Сто поцелуев

Кажется, я очень провинился. Мейбл яростно оглядывала беспорядок на чердаке (в большей степени, чем обычно) и истерично перебирала свою одежду, раскидывая ее и тем самым создавая еще больший хаос. Когда первая стадия под названием «злость» у моей сестры закончилась, а на замену ей пришла другая, она заплакала. Так, что соленые капли ручьями катились по пухлым щечкам, а ручки в кулачках подрагивали то ли от злости, то ли от разочарования. Я поник и собрался присеть на край кровати, как высокий голосок Мейбл прохныкал: — Боже, Диппер! Ну зачем тебе нужны были эти крылатые крысы? — Сестра сползла с кровати на пол и всхлипнула. Я хотел что-нибудь сказать, но единственное, на что сейчас хватало сил - это сделать несколько шагов в сторону Мейбл. Не было смысла объяснять, что сначала я раздобыл хищных котов достаточно внушительных размеров, которые свирепели на голодный желудок, а уж потом... Н-да. Обьяснять это - себе дороже. — Они всю одежду... испортили! — Она взвыла и натянула на себя безразмерный свитер вырвиглазного оттенка. Я покачал головой и присел на корточки рядом с ней. Хотелось успокоить, утешить, обнять и с самым серьезным выражением лица пообещать, что больше никогда-никогда ничто по моей вине ее не расстроит. Но я и сам понимал, что данное обещание было бы полностью слеплено из лжи. Вместо оправданий и пустых фраз я потянулся к ее длинным и безумно мягким волосам, и нежно погладил ее по голове. Сперва Мейбл не отреагировала. Правда, рыдания прекратились, а дыхание практически пришло в порядок, но с места она не сдвинулась ни на дюйм. — Хочешь, схожу и куплю твои любимые Хрусто-Хлопья? — Я постарался улыбнуться. Она медленно повернула ко мне голову, прищурив глаза. — Подкупить меня хочешь, Диппер? Не-а, не получится... Неожиданно для себя самого я уловил в ее голосе, помимо печальных ноток, удивление, приправленное интересом. — Конечно же нет, Мейбл. Я хочу тебя порадовать. — Тогда десять пачек Хрусто-Хлопьев. И ни пачкой меньше! Мейбл окинула меня воодушевленным взглядом. А я согласно кивнул, десять - так десять. — Хотя... Не нужно, — Она провела своим изящным пальчиком по нижней губе, а потом и вовсе зажевала ее, — Сто... — Что? Я, конечно, куплю, но чтобы все спустить на... — Поцелуев. Недоумевая, я пару раз открыл и закрыл рот, не издав ни единного звука. Поцелуи. Сто штук. Собрав картинку воедино, воззорился на Мейбл и тупо переспросил: — Поцелуев? — Ага, — Она сладко улыбнулась, и начала рассматривать свои черные балетки, — Или Диппи до сих пор не...? — Я - да! Ладно. По рукам, — Умеет же бить по больному, собака. Мейбл глупо рассмеялась, а я мысленно выругался и подумал о том, что же делать в ближайшие дни... *** Со следующей недели в Грэвити Фоллс начинался конкретный приток туристов, который в дальнейшем увеличивался в геометрической прогрессии. Дядя Стэн вывалил на меня кучу обязанностей, начиная с того, что с утра я подметал двор, днем помогал Венди работать за стойкой (которая раз-два в час сбегала к своим друзьям), а вечером латал сломанные и просто обломленные горе-экспонаты. Целый день я не встречался с Мейбл, будто бы та целенаправленно пряталась. А когда под вечер мы пересеклись, я схватил ее за локоть быстрее, чем придумал причину этого поступка. — Мейбл, ты- — Я отпустил ее и с глупым лицом почесал макушку, — Целый день тебя не видел. — Диппер, я гуля-а-ала. С Джоном, который-еще-не-уехал-и-поэтому-мы-вновь-встретились-он-же-красавчик, — В привычной манере проглатывая половину слов, пропищала сестра. Мейбл поймала мой взгляд и нахмурила бровки, — я же говорила тебе! — Да-да, я помню... — Соврал я и переступил с ноги на ногу, — с Джоном... Понятно. Образовалась тишина, разрываемая звуками работающего телевизора из соседней комнаты. Сестра поджала губы и немигающим взглядом уставилась на стену. Меня подмывало спросить о вчерашнем, убедиться в том, что все в силе или, наоборот, услышать