Невесты Смерти: Песнь черных роз

Машина, в неверном свете осенних сумерек, отъехала от главных металлических ворот особняка и скрылась на трассе. Наташа, осторожно выглядывающая из-за темно-зеленой парчовой шторы, довольно усмехнулась. А как удачно всё складывается, однако! Девушка отошла в тень комнаты и шмыгнула к двери, подхватив кожаную курточку, шарф и спортивный рюкзак с кресла. Теперь главное ни на кого не наткнуться! Но, словно по волшебству, всё прошло невероятно гладко и вскоре никем не замеченная девчонка уже быстрым шагом пересекала подъездную площадку перед особняком. Железные ворота отозвались на прикосновение тихим, мелодичным скрипом. Ух, а на улице к вечеру похолодало! У девушки даже пар изо рта идёт. Наташа обмотала голову шарфом, спрятав под ним макушку и подбородок, и, склонив голову, направилась прочь от обиталища Сакамаки. Шу говорил, вроде, что дом Харухи Изухо находится немного дальше их особняка... Вот туда-то девушка и направлялась. Без понятия, что ею сейчас руководствовало, — она и сама не понимала. Ну, даже мама в детстве говорила, что дочка у неё та ещё авантюристка. Возможно, причина в этом. Хотя какие неприятности могут случиться от простой прогулки к старому, заброшенном домику с покосившимися заборами и искривленными металлическими оградками на клумбах с бурьянами, хотя раньше там и были цветы?.. Нуу... Смотря, как искать. Но искать ничего Наташа не собиралась. Просто надеялась раздобыть в доме хоть какие-то обрывки сведений об этой девочке. Как оказалось, дом находился в сорока минутах ходьбы от особняка Сакамаки. От лишних любопытных глаз его скрывал покосившийся серый забор, а так же разросшийся до габаритов джунглей, заброшенный сад. Девушка тихонько отворила калитку. Проржавевшее железо легко поддалось и она оказалась во внутреннем дворике. Разрушенные детские качели, заброшенный огромный фонтан, на котором можно было и на коньках кататься... Правда, сейчас он уже наполовину развалился, забыв о своём былом величии. Сам дом возвышался мрачной громадиной. Крыша его, с правой стороны, покосилась и местами обвалилась. Окна были разбиты, рамы притягивали взгляд торчащими опасными осколками и тьмой внутри. Облакотившись ладонью о более-менее безопасное место рамы, Наташа перемахнула через окно. Ноги неприятно спружинили о размякшие от сырости доски пола. Девушка покачнулась и лишь чудом избежала громогласного падения на пол. «Хотите увидеть пьяного на ходулях — посмотрите, как я спотыкаюсь на ровном месте!» — мысленно укорила она сама себя. Да уж. Вот что касается таких вот ситуаций — лучше её не трогать! Грохнуться, где попало — уже призвание. В доме было еще темнее, чем выглядело снаружи. Все тонуло в такой вязкой полутьме, что, казалось, в ней можно утонуть. По полу были разбросаны перевёрнутые стулья, изломаные на дрова кресла, перевёрнутые и блестящие осколками разбитых зеркал, трельяжи. Да тут словно племя бусурманов побывало! Хотя... Сколько воровских набегов этот дом успел перетерпеть с тех пор, как хозяева покинули его? Явно не один. Ведь тут было, что воровать. Особенно, если учесть, что обитатели оставили всё на своих местах. Оглядываясь и размышляя, Наташа обошла все комнаты первого этажа и остановилась в гостиной. На полу, среди осколков стекла, грязи и древесины, валялась деревянная рамка с разбитым стеклом. Девушка подняла её и принялась рассматривать. Выходит, Шу не соврал. Они и вправду тут жили... На фотографии та же девочка и мальчик рядом с ней... Точно