампиры. Он не смог устоять. - Она его запечатлённая? - Нет, он не запечатлён. Счастливчик, - она даже не пыталась скрыть горечь в голосе. – В любом случае, у них уже трое детей, и они ждали четвёртого, когда я разговаривала с ними по телефону в последний раз. - Значит, он не приедет. - Он больше не приезжает сюда. Не хочет, чтобы его семья подверглась тому, что происходит в этом месте. Он говорит… - брюнетка сделала паузу, будто боялась, что её слова может услышать кто-то лишний. – Он говорит, что то, что происходит здесь, токсично для души, - её голос дрогнул, когда она посмотрела на что-то позади Беллы. – Не могу сказать, что я абсолютно не согласна. Вампирша медленно повернулась. У неё перехватило дыхание, когда она увидела высокого молодого парня, который обнимал Сью Клируотер. Леа помахала ему рукой, и парень поцеловал Сью в макушку, прежде чем направиться к Лее. - Кто он? – спросила Белла, пока он не подошёл слишком близко, предполагая, что он какой-нибудь дальний родственник семьи Клируотеров, с которым ей не удавалось встретиться. – Твой кузен? Леа тут же вытянулась во весь рост. - Он мой сын. Белла едва могла дышать, обдумывая эту информацию. - Приёмный сын? Леа искренне рассмеялась. - После тридцатишестичасовых родов и трёх уколов эпидуральной анестезии? Надеюсь, что нет. Некоторое время Белла не могла говорить, в её горле застрял давно забытый ком. - Джейкоб… он говорил, что ты… что это невозможно… - её голос затих, пока она пыталась вспомнить тот разговор. Казалось, он был больше века назад. Леа улыбнулась, когда парень обнял её, но её тёмные глаза наполнились грустью. - К счастью, я была неправа. - Не думаю, что видел вас раньше, - произнёс парень, глядя сверху вниз на Беллу. - Белла Каллен. Полагаю, я твоя тётя, - она украдкой взглянула на Лею. – Верно? - Саймон, - с энтузиазмом представился молодой человек, протягивая свою руку Белле для рукопожатия. – Я много слышал о вас от Чарли. - Он позволил тебе называть его Чарли? – спросила Белла, слегка удивившись. – Он всегда расстраивался, когда я называла его по имени. Темноволосый парень почувствовал себя неловко. - Он говорил… ну, он говорил, что это напоминает ему о вас. Он покраснел и отпустил её руку, когда понял, какая она холодная. И тогда она увидела это. То, как его губы образовали почти идеальный полукруг, и то, как в уголках его глаз появились морщинки. И в воздухе появился запах леса, когда он подошёл ближе. Она будто окунулась в воспоминания двадцатилетней давности, когда она улыбалась, а её лучший друг смеялся, перепачканный сажей из-за работы в гараже. - Сколько тебе лет? – выдавила из себя Белла, производя расчёты в голове, в то время как лицо её сводной сестры помрачнело. - Он выглядит старше своего возраста, - в жёстком тоне Леи слышалось предупреждение. Парень посмотрел на свою маму с любопытством. - В следующем месяце будет шестнадцать, а что? Белла покачала головой. Почему-то она чувствовала лёгкое головокружение. - Ты просто… похож на кое-кого. Вот и всё. Она не отводила взгляда от симпатичного лица парня. Она не могла ошибиться. - Не здесь, Белла, - прошипела Леа. – Не сегодня. Но Белла не могла перестать смотреть на него.

