Головоломка.

— И где тебя носило эту неделю, чудовище блохастое?! — Кридер, прихрамывая на левую ногу, подхватила кота за шкирку. — Я… Я это… Ну… — Ну?! — Испугался я, — Жерар пытался лапой прикрыть глаза. — Извини, — он недовольно буркнул и попытался вывернуться. — А раньше нельзя было этого сказать? — девушка фыркнула и опрокинула кота на кровать. — Нам нужно поговорить о твоих непосредственных действиях в тех ситуациях, где ты всё ещё кот. — То есть днём, да? Но ведь не факт, что… — Не перебивай, а? Сейчас правда не до разговоров. Нам нужно продумать что мы будем делать. Точнее, что будешь делать ты, мелочь, когда Адская псина будет тебя рвать на части своими белоснежными клыками. Не щурься так, мне хочется дать тебе очки, — Яри потянулась, недовольно поморщившись, когда правая рука глухо заныла и её начало сводить. Тренировки начались рановато. Так даже Дреер сказал. — Слушай, а что у тебя с Хартфелией? — Ничего. Спим вместе. На кровати, не веселись. На полу неудобно. — Она знает? — Я тупой, что ли? Конечно нет. «А по-моему точно тупой» — Кридер сжала зубы и старалась не завыть, когда волна боли снова прокатилась вдоль руки. — Эй, что с тобой? Ты побледнела резко, — кот повёл хвостом и приблизился к девушке. Она молчала, казалось, в образовавшейся тишине, скрип её зубов сводил с ума. — Со мной… Всё… Хорошо… — шипение тихо сорвалось с губ, но в безмолвии слабый звук бил по перепонкам и казалось, что они вот-вот могут лопнуть. Вдруг, магичка шумно выдохнула и прикрыла глаза. — Что с тобой? — Жерар запрыгнул к ней на колени и потёрся о живот, принимая ласки подруги в виде приятных поглаживаний за ухом. Яри опять помотала головой и о чём-то глубоко задумалась. На самом деле она звала. Ферлиха. Хотя знала, что он не придёт. Он не появлялся уже около той злополучной недели, в которую затянуло и Жерара. Это бесило, потому что эта тварь привязала её к себе! Не насильно, конечно. Она сама виновата. Но он даже ничего не сказал! На следующее утро после их последний встречи она больше не чувствовала приятной тяжести его руки у себя на талии ночью, а утром нашла синюю розу у себя на подушке и серебряную цепочку, теребить которую в раздумьях, стало уже привычкой. — Я же сказала. Всё нормально, мелочь. Что ж, думаю нужно начать твой инструктаж. *** — Зна-а-аешь, Плуто-о-ос-с… Ты умне-е-ее чем ка-а-ажешься-я, — глаза исчезли в темноте комнаты, а тихий смех Госпожи вмиг разлетелся по залу и, оттолкнувшись от стен обратно, ударил по демонам. — Хо-о-очеш-шь прибли-и-изить сво-о-ой бо-о-ой. Исче-е-езнуть хо-о-очеш-шь. Я отпущу-у. Потому что-о вы ни на что-о не спосо-о-обны! — если бы это был дождливый день, то сейчас бы непременно должна была сверкнуть молния, озарив испуганные лица притихших дьяволов, а гром звонко раздастся где-то сверху. Прямо над головами. — С-спасибо, Госпожа… — Но-о… Это буде-е-ет еди-и-инственны-ы-ый слу-у-учай. Запо-о-омните-е. Больше-е никому-у не разрешу-у отходи-и-ить от пла-а-ана. *** — Цербер не может так появляться. Для его возвращения характерны землетрясения. Но не ураганы. Он земельное существо. Под его властью только земля, — Яри мельтешила по тихой сегодня гильдии и рассуждала. — Тогда кто же это может быть? — Нацу, дорогой, заткнись, ты своё уже выполнил, так что иди лучше полежи. Ты забыл, что у тебя сотрясение мозга? — Кридер недовольно поморщилась. Этот парень, хоть и был, в некоторых моментах, очень сдержан, но так и оставался