опровержение этого. Я коротко вздохнул и вновь зарылся рукой в ее волосы, поглаживая и изредка задевая ободок. Ладно. — Эй, Мейбл, посмотри на меня, — Она подняла на меня свои ореховые глаза и сглотнула, ожидая дальнейших действий. Я вздрогнул всем телом и поддался вперед, целуя сестру в лоб, — Первый пошел. Мейбл хищно улыбнулась, оголяя зубки с брекетами, и достала из заднего кармана юбки черный фломастер. Через пару секунд на моей руке появилась небрежная черта. — Считай, Диппи, — Мейбл покружилась вокруг своей оси и направилась к лестнице, прокричав напоследок через плечо, — Я все еще обижена. *** Стеснение одолевало меня еще не день и не два. Каждый раз, завидев Мейбл, я заметно нервничал и неохотно поддерживал очередной не особо информативный разговор. Она надувала губы, скрещивала руки на груди и пыхтела от злости. А я увиливал, потому что не мог признаться себе в возможной симпатии. Увиливал до тех пор, пока не понял, что поступаю так же глупо, как когда-то поступал по отношению к Венди. Следующим утром я вновь встал раньше сестры, собираясь на навязанную Стэнфордом работу. Покидая комнату, решился-таки и подарил Мейбл ласковый поцелуй в щеку. Она сонно разлепила глазки и выпустила из рук плюшевую игрушку, недоуменно рассматривая меня. — С добрым утром, Мейбл, — Промямлил я и быстрым шагом прошел к лестнице. Два. *** Вечером следующего дня я встретился с Мейбл, выходящей из ванной комнаты в розовом полотенце. Она приветливо улыбнулась и показала язык, подтягивая полотенце, а я рывком нагнулся и поцеловал ее в висок. Мои губы остались немного влажными от воды, стекающей по ее лицу. Три. *** Работая в паре с Венди и следя за обстановкой в магазинчике, мы частенько разговаривали. О чем-то и в то же время ни о чем. Подшучивали над посетителями, которые с детской наивностью велись на все побрякушки дядюшки Стэна. Топая как слон, в лавку вбежала Мейбл, что-то вереща о приближающейся городской дискотеке. Венди прыснула, а я вышел из-за стойки и незамысловатыми движениями руки привлек внимание сестры. Она, все еще улыбаясь, кивнула в мою сторону. Я сглотнул и сделал пару шагов в ее сторону, быстро подарив сразу два поцелуя - в щеку и нос. Не останавливаясь более одной секунды, вернулся к работе. Венди долгое время молчала, а потом все-таки спросила: — С каких пор вы... ? — Не спрашивай. Пять. Пять черточек на руке размазались и превратились в одно темное пятно. Я стал записывать в блокнот. *** Пару-тройку дней я толком не разговаривал с Мейбл. Когда мы встречались, я невесомо целовал ее в макушку, плечо, скулу. Семнадцать. *** В один день дядя Стэн сжалился надо мной и дал отгул, обьяснив это тем, что: «Твоя сестра постоянно достает меня всякими глупостями. Если я хоть еще один день проведу, разговаривая о пушистых свиньях, то точно сойду с ума». «В кои-то веки Венди придется поработать» - подумав об этом, я усмехнулся. Вскоре Мейбл утащила меня на прогулку вместе с Пухлей на опушку леса. Я плелся рядом с сестрой и рассматривал щебень под ногами. Когда мы пришли к месту, Мейбл кинулась собирать чернику. Свин весело хрюкал и наблюдал за своей хозяйкой. Я не притронулся к ней ни разу за всю прогулку. Казалось бы, ничего постыдного в этом нет, но... *** Ночью я резко проснулся от приснившегося кошмара. Кудрявые волосы прилипли ко лбу, а футболка немного намокла. Я медленно сполз с кровати, стараясь особо не шуметь, и прошелся к своему шкафу. Аккуратно стянул одной рукой футболку и кинул ее на пол. За спиной послышалось характерное скрипение досок. — Диппер? - Сонным полушепотом меня позвала сестра. Она потирала глаза, свесившись ногами с кровати. — Извини, я тебя разбудил? Неловко поежился, осмотрев свой неподобающий внешний вид, и начал активнее искать подходящую одежду. Наконец зацепив майку рукой, вытянул ее из шкафа и быстро накинул на себя. — А как ты думаешь? — Мейбл хихикнула. Я улыбнулся и шутливо закатил