брат-близнец! А семья-то выглядит мило и счастливо. Неужели... их и вправду убили? Тогда странно, что этот дом не обследовала полиция. Обычно при таких обстоятельствах они выставляют земли, недвижимость и имущество на торги... Или забирают до выяснения дела. Но тут даже ошметков желтых ленточек нет, которыми обычно ограждают место преступления. Такое впечатление, что обитатели просто взяли и исчезли. А воришки и поспешили взяться за дело! Нахальные такие... Такие нахальные, что даже не по боялись гнева призраков. От подобных мыслей Наташе стало и смешно, и страшно. Конечно, верить в призраков было тем ещё бредом, но после того, как в жизни появилось шестеро братьев-вампиров, — один из которых уже успел попробовать и её кровь; чтоб ему кирпич за это на голову упал! — девушка уже просто не знала, во что верить, а во что нет. Она поставила рамку на грязную каминную полку и оглянулась. В этот момент со второго этажа раздался небольшой грохот, словно что-то упало, и плачь. Наташа вздрогнула. Эти звуки напомнили какой-то ужастик, но... она была уверена, что это не воображение, а реальность. Наверху и вправду кто-то плакал! Подсвечивая себе телефоном, девушка принялась осторожно подниматься по лестнице, пытаясь не провалиться в сгнившие от сырости и обвалившиеся ступени. Плачь становился всё ближе. Кажется, в этой комнате... Наташа приоткрыла дверь и замерла, не в силах поверить своим глазам. На полу сидела маленькая девочка, не старше семи лет, и плакала, обхватив колени. Рядом с её ногами валялась разбитая шкатулка с балеринкой, из которой все ещё доносился звонкий перестук барабанчика. Не смотря на не самую теплую погоду и даже на то, что в доме было, как на улице, девочка была одета в лёгкое синее платьице. — Эй, ты чего? — Наташа опустилась перед девочкой на колени и погладила по голове. — Не плачь. Что ты здесь делаешь? — Ш... Шкатулка... — выдавила малышка, всхлипывая, и указала пальчиком на поломаную круглую коробочку. — Не волнуйся. Её можно починить. — Наташа улыбнулась, пытаясь не выдать плохого предчувствия, навязчиво копошащегося у неё в груди. — Это твоя? — У... угу. — Девочка принялась тереть глаза кулачками. Чёрная челка длинных волос при этом навязчиво лезла ей на нос. Да уж. Эта шкатулка выглядела слишком новой по сравнению со всеми вещами, сохранившимися в этой комнате. Девушка оглянулась и поняла, что раньше это было чем-то вроде детской. Тут даже остался детский комодик с зеркалом. Правда, от времени отражающая поверхность сильно потемнела. — Ты здесь одна? — как бы между делом спросила Наташа, пытаясь расставить отломанные шестеренки шкатулки по своим местам. — Нет... Мама на крыше, — вдруг уже совсем спокойно отозвалась девочка. От непревычного для маленького ребёнка холода в голосе, Наташа вздрогнула, но тут же отогнала глупые мысли и поставила на верхушку шкатулки балеринку. Ключик провернулся в отверстии и фигурка вновь затанцевала свой размеренный танец. — Держи. У меня в детстве тоже была похожая. Поэтому я смогла починить. Но ты не роняй её больше, ладно? — С... Сестренка!!! — Девочка со счастливым видом кинулась в объятия девушки. Шатенка, на секунду сбитая с толку, обняла её и помогла подняться. — Тебе не холодно в одном платье? Все-таки на улице почти зима. — Н-нет. — Малышка улыбнулась, но с её губ сорвалось облачко пара. Наташа вздохнула, прекратив отряхивать её платье и, сняв свою «кожанку», опустила куртку на плечи девочки: — Простудишься — будет плохо! Малышка низко опустила голову