Чем опасен лимонад на ноутбуке

Как же сложно собраться с мыслями, когда кто-то над ухом чавкает. ― Айзек, ты можешь не так энергично жевать? ― уже раздраженно спрашивает Стилински, оборачиваясь к парню. ― Между прочим, это наша общая работа, а ты ничего не делаешь, — мрачно глянув на напарника по лабораторной, подросток вернулся к монитору и продолжил стучать по клавишам, усердно набирая какой-то текст. ― Я знаю, что это наш проект. Но я проголодался и не могу думать на пустой желудок, ― Лейхи ухмыльнулся и засунул целиком половину сэндвича себе в рот. ― Проголодался? Да ты издеваешься, зверюга блохастая! Ты ешь пятый сэндвич за час. Куда оно в тебя лезет? У тебя что там ― вместо желудка Нарния? ― Мефду профем, у наф ефе ефть фремя, ― Айзек, продолжая активно работать челюстями, наклонился к Стайлзу и продолжил. ― Ты сделал ошибку. ― Если бы кто-то не чавкал, громко не листал журналы и не хихикал с каждой смс, которая ему приходит от Скотта, то было бы всё просто замечательно! ― Стилински вскочил, махнув руками. Все бумаги полетели вниз, вслед за ними и миска с едой, а на ноутбук перевернулась чашка лимонада. В комнате повисла тишина. ― Мой ноут... ― еле слышно сказал Стайлз. ― Моя еда... ― огорчился Лейхи. После часа уборки парни уселись на полу. Что делать дальше ― никто не представлял. За все это время они не обмолвились ни словом, ибо каждый понимал, что это вина обоих. Так они и сидели, пока Айзеку не пришло очередное сообщение. «Приходи на опушку леса в восемь. Возьми спрей от комаров. Будет жарко. Скотт». Лейхи расплылся в идиотской улыбке. Скотт явно что-то задумал, и ему это нравилось. ― Стайлз, я это… мне нужно... ― замялся Лейхи, не зная, как сказать. ― Да вали ты уже к своему альфе. От жужжания твоего телефона мне становится тошно. И хватит улыбаться, словно ты купил платьице мечты. Кыш отсюда! ― с обреченным лицом Стилински поднялся и открыл дверь, чтобы выпроводить Лейхи. Он обернулся, но парня в комнате уже не было, а в окне торчала нога, которая зацепилась за подоконник. Стилински шлепнул себя по лицу ладонью и застонал. ― О, мой бог! Айзек! Да что же ты за волк-то такой? Белка-неудачница ты, а не волк, ― Стайлз помог выбраться застрявшему волчонку. ― Зверей там не распугайте. А то начнут заикаться от вашего рычания. *** Стайлз упорно стучал кулаком в дверь. От скуки и того, что все разбежались, он ломился в лофт. Как и обычно, хмурая небритая рожа появилась в проеме, как только дверь все-таки распахнулась. ― Чего тебе? ― угрюмо вопросил Дерек, почему-то совершенно не обрадовавшийся тому, кто стоял на пороге. ― Мы с Айзеком делали работу по биологии. Он громко чавкал, и я не мог сосредоточиться, потом я разозлился… ― Я не просил рассказывать, что было в прошлых сериях, – буркнул Хейл, перебивая этот поток слов. – По делу говори. ― Мне нужен твой ноут, – от удивления Стилински захлопал глазами. ― Вот. Можешь, когда хочешь, - Дерек отступил в сторону и пропустил парня. – Предупреждаю сразу: делай свою работу, а меня не трогай. ― Может, мы хоть косички друг другу заплетем? – заухмылялся Стайлз. – Или сделаем маникюр? В ответ прозвучало гулкое рычание. ― Тихо-тихо, волчара, ― Стилински выставил перед собой ладони. – Я всё понял. Ты, как всегда, хмурый, и у тебя, как обычно, нечего есть. Ок. Без проблем. Я молча печатаю, ты… А что делаешь ты? Всё-всё! Не смотри так. Это твой дом, я помню, да. Не надо выпускать клыки. Стайлз сразу принялся за работу. Он быстро восстановил половину написанного доклада. Через полчаса Дерек куда-то ушел, и, значит, лофт оказался в полном его распоряжении. Но что бы такое учудить, чтобы ещё выжить потом? То ли от усталости, то ли от голода, но подростку на ум ничего не пришло. Заказав пиццу и тут же умяв половину, Стилински разместился на огромной кровати. Да, он обшарил лофт вдоль и поперек, и нашел чью-то комнату. Судя по серым стенам, огромному шкафу и царапинам на двери ― это была комната Дерека. Догадаться было не сложно – другой Хейл, который Питер, живет отдельно. Браво, Стилински. Это было гениально! Около полуночи Дерек вернулся домой с пакетом в руках. Он догадывался, что в поисках еды Стилински весь лофт перевернет, поэтому заехал по дороге за съестным. Волк уже собирался дать пинок под зад надоедливому парню, но в гостиной его не нашел. Вместо этого он увидел полнейший беспорядок ― полупустую коробку от пиццы и несколько банок колы. Хейл усмехнулся. Что и стоило ожидать. Поставив пакет на журнальный столик, оборотень принюхался. Даже двойной сыр не мог перебить запах Стайлза. Его волк узнает и из тысячи. Такой приятный… и такой любимый. Как бы непривычно это ни звучало, но это было так. Мальчишка волку был дорог. Идя по следу, Дерек оказался в своей комнате. На кровати в позе звездочки лежал подросток. Волосы взъерошены больше