глаза. — Извини, — Я возвратился в кровать и повернулся в сторону сестры, — Больше шуметь не буду. Мейбл не ответила. Не ответила и тогда, когда я неловко пожелал ей спокойной ночи. — Диппер, — Спустя какое-то время она подала голос. Я сквозь сон промычал и приоткрыл один глаз, — можно я лягу к тебе? Сердце екнуло, сон испарился. А я, не находя слов, утвердительно кивнул. Под тяжестью моя кровать скрипнула и чуть прогнулась, а я почувствовал тепло ее рук и холод ее худых ножек. Мейбл легла лицом ко мне, будто бы могла увидеть что-нибудь больше, чем просто размытые очертания в темноте. Ее мягкие волосы заструились по щекам, плечам и даже коснулись моих пальцев. Не раздумывая ни о чем, я погладил ее по щеке, убирая мешающую прядь большим пальцем. В тот момент мне хотелось одного - сказать ей, что она мне дорога. Произнести вслух то, что очевидно обоим. Но сделал я нечто другое. Прикрыв глаза, невесомо коснулся ее губ своими. Мейбл сперва не отвечала, и я успел десять раз пожалеть о своем порыве. А когда я почувствовал, что она начала мне отвечать, одной рукой приобнял ее за талию. Восемнадцать. *** Когда за нами с Мейбл гналась гигантская семилапая ящерица, я поцеловал ее множество раз. Мы прятались в пещере под корнями большого дерева и дрожали от страха. Я нервно листал третий Дневник и пытался найти выход из ситуации; а Мейбл стучала зубами и килограммами закидывала себе в рот жевательные конфеты, приговаривая: «Сладенькие, не волнуйтесь! Диппер нам поможет». Сам же я, конечно, только больше напрягался от ее слов. — Вот оно! Ящер-убийца с семью лапами, — Я начал зачитывать, временами делая паузы и обдумывая, — питается... Не то. Благоприятные условия для содержания... Что?! Нет, не то! Так... Избавиться от... Оно, Мейбл! Избавиться от ящера вам поможет счастье. Испытайте восторг или состояние, приближенное к счастью, и ящер перестанет вас ощущать. Я упал лицом в книгу, понимая, что сейчас ничто не заставит меня быть счастливым. Сейчас! В такой ситуации! Мейбл что-то пробубнила себе под нос. Я не обратил внимание и только натянул кепку пониже, собираясь просидеть тут оставшийся день. Но моим планам не суждено было сбыться, потому что сестра схватила меня за локоть и потянула наружу. Я не сопротивлялся, но насторожился. — Поцелуй меня. — Что? Мейбл, не время... — Я попятился, услышав знакомое дребезжание земли. — Глупый Диппер, глупый! — Она раздраженно закатила глаза и схватила меня за ворот жилетки, — Быстрее же! Я внутренне ругался на свою беспечность, когда за спиной послышалось шуршание веток, а я мягко притянул к себе свою сестру и прикоснулся своими губами к ее. Мейбл медленно обвила своими ручками мою шею и притянула чуть ближе к себе. Волнение, связанное с опасностью, прошло в ту же секунду, когда она неловко приоткрыла мои губы язычком и углубила поцелуй. Осознав ситуацию, я взял ее в свои руки и ответил с еще большим энтузиазмом. Долгое время мы боролись за преобладание, позабыв о стыде и навязанных правилах. Я кусался, посасывал ее нижнюю губу и вновь возвращался к горячему язычку, обвивая его и лаская своим. Мы останавливались, переводили дыхание. Долго-долго всматривались в глаза друг друга, пытаясь найти ответ на общий вопрос. И вновь целовались, в основном грубо, порою нежно, еще реже - невесомо. По пути домой я отважился заговорить. — Мейбл, я немного сбился со счету... — Честно сказал я, почесывая затылок. Лицо приобрело розоватый оттенок, — Ты не знаешь, сколько раз я тебя... целовал? — Дурачок, я не считаю, — Она посмеялась, но я почувствовал нотки смущения. — Тогда давай сочтемся на пяти, — Я заглянул в ее ореховые глаза и тут же сердце пустилось в пляс, — хотя я уверен, что их было больше... Пять, да? — Меня устраивает. Двадцать три черточки в тетради. *** Я старался не целовать Мейбл на людях. Мне бы не хотелось лишнего внимания к двум подросткам, которые запутались в себе. Да, Диппер, именно так