и натянула воротник на нос: — Пахнет персиком... — Ага. Мой любимый шампунь. — Наташа засмеялась и взяла ее за руку. — Пошли искать твою маму. — Угу. В коридоре второго этажа почти все окна были изнутри заколочены досками и измазаны красной краской. От подобного зрелища становилось жутко. Однако, признаться честно, дом был ничуть не беднее особняка Сакамаки, если судить по высоте потолков. Тут один этаж был, как два, или три в простых квартирах! — А... Что твоя мама делает на крыше? — Готовится. — Девочка низко склонила голову, пряча лицо в тёмных прядях распущенных волос. — К чему? — Наташу на секунду охватил шок. К чему можно готовиться на крыше заброшенного дома, когда в этом самом доме бродит твой маленький ребёнок? Да мамаша, походу, из ума выжила! Малышка же из окна вывалится спокойно. Или на стекло наступит... Девушка вдруг заметила, что девочка босая. Вот уж точно родительница сумасшедшая! — Увидишь! — Ребёнок открыто улыбнулся. Улыбка была настолько милой на её личеке, что сложно было не ответить тем же. Девочка повела Наташу через коридор к ходу на чердак. — А через чердак выберемся на крышу. — А ты не слабо тут ориентируешься, — не преминула заметить девушка. — А... Ага. Я тут часто бываю, — отозвалась малышка и вновь опустила голову. Наташе не нравилось её поведение. Какая-то она слишком зажатая и стеснительная... Хотя, с такой мамой, о которой уже сложилось не самое хорошое впечатление, это не удивительно. Девочка быстро провела спутницу через чердак, захламленный старыми детскими игрушками и креслами и отворила дверцу на крышу. Наташа оглянулась. Безжалостный ветер тут же хлестнул девушку по беззащитным рукам, которые не могла защитить блузка с рукавом, доходящим до середины предплечья. Волосы, заплетенные в два низких хвоста, тут же затрепало на порыве. — Я никого не вижу. Ты уверена, что твоя мама здесь? — Шатенка заправила за ухо выбившуюся прядку и наклонилась к девочке. — Она здесь. Смотри-смотри! — Малышка с веселым смехом указала на парапет крыши. В тот же момент, словно из воздуха, появилась фигура женщины с растрепанными чёрными волосами по плечи. На ней было длинное тёмно-фиолетовое платье, в котором незнакомка путалась и чуть не падала, пытаясь от кого-то убежать. Наташа расширившимися глазами смотрела на эту картину, ожидая увидеть какого-то маньяка, преследовавшего женщину и, схватив малышку, кинуться прочь с крыши, но... Незнакомка ни от кого не убегала. Просто, полным ужаса взглядом, то и дело поглядывала назад, как сумасшедшая, и подбирала длинную юбку, мешавшую ей бежать. Женщина с криком нечеловеческого страха кинулась к парапету и... сиганула вниз!!! Наташа мигом кинулась туда и перевесилась через бортик, ожидая увидеть на земле или на заборе кровавое пятно и ошметки внутренностей, однако ничего подобного не заметила. Может, она упала дальше? Девушка в ужасе от увиденного осела на землю. — Ищешь кого-то? — раздался смех за спиной. Девчонка обернулась. Малышка стояла в нескольких метрах от неё, посреди крыши и прижимала к груди шкатулку с балеринкой. Холодный ветер трепал полы её синего платьица, кожаную куртку на плечах и длинные волосы. Лицо искажала дикая для ребёнка усмешка, больше похожая на гримассу. — Т-ты... Твоя мама... — Наташа вообще ничего не понимала. Разве ребёнок в такой ситуации может вот так улыбаться? — Не волнуйся. Она постоянно так делает... — Малышка хихикнула и склонила голову к плечу. — Когда видит меня. — Что?! — Сестренка, ты очень милая. Поэтому я