не исправимым позитивом, который, несомненно, раздражал в данной ситуации, а его улыбка немного приводила в бешенство. — А я вот помню, так что марш в лазарет и чтоб ноги твоей здесь не было до завтра. Эльза! — Алая вздрогнула и подняла непонимающий взгляд на чёрноглазую. Видимо, она всё это время витала где-то далеко. — Эльза, — более сдержано, — Проследи, пожалуйста, за Драгнилом, — более плавно, как детям. — Прошу тебя, — мягче. Девушка повела плечами и кивнула. Не говоря ничего и даже не смотря в сторону Нацу, она схватила его за здоровую руку и потащила на второй этаж. Он, как не странно, не сопротивлялся. — Так всё же, кто это может быть, Яри? — Люси аккуратно, не повышая голоса с шепота подошла ближе, обнимая Жерара. — Либо Фури, либо Плутос. Наверное, последний. Он достаточно труслив. Но при любых обстоятельствах нам нужно найти палачей. — И кто это… — толпа загалдела. — Если вы не заткнётесь, я не узнаю! — Кридер рявкнула и в её руках материализовался клинок, который со свистом пролетел над толпой и успешно пробил стену. Дыхание участилось, а глаза начали белеть. Гильдия утихла и теперь напряженно следила за девушкой. — Мне нужен тот, кто слил всё хорошее. Такой некий идиот, который по своей воле допустил ошибку, которой могло бы и не быть. Я бы подумала на Дреера, но у него всё хорошо и, тем более, он был первым. Так что думаем. Люди начали усиленно что-то объяснять и искать кого-то глазами. — Эй, Грей, про тебя говорят, придурок, — толпа положительно заулюлюкала. — Предположим, — парень спрыгнул с высокого стула барной стойки. — Ты ведь знаешь уже всё, да? — Яримелин прищурилась и довольно ухмыльнулась. — Типа того. Только что мне нужно сделать, а, Яри? — Убить. — У всех были какие-то задания. Что предстоит мне? — Этого никто не знает, Грей, так что лучше соберись и жди. Он появится. Скоро. Может через пару дней. *** — Я-яри… — знакомый голос тихо скользил по коже словно шелк. — Где ты был всё это время, Змей? Почему не сказал ничего, когда ушёл? — спокойный, размеренный тон держался из последних сил, от чего и получилось слишком… Холодно. Недружелюбно. - Яри-и... - Уже двадцать с лишним лет - Яри, - девушка, до этого разглядовавшая стену резко обернулась и уставилась в темноту, прислушиваясь к рваному дыханию. Что-то вязкое тяжелыми каплями барабанило по паркету где-то там, в темноте. - Что с голосом? - он был слишком хриплый. Она навсегда, наверное, запомнит его голос мягким и шипящим. Но не таким надрывистым. Складовалось впечатление, что он кричал. Слишком громко и долго. - Ничего-о. - Не ври мне! - Я не вру... - Выйди. - Яри-и... Прости... - Я сказала выйди, змеёныш! - Кридер вскочила с кровати и уставилась на вышедшего под свет огромного окна, большого-ребёнка-немного-не-человека. Рубашка, как и брюки была местами порвана, и покрыта кровью немного синеватого оттенка. Яримелин тут же подлетела к нему, аккуратно гладя и водя рукой вдоль ребер, осматривая на значительные внешние повреждения. С правого бока кровь, густыми каплями, стекала по брюкам, медленно оседая на пол. Потрескавшиеся губы растянулись в милой улыбке, волосы растрепались, а глаза... Такие красивые глаза, начали потухать. У него в боку дыра, он пропах кровью, он почти умер и всё ещё улыбается. Улыбается, блять! Яри провела рукой по скуле бледного лица и Фер в удовольствии зажмурился. И снова улыбнулся. ... А потом начал оседать на пол, залитый его же собственной кровью.