ты и оправдываешься перед самим собой. С утра я целовал ее в щеку или в лоб. Так, как целуют родителей, друзей или других членов семьи. Днем я убегал от обязанностей, навязанных Стэном, и ловил Мейбл у ванной или чулана, куда в следующую секунду утаскивал и целовал. Порою катушка слетала, и мы целовались до боли в позвоночнике или шее, которая находилась под углом. У Мейбл после поцелуев всегда были покрасневшие и чуть припухшие губы. И я делал над собой нечеловеческие усилия, чтобы оставить ее и вернуться к работе. Тридцать семь. *** Однажды, когда я стоял за кассой, а Венди сбежала к своим друзьям, в магазинчик зашел молодой человек. «Очередной турист» — на секунду задумался я. Вслед за ним, по-дурацки ухмылялась и хихикая, влетела моя сестра. Она флиртовала как могла, о чем-то спрашивая, приправляла свой рассказ двусмысленными жестами и мило улыбаясь. С полоборота я закипел и выбежал из-за стойки, хватая сестру и таща ее в гостиную. Пропустил мимо ушей замечания, которые сыпались из нее как конфеты из банки. Пропустил и то, как Мейбл толкнула меня в плечо, собираясь вернуться в магазинчик. Я развернул ее за плечи к себе и нежно поцеловал в уголок губ. Стальная хватка сестры на моей руке ослабла, и я приступил к главному. Зарываясь руками в ее шелковые волосы, притянул к себе и впился поцелуем в столь желанные губы. Мейбл в секунду подхватила настрой и прижалась ко мне вплотную. — Значит, все еще засматриваешься на каждого парня? — Прошептал ей в губы. Пятьдесят один. — Все еще засматриваюсь на симпатичных, — Мейбл сделала акцент на последнем слове, — парней. Это нормально! — Да, ты права. Вполне. Пятьдесят два, пятьдесят три, пятьдесят четыре, пятьдесят пять. *** В ближайшие две недели у нас были редкие, короткие и едва ли чувственные поцелуи. Мне хотелось сбиться со счета. Я понял, что попал. Понял, потому что даже легкое соприкосновение моих губ с ее кожей заставляло душу уходить в пятки, сердце же уходило в пляс. Сознание перебирало варианты выхода из этой ситуации. Семьдесят три. *** В тот вечер я оделся с иголочки и долгое время рассматривал себя в большом зеркале. Сама идея провести поздний вечер в компании незнакомых людей не воодушевляла, и даже удручала. Мейбл что-то долго и упорно верещала по поводу дискотеки, и под ее напором я согласился. Пару лишних часов наблюдать за тем, как сестра веселится с подругами, а чуть позже танцует с едва знакомыми парнями медленный танец. Дискотека проходила на площади под небольшим навесом. Я попивал пунш и думал о своем: о дневниках, о секретах дядюшки Стэна и даже о том, как Мейбл стирает все свои цветастые свитера по отдельности... Мои раздумья прервала поработительница большей половины моих мыслей - Мейбл. Она, облаченная в желтое пышное платье и розовые балетки, улыбалась как кошка. Я вопросительно поднял одну бровь. — Давай потанцуем, — Мейбл кокетливо завела руки за спину, — девушки обычно не приглашают парней, но ты у нас индивид и никогда бы не позвал ни одну... ни одну девушку на этом белом- — Ладно, ладно, Мейбл, я понял! — Показушно возвел руки к небу. Обворожительно улыбнувшись, я протянул ей свою ладонь, — Приглашаю на танец. Достаточно галантно? Мейбл шутливо закатила глаза и вложила свою маленькую ручку в мою. Я крепко сжал ее, положив свою руку на ее талию. Пожалуй, танцевали мы долго. Достаточно долго, чтобы каждый смог наступить на ноги другого раз по пять. Я смотрел на свои стоптанные ботинки и понимал, что одалживать обувь больше не буду. — Хорошо, Мейбл, мы пришли сюда, потанцевали, — Я прочистил горло и притянул сестру к себе поближе, чтобы посторонние не могли услышать разговор, — попили пунша, а ты еще и накинулась на сладкое. — Оно, кстати, очень вкусное! Ты полный дурак, если отказываешь себе в таком удовольствии, — Мейбл нахмурилась. Я почувствовал, как появился новый след на моих ботинках. — Я не об этом, — Вздыхая, замедлил темп танца, — стоило