Девушка Дьявола.

Год. Долбанный год прошел с того ужасного дня. Совсем без сил Нацу Драгнил тяжело опустился в кресло перед камином. Теперь больше не было той злой ухмылки, не было желания крови… Была лишь нужда в Ней, в Ее теле. Теперь он точно знал, что влюблен. Он никогда, даже на минуту, не забывал тот день. Не забывал Ее, словно солнечные лучи, волосы; нежные губы и милую улыбку; глаза, иной раз с толикой укора и неприязни. Резко парень поднимается и направляется к дальней стене, туда, куда ни проникал ни один лучик света. Немного поводив рукой по стене, он натыкается на нужный камень и нажимает. Послышался скрип, будто кто-то толкает старую деревянную дверь. Сделав шаг, Драгнил оказался в темноте. Подземелье. Темное. Сырое. Холодное. О нем знает лишь один… человек. Здесь он и решил спрятать тело Люси, чтобы никто и никогда не смог Ее найти и забрать у него. Ведь Она принадлежит ему. Только ему. Среди этой кромешной темноты можно было заметить… гроб, крышка которого была прозрачной. Она не изменилась. Осталась такой же прекрасной, как и год назад. Лишь отсутствие сердцебиения и не вздымающаяся грудь напоминали Драгнилу, что Хартфилия не жива. Но Она и не мертва. Погруженная в смертельный сон. Есть надежда Ее вернуть, но она очень мала. Осторожно, словно прикасаясь к хрупкому фарфору, он запечатляет свой поцелуй на ее губах и снова уходит, надеясь, что сегодня он сможет узнать больше. В этот момент ему почему-то вспомнился брат. С того случая он ничего не слышал ни о Гажиле, ни о Леви. Вина за все произошедшее с болью въелась в сердце парня, призывая совесть. Да, именно совесть, которой, казалось, у Нацу никогда не было… Отогнав непрошеные мысли он продолжил свой путь… Pov Lucy. До сих пор не могу поверить в это… Я… умерла… или, наверное, сплю… Странно все это. Я вижу Нацу. Только Нацу. Но я не могу к нему прикоснуться или поговорить с ним. Все равно не почувствует, все равно не услышит. Я пыталась, но каждый раз одно и тоже — рука с легкостью проходит сквозь тело Драгнила, словно… я — призрак. Возможно так и есть. Мне хотелось убежать… не получилось. Какая-то невидимая стена не позволяла мне далеко отходить от него, поэтому мне приходится каждый раз ходить за ним. О том что случилось… Я сама не понимаю, зачем я бросилась спасать его. Просто в голове промелькнула мысль о смерти парня, и меня дернуло спасти его. Почему? Он пытается вернуть меня… Почему? Я не умерла… Почему? Почему? Почему? Почему? Столько вопросов…, но нет ответов. За этот год я поняла, что привязалась к Драгнилу. Это меня пугает и будоражит одновременно. Мне казалось, что я влюбляюсь в него. Каждый день, перед тем как уйти, он заходит ко мне и целует. Хотите верьте, хотите нет, но я чувствую его губы, руки… Да, черт возьми, я люблю. Люблю его! Сейчас Нацу очень торопиться. Нервничает. Руки сжаты в кулаки, на лбу складка, губы поджаты. Видимо он не очень хочет идти туда, куда собрался. Посреди леса стоит дряхлый деревянный домик, которому я бы дала не меньше двух столетий. У меня ощущение, что он вот-вот рухнет.  — Нацу Драгнил! — послышался довольно приятный женский голос. На встречу парню вышла молодая и очень красивая девушка лет восемнадцати. Ее черные волосы были красиво уложены и ниспадали до талии. Вульгарное ярко-красное платье идеально подчеркивало фигуру, и от этого во мне потихоньку стала закипать кровь.  — Элиза, — как я заметила, с нотками неприязни сказал Нацу, чем вызвал лишь усмешку на губах ведьмы. Зайдя в дом, я очень удивилась. Снаружи маленький, а внутри большой.  — Я пришел за долгом! — рассматривая девушку, сказал Драгнил. Резко Элиза повернула голову и уставилась на меня своими черными, словно ночь глазами. Именно на меня. Я уверенна, потому что справа от парня никого больше не было. Ухмылка ее превратилась в оскал. Ужасно.  — Я верну тебе долг! Но… мне нужно кое-что еще… — говоря это, брюнетка подозрительно стала приближаться к Нацу. Ничего не успев понять, его губы оказались в плену у ведьмы. Это было для меня ударом. Как она посмела?! Хм… он ее не оттолкнул. Наоборот. Он отвечал на поцелуй. Я хотела уйти, но невидимая стена так и не пропала. Сволочь. Мое сердце екнуло от боли и разочарования. Я думала он… Ненавижу. Парочка преспокойно ушла в другую комнату, с которой стали доноситься разрывающие мою душу стоны наслаждения. Я не могла это переносить, поэтому закрыла уши и сжалась в клубок в дальнем углу. Но это не помогло. Слезы стали катиться из моих глаз. Наконец-то все закончилось. Драгнил вышел из комнаты уже одетый, а эта тварь, не стесняясь, голая последовала за ним.  — Говори! — потребовал парень, не обращая никакого внимания на наготу ведьмы.  — Люси, если мужчина ни разу не изменял своей женщине, то, значит, он болен. Ты должна это понимать! — сказала Элиза, глядя на меня с высока. Нацу стоял так ничего и не понимая.  — Заткнись! — бесчувственно сказала я. - Что? — только смог произнести он.  — Ее душа здесь. Она всегда была с тобой.  — Думаешь я поверю?  — Люси, докажи! — хм… я же не могу. — Ты можешь! Только нужно этого захотеть! — она опять ухмыльнулась. Ненавижу. Я встала и подошла к столу, на котором стояла небольшая ваза с цветами. Я думала, что ничего не получиться, но, как только я коснулась вазы, она упала и разбилась на кусочки. Драгнил стоял в шоке. Конец Pov.  — И ты… Ты знала это раньше?! — чуть ли не крича, спросил он, и его тело стало покрывать пламя. По лицу ведьмы можно было понять, что она не ожидала такой ярости от парня. Она испугалась, поэтому потихоньку стала отходить назад. Но Нацу схватил ее за шею. Огонь стал обжигать кожу Элизы. Она закричала от боли нечеловеческим голосом. Ему пришлось убрать пламя, хотя кровь закипала при одном взгляде на эту шлюху.  — Говори!  — Только тот, кто наложил заклятье может снять его, — хрипя от боли, кое-как ответила Элиза. Драгнил откинул ее от себя и направился прочь из этого убого места. Хартфилии пришлось последовать за ним… Продолжение следует…