не буду сильно тебя мучить. В благодарность за то, что ты починила шкатулку... Её мелодия усмиряет во мне монстра. — Девочка повернула ключик. По всей крыше разлилась мелодия балеринки. — Ты кто вообще такая? — Наташа медленно поднялась на ноги. Происходящее казалось бредом. — У таких, как я, нет имён. — Подожди... Ты Харуха Изухо? — Даа... Кажется, так меня звали при жизни. — Ты призрак?! — Глаза Наташи распахнулись до предела. Вот те на! Недавно рассуждала о том, что верить в них — идиотизм, а теперь стоит и мило беседует с одним из них. Вот так тебе поворот! — Нет. Призрак звучит слишком гордо. Я всего лишь отголосок времени. Полузабытое воспоминание. Всех, кого я когда-либо убила, я могу воскресить в любой момент и смотреть на их смерть раз за разом. Это очень... занимательное зрелище. Наташа попятилась, но шагнула на парапет крыши и остановилась. Бежать было некуда. — Извини, сестренка. Но тебе не следовало сюда приходить. — Малышка хищно оскалилась. В этой звериной усмешке её милое личико мигом изменилось. Щеки будто разрезали до предела ножом и теперь были видны все-все острые, треугольные зубы. Глаза мигом заполнил алый туман и кроме него больше ничего не осталось. Ногти на маленьких пальчиках удлинились и стали похожи на когти ястреба. — Не бойся. Я убью тебя быстро! Все, что осталось от недавнего ребёнка, это дикое и безумное существо, кинулось на девушку и та поспешила отскочить в сторону. — Ты что творишь?! На кой чёрт всех четвертовать? — Это же весело! — Призрак расхохотался. — Стой смирно! — Не дождешься!! Девушка вновь ринулась в сторону, но «ребенок» оказался проворнее и выставил длиннющие когти в сторону. Чтоб не налететь на них, пришлось радостно поприветствовать бетонное покрытие крыши и перекувыркнуться пару раз. Наташа застонала. Черт, теперь точно синяки будут! Призрак усмехнулся. — Ну ладно. Если ты такая упрямая... Девочка поставила шкатулку на землю и закрутила ключ в обратную сторону. Из шкатулки, вместо привычной спокойной мелодии, вырвался ультразвуковой скрежет, от которого мигом заболели перепонки. Наташа зажала уши и вскочила на ноги, но в глазах резко потемнело. Из носа пошла кровь. — Как же вы, люди, восприимчивы к подобной ерунде! — расхохоталась Харуха, вскинув голову к пепельному небу. Наташа пошатнулась. Руки то стирали кровь с лица, то пытались вновь зажать уши. — Тошнит от этого звука, верно? — Призрак вновь оскалился. — И стоило так долго меня отвлекать? Никто из намеченных мною жертв ещё не выжил! Харуха резко кинулась на девушку и, оцарапав когтями скулу, скинула жертву с парапета. Наташа широко распахнула глаза. Тело резко пронзило холодной волной ужаса, а в груди ёкнуло предсмертном адреналином. Харуха, стоящая на парапете, всё отдалялась. Девушка вскинула руку, от ужаса схватившись лишь за воздух и стремительно рухнула вниз. Раздался хруст. .....Лицо Харухи исказилось сумасшедшей яростью, от дикого крика, разнесшегося по округе, с деревьев с диким карканьем взмыла стая воронов. — ЧЕРТОВ ВАМПИИИР!!!! ВСЁ РАВНО УБЬЮ! ВСЁ РАВНО УБЬЮ!! Я ВСЁ РАВНО УБЬЮ ЕЁ!!!!! — Ага. Только посмей, жалкое воспоминание, — тихо и равнодушно раздалось в ответ. Харуха замерла. Парень поднялся с колен, держа на руках бессознательную девушку. Поток ветра хлестнул его золотистые волосы. — Чёрт. Ты точно инопланетное существо. Пойти в такое место в одиночку... Дура. Наташа на руках Шу застонала. Видимо, даже в бессознательном состоянии ей виделось что-то не очень хорошее, после пережитого...