Why'd You Only Call Me When You're High?

Arctic Monkeys - Why'd You Only Call Me When You're High Сейчас полтретьего утра, а он до сих пор сидит в этом потрепанном баре, в котором настолько редко бывают посетители, что тут рады продать алкоголь даже странному несовершеннолетнему подростку. И кто же сказал, что оборотни не пьянеют? Скотт? Похоже, он пил какое-то неправильное бухло, потому что Лейхи сейчас вообще ни капельки не трезв. - Парень, может тебе уже хватит? - спрашивает бородатый бармен, чуть ли не перегибаясь через стойку, и приподнимает брови в вопросительном жесте. - Я еще не закончил, - бурчит оборотень, опрокидывая в себя очередную стопку какого-то спиртного, название которого уже не имеет для него значения. Он уже даже почти привык к этому ставшему приятным жжению в горле. Хотя, пойло тут все равно отвратное на вкус. Черт, так же и до алкоголизма докатиться недалеко. - Во всяком случае, мы закрываемся. - Тогда дайте мне чего-нибудь с собой, - заплетающимся языком еле произносит Айзек и выуживает из кармана своей кожаной куртки несколько помятых купюр, даже примерно не зная, сколько там. Бармен берет деньги и считает их, видимо, пытаясь прикинуть, что можно продать на такую сумму, а затем достает откуда-то из-под стойки две бутылки, очевидно, самого дешевого спиртного и ставит их перед парнем. - Это конечно не мое дело, но скажи мне вот что: причина, ради которой ты здесь, действительно стоит того, чтобы так портить свой организм? Тут Лейхи задумался. А ведь действительно - чего ради он вообще сюда приперся? Забыться хоть на один вечер (ночь) и уйти от проблем? Может, из-за того что он гребанный оборотень, а завтра полнолуние, и у него чуть ли башка не взрывается? Да из-за чего угодно, но только не из-за чертового Стилински. Нет-нет, он бы не стал напиваться в говно только из-за своей глупой подростковой влюбленности. Хотя, это и влюбленностью-то назвать сложно - это скорее одержимость какая-то, черт возьми. Он одержим его запахом, его несуразными жестами, его дурацкими клетчатыми рубашками, его вечно спутанными волосами. В любом случае, Лейхи лишь встряхивает головой, как бы прогоняя ненужные ему сейчас размышления, пожимает плечами, и, забрав бутылки с алкоголем, уходит, примечая, что у мужчины, заснувшего за одним из столиков довольно-таки привлекательная почти не начатая бутылка с виски. - Эх, молодежь, - устало вздыхает бармен и идет будить того самого мужчину, чтобы закрыть свой бар и отправиться домой с чистой совестью.

***

Айзек и сам не знает, на кой черт он притащился сюда, на этот идиотский обрыв. Почему все постоянно приходят именно сюда? Наверное, потому что отсюда город видно как на ладони. Или же просто тут тихо и спокойно. Внезапно он осознает всю абсурдность происходящего - вот он, пьяный в дребезги оборотень, сидит на идиотском обрыве, подстелив себе под задницу куртку, и размышляющий о смысле жизни. Это уже как-то слишком, учитывая, что так страдать особо и не из-за чего. Лейхи усмехается и ищет свой телефон. Действительно, если уж и быть идиотом, то хотя бы не одному. А вот тут разворачивается действительно важный вопрос - кому же позвонить? Скотту? Нет, тот даже говорить не станет - прибежит, закутает в теплый плед и напоит чаем, слишком он уж добрый. Дереку? Ну, Дерек, конечно, хороший альфа, но не большой любитель говорить по душам. Зомби-дядюшке? Этот вариант сразу отпадает, даже без размышлений. Джексону? Нет, Айзек вовсе не прочь выпить и поболтать с ящеркой, но этот чешуйчатый засранец, скорее всего, его просто пошлет куда подальше. Эрике или Бойду? Ну, эти двое и сами найдут себе приключений. В итоге остались три персоны: Лидия, Эллисон и Стайлз. Скажем так, первым двум звонить в ночное время вообще не рекомендуется, если только это не из-за какой-то очередной неприятности, а вот последнему понадоедать вполне можно, учитывая, что Айзек фактически тут из-за него, хотя никогда в этом не признается. Парень немного неуверенно и не с первого раза набирает выученный на досуге наизусть номер и слушает гудки, кажущиеся ему бесконечными, но ему так никто и не отвечает. На третьем звонке Айзек уже готов сдаться и признать, что Стилински он нахрен не сдался (или у того просто телефон черт знает где), но наконец гудки обрываются, и с другого конца провода слышится недовольный, слегка злобный, голос: - Лейхи, чертов засранец, ты видел, сколько сейчас времени? - Ну да, три часа утра, - заплетающимся языком отвечает оборотень. - Ну и какого хрена тебе надо от меня в три часа утра? Кстати, завтра мне надо рано вставать в школу, и тебе, кстати, тоже, - бормочет Стайлз. - Ну, просто тут одному оборотню одиноко и скучно, - хихикнув, произносит Айзек. - Скучно? Чувак, да ты в дрова пьян. - Ну да, есть немного. - Так от меня-то тебе чего надо? И, кстати, почему ты звонишь мне, когда пьян? - А других поводов и нет. - Тогда построим вопрос по-другому: почему ты звонишь именно мне? И что за тупая привычка не отвечать не на все вопросы? - Ну, я отвечаю только на те вопросы, на которые могу ответить. - Оу, ну замечательно. Ладно, я сегодня добрый, говори, где ты, сейчас приеду. Хотя и следовало бы послать тебя нахрен. - Я на обрыве. И да, надень куртку, тут холодно, - уже бубнит Лейхи, но Стайлз все равно еще может разобрать, что тот говорит. - Ишь, какой заботливый, - фыркает он и сбрасывает звонок.

***

- Ну и какого черта ты так набрался? - первым делом спрашивает парень, когда вылезает из джипа и усаживается рядом с оборотнем. - И вы ведь вроде бы как не пьянеете, нет? - Не зна-аю. И это ответ на оба вопроса, - тянет Айзек, утыкаясь носом в плечо Стайлза. - Воу, чувак, ты это чего? А, ну да, ты же пьяный. - А еще я фея, - смеется Лейхи. - Нет, чувак, мне придется тебя разочаровать, но ты оборотень. - Не-а, я фея и у меня есть аконитовая пыльца. - Боже, сколько же ты выпил? И нет, "аконитовая пыльца" есть у меня, и я не прочь использовать ее против оборотней, которые мелят всякую чушь. Вместо ответа Айзек поднимает голову, отрываясь от чужого плеча, и, притянув Стилински к себе за воротник толстовки, несдержанно целует его. Стайлз чувствует горький привкус алкоголя, вроде бы это водка, и неловко отвечает. - Это что сейчас такое было? - спрашивает он через некоторое время. Айзек пожимает плечами. - Ты мне нравишься, - говорит он таким серьезным тоном, каким только можно, когда ты пьян. - И ты из-за этого тут сидел? - Возможно, - еле слышно смеется оборотень. - Вот же идиот, сразу мне сказать не мог? Зачем так усложнять? У вас, оборотней, логика вообще, походу, напрочь отсутствует, - вздыхает Стилински. - Ладно, пошли, отвезу тебя домой.