обычного, рубашка лежит на краю, а обувь валяется на полу. От увиденного волк невольно расплылся в улыбке. Сейчас Стайлз не цеплялся к нему с дурацкими вопросами, не говорил без перебоя и не мелькал со скоростью света перед глазами. Он мирно спал, тихо посапывая. Хейл не отдавал отчета тому, что делает. Он тихо лег возле Стилински. Тот перевернулся на бок и оказался спиной к Дереку. Подросток сквозь дрему ощутил теплую руку у себя на талии и от неожиданности распахнул глаза, понимая, что опять встрял. ― Дерек? А я тут просто… Эм-м… Ты же не съешь меня? Не кастрируешь? Руку не откусишь? ― Завтра утром, как раз на завтрак, ― волк прижался к Стайлзу и уткнулся носом ему в затылок. Волосы пахли ванилью и яблоком. Странный выбор для парня, но Дереку понравился этот запах. Именно так пахнет для него Стилински. Подросток не стал возражать. Он улыбнулся от сказанного и снова расслабился. Так приятно оказаться в теплых объятиях человека, который нравится. Пусть он и не совсем человек, но ощущения чертовски приятные. Пролежав так минут пятнадцать, Стайлз повернулся лицом к волку. Он ничего не говорил, а лишь смотрел в его зеленые глаза. И ему казалось, что они излучали тепло, что было удивительно, потому что Дерек всегда словно каменная глыба, но сейчас его взгляд согревал. Он не кричал, не рычал, не пытался убить подростка, как это бывает обычно. И Стайлзу это нравилось. ― В чем подвох, волчара? Ты понял, что нравишься мне? Когда? Почему молчал? И вообще, это странно, что ты сейчас меня обнимаешь. Я думал, тебе нравятся пышногрудые блон… ― волк понял, что это бесполезно, и заткнул парня поцелуем. Это был настоящий, не воображаемый поцелуй! Стайлз не один раз представлял, как целует эту хмурую морду, но не мог поверить, что это свершилось. Незабываемые ощущения. По телу прошла мелкая дрожь. Хейл был настойчивый и не собирался отстранятся. Подростка бросало то в холод, то в жар от манипуляций Дерека. Когда легкие потребовали воздуха они прервали поцелуй. Губы Стайлза пылали и требовали ещё. Оказалось, что волк крепко прижал парня к себе, и его рука уже хозяйничала под футболкой Стилински. Почувствовав легкие прикосновения к спине, подросток улыбнулся. ― Ненавижу тебя, Дерек Хейл. ― Врешь. Знаю, что любишь. Стайлз уткнулся носом в шею волка и спокойно выдохнул. Как же хорошо. Ему не верилось, что это не сон. Мечты сбываются. Но доклад нужно будет дописать. *** Айзек напролом мчался сквозь лесные заросли, предвкушая будущую ночь. В кармане толстовки лежал спрей от комаров, который, если честно, никак не вписывался в представления Лейхи о свиданиях. Фонарь ему не пригодился ― волчьи глаза справлялись чудесно в темноте. Нога только чуток побаливала, ибо подоконник Стайлза оказался на диво твердым и вообще рябиновым. Вылетев на опушку леса, Лейхи осмотрелся. А вдруг его ждет карета, конь и Скотт в белом костюме? Достигнув пункта назначения, волчонок жестоко обломался. Кареты здесь не оказалось. Ни коня, ни Скотта. Обидно. Лейхи задумался, пытаясь понять, откуда в его голове вообще такие нелепые мысли. МакКолл явился спустя пятнадцать минут, в драных джинсах и с двумя корзинками в руках. ― Привет, ― сказал альфа и чмокнул бету в губы. ― Привет, ― расцвел Айзек. Да кому нужен конь, когда есть такой шикарный тигр? В смысле, волк. ― А зачем тебе корзинки в полдвенадцатого ночи? – все-таки уточнил Лейхи, удивленно изогнув бровь и кивая на предметы в руках альфы. ― И для чего спрей? ― Грибы будем собирать, – Скотт заулыбался. Челюсть Айзека упала с грохотом. Волк внутри него повалился на бок, хрюкая от смеха. Вот тебе и на. ― Грибы? Ночью? Ты весь мозг потерял, пока бегал по лесу? ― обалдевший Лейхи уставился на МакКолла. ― Нет. Ночью удобнее. Никто мешать не будет, – радостно ответил Скотт и сунул корзинку в руки беты. Что же… Хотя бы насчет «Будет жарко», альфа не соврал. Айзек перепробовал все позы, пока собирал проклятые грибы под кустами. — Ненавижу тебя. Идиот. Я-то, наивный, думал, что будет романтика, а ему грибы подавай. Зачем вообще этому придурку грибы? Ненавижу, ― злобно бормотал волчонок, разыскивая очередной гриб под деревом. ― Я вообще-то всё слышу! – огрызнулся Скотт. Остаток вечера они не разговаривали. Когда вся трава была истоптана, бедные кусты подверглись нападению, а все звери разбежались кто куда ― дело было сделано. Отдав свою добычу в руки Скотта, Айзек молча направился в сторону города. ― Стой! – крикнул ему вдогонку МакКолл. Он оставил грибы на опушке и догнал Лейхи. ― Что ещё? – обиженно буркнул бета и даже замычал от неожиданности, когда Скотт вцепился в его толстовку руками и притянул к себе. Альфа целовал его словно в первый раз ― страстно, пылко, пытаясь вложить все свои чувства. Айзек недолго сопротивлялся. Он обнял волка и был намерен ещё долго от него не отцепляться.