ли оно того? — Сладкое - стоило, а вот ты танцуешь явно не очень. Ехидная улыбка озарила лицо сестры, и я придвинулся к ней вплотную, вдыхая запах сладких духов. — Зато целуюсь я достаточно хорошо. — Уверен? Улыбаясь, я кивнул. Придвинулся чуть ближе и поцеловал ее в щеку. И пока она, удивленная, пыталась что-то возразить, накрыл ее губы своими. Нажал большим пальцем на подбородок Мейбл и приоткрыл ее ротик пошире, проникая языком внутрь и сплетаясь с ее. Через какое-то время меня резко отпихнули и одарили то ли непонимающим, то ли полным желания взглядом. Мейбл осторожно посмотрела по сторонам в поисках знакомых лиц и вспыхнула. — Ладно, — Сказала она и пошла к стойке с пуншем. — Ладно? — Я искренне рассмеялся. На самом деле, мне было чертовски стыдно и неуютно. Восемьдесят шесть. *** Тот день был явно не моим. Проблемы начались с самого утра, когда дядя Стэн вспомнил о нас с Мейбл в самый неподходящий момент. Оправдаться мы смогли, придумав историю про песчинку в глазу. Днем Венди задала неуместный вопрос по поводу происходящего на дискотеке. И я долгое время пытался откашляться, потому что подавился слюнями. А вечером, после тяжелого и изнурительного дня, в комнате на чердаке меня с разговором ждала Мейбл. Я прошелся к своей кровати и сел на нее. Она присоединилась ко мне, облокачиваясь и кладя свою голову на мое плечо. — Диппер. — М-м? — Успокаивая сердцебиение, я старался сосредоточиться на пушистых облаках за окном. Получалось очень плохо. — Что происходит? — Она повернула голову ко мне, выдыхая прямо в шею, — С нами. — Ну, мы брат с сестрой, которые целуются, — Я прочистил горло, — по-взрослому. Она изловила мою руку и прижала к своей груди. У меня во рту тут же пересохло. — Если бы ты умел целоваться, — Мейбл на секунду скривилась, а потом грустно продолжила, — Не только это... — Чувства вырвались наружу. Ночью я целовал ее чертовски много. И чертовски долго. Девяносто девять. *** Я ужаснулся, когда подсчитал количество черточек. Оставался один-единственный поцелуй. Будто бы пытаясь забыть об этом, я спрятал блокнот в тумбочку. Мне не хотелось, чтобы мое счастье могла отнять черта, небрежно нарисованная в тетрадке. В этот день я даже не пытался поцеловать Мейбл. Да, вскользь касался ее рук своими, ласково приобнимал, гладил по щеке. Но не целовал. И в следующий. И через два дня тоже. Мейбл заметно недоумевала от моего поведения, но старалась не подавать виду. Все так же нелепо себя вела и возилась с Пухлей. *** После недельного воздержания она таки решила эту поднять тему. Мы находились в гостиной и сидели перед телевизором с полностью наполненным блюдцем попкорна. — Ты перестал меня целовать, — Я подавился. Мейбл облокотилась на спинку дивана и перебирала тонкими пальчиками свои волосы, — А я все еще обижена. Врет. Определенно, врет. — Решил сделать перерыв, — Неохотно сказал я, пожав плечами, — вдруг тебе... надоело. — Или тебе, — Она повернула голову в мою сторону и показала язык. — Или тебе, — С нажимом сказал я и убрал чашу попкорна, — Какая же ты язва. — Я?! Ну держись, — Она накинулась на меня и повалила спиной на диван, а сама уселась сверху. Ее длиннющие волосы попали ко мне в рот, и я долго убирал их, — Готовься быть свергнутым, Диппер-Шмиппер! Я рассмеялся и прикрыл глаза, потому что свет от лампы нещадно слепил. На своих губах я почувствовал чужие. — Это сотый, верно? — От прежнего веселья не осталось и следа, — И я до сих пор обижена. А сейчас еще и злюсь. Так что с тебя... — Мейбл, постой, — Я улыбнулся про себя. Мейбл считала. — Тысяча поцелуев! Нет, десять тысяч! — Мейбл, — Я погладил ее по щеке, привлекая внимание, — Мне не нужны никакие договоренности, понимаешь? Я готов целовать тебя столько, сколько угодно. Она надула щеки и вновь прильнула к моим губам. В этот раз я сообразил быстрее и с трепетной осторожностью ответил. — Довелось же язву такую полюбить! Сотый поцелуй не был последним.