***

- У него его глаза! – пробормотала она, пока Леа тащила её вниз по дорожке, ведущей к зданию церкви. – У него та же улыбка, тот же цвет кожи, тот же голос… - Да, - Леа ещё крепче впилась пальцами в руку Беллы. – Он сын Джейкоба. Довольна? Белла подняла голову, в её глазах цвета топаза виделась недоверчивость. - Но не обольщайся, - огрызнулась черноволосая девушка, стук её каблуков о холодный камень раздавался эхом вокруг них. – Это ничего не меняет. - Это меняет всё! - Джейкоб Блэк больше не часть моей жизни. - Это ты бросила его! Бросила нас! Леа фыркнула от злости, открывая белую деревянную дверь и толкая Беллу внутрь здания. - Давай кое-что проясним, пиявка. Я должна была уехать. Дать своему сыну шанс на хорошую жизнь. Бог знает, что этого не могло быть с того момента, как твоему отродью исполнилось семь лет, и я осталась одна с ребёнком и снова разбитым сердцем. Белла уже не слушала её. - Ты должна рассказать ему, Леа. Позвони ему. Прямо сейчас. Пожалуйста, - Белла достала свой телефон из своей сумочки, по памяти набрала нужный номер и всунула телефон в руки Лее. – Сделай это. - Мне не нужно ничего ему говорить, - Леа вздохнула, нажав на кнопку «отбоя» на телефоне и протянув его обратно взволнованной вампирше. - Если ты не сделаешь этого, то сделаю я! - Белла снова начала звонить, прежде чем Леа выхватила мобильник из её рук и сунула его себе в карман. - Ты не поняла. Джейкоб уже знает. - Как он может знать? - Все знают, - прорычала девушка оборотень. – Саймон знает. Моя мама знает, твой отец знал, Билли знает. Чёрт побери, весь ваш чёртов клан посылает ему открытки на день рождения каждый год! - Но… почему я ничего не знаю? Почему никто мне не рассказал? Голос Леи стал ещё жёстче, если такое было возможно. - Ты на похоронах своего отца, Белла. Ты хоть понимаешь это? И ты думаешь, что это лучшее время расспрашивать меня о том, почему ты не знаешь, что у Джейкоба есть сын? И кто ты после этого? – она сделала глубокий вдох, в то время как её руки сжались в кулаки. – Ты хотя бы знаешь, как он умер? Белла промолчала. - Ты перестала звонить ему. Ты не отвечала на его письма. Врачи сказали, что он умер из-за разбитого сердца. В остальном с ним всё было в порядке, в физическом плане. Ты убила его, Белла. Ты сделала это. Не думаю, что ты когда-нибудь поймёшь, сколько жизней разрушила, когда потеряла свою. Ты была так занята собой, что не видела, что всё вокруг тебя разваливается. Что люди вокруг тебя разваливаются. - Это… это не правда, - Белла едва слышала свой собственный голос. Леа сделала шаг вперёд к ней, её горячее дыхание обжигало ухо вампирши. - Тебе не интересно, почему Джейкоб больше никогда тебе не перезванивает? И разве не странно, что на похороны не пришёл кто-то, кто был так близок с твоим отцом? С тобой? Белла могла поклясться, что пальцы Леи стали похожи на когти, когда она вцепилась ими в её рубашку. - Джейкоба нет здесь потому, что он не может видеть всё это. Меня. Саймона. И, больше всего, тебя. Всё, что он оставил позади, когда запечатлелся на твоей дочери. - Он любит Ренесми, - она всё ещё была в этом уверена. Или нет? - Джейкоб Блэк очень хорош в том, что касается влюблённостей, - Леа невесело улыбнулась, отпустив рубашку Беллы и поправив своё платье. – Но не так хорош в том, чтобы забывать то, что когда-то было. - Но… - Я здесь, чтобы попрощаться с Чарли, Белла. Он и мой отец тоже. Это он перерезал пуповину Саймону, когда тот родился, и всё в этом роде. Так что, пожалуйста, - она понизила голос, - просто… забудь об этом. - Мне очень жаль, Леа, - теперь с губ Беллы слова слетали легко, и она обнаружила, что подошла опасно близко к Лее. – Я ничего не знала. - Честно? Мы в порядке, Саймон и я. У нас есть всё, чего мы хотим. А Джейкоб… - она усмехнулась, отталкивая Беллу в сторону. – У Джейкоба есть та, без которой он не может жить, - она посмотрела Белле прямо в глаза. – Даже если это не та, кого он хочет видеть рядом. Белла невольно отступила назад. - Меня он не любит. Больше не любит. - Он мог некоторое время делить кровать со мной. Произносить моё имя вместо твоего, когда выключен свет. Но он никогда не занимался любовью со мной. Не по-настоящему. - Он любил тебя, Леа. Мы все видели это. Мы все думали, что он разорвёт запечатление ради тебя. - Конечно, он любил меня, - теперь из её глаз потекли слёзы. Белла не помнила, видела ли Лею в таком состоянии раньше. – Просто тебя и твоё отродье он любил больше. - Мам? Обе женщины повернулись, когда белые двери в церковь открылись. Саймон едва заметно дрожал, стоя у двери и держа в руке чёрный зонт. На улице начался дождь, и, впервые с тех пор, как она приехала сюда, Белла вспомнила, почему так сильно любила Вашингтон до обращения. - Пастор готов. Леа коротко кивнула, подошла к своему сыну и взяла его под руку. Оглядываться она не стала.

***

Церемония была скромной, как Чарли и захотел бы. Белла едва могла стоять на ногах, когда около десяти гостей выстроились в линию на влажной траве. Леа не потрудилась поставить стулья. Чарли, при всех своих опасениях и жалобах на погоду, был приземлённым человеком. И когда все говорили свои последние прощания, они становились одним целым с тем миром, который он так любил. В то время как гроб её отца опускали в яму, Белла невольно начала дрожать. Возможной, внутри неё осталось что-то человеческое. Слова пастора эхом отдавались в её голове, когда она бросила на гроб белую розу. «И отрет Бог всякую слезу с очей их, и смерти не будет уже; ни плача, ни вопля, ни болезни уже не будет, ибо прежнее прошло». Солнце выглянуло из-за тёмных туч, и она была уверена, что люди обратят внимание на то, как она блестит от солнечного света, но в тот момент ей было всё равно. «Прощай, Чарли». Она посмотрела на Лею и её сына, сына Джейкоба, последний раз, прежде чем опуститься на мокрую землю, в первый раз за долгие двадцать три года желая по-настоящему заплакать.