Изгой

Во стольном граде, на престоле, В далеком веке, во седьмом, Была главнее всего воля Мстислава - князь пресветлый он. Высокий, с мощными плечами И грубым волевым лицом. Но люди чаще замечали, Что чем-то он отягощен. Руси границы были чИсты, Внутри - ни смуты, ни лжеца. Но все ж не так уже лучисты Его зеленые глаза. Княжна родИла ему двойню. Два крепких, шустрых паренька Наследниками быть достойны И любят своего отца. Но не семейство, не Россия Его усталый ум томит, А в полунОчи взгляд тот синий, Что в памяти своей хранит. Влюбился он бесповоротно В сиротку - "внука" кузнеца, (Который взял его охотно В свой дом и заменил отца). Они впервые повстречались В лесу, у рощи из дубов. С тех пор Мстислава все печалит, Что мальчик с ним уж очень строг. При встрече все глаза отводит И рук изящных не дает, И очень редко сам подходит, Как будто и не узнаёт. И стал Мстислав все думу думать, Как мальчика к себе забрать, Ведь не во всем поможет грубость, Ведь сердце ею не пленять. Собрался он в поход однажды За данью всех земель своих. И заодно проверить вражьи Границы вкруг границ родных. И исхитрился он заставить Дедулю-кузнеца пустить Свое подросшее чуть чадо Руси границы "сторожить". Вся свита княжья удивлялась: "Зачем в походе им дитя?" И отчего вдруг вновь сверкала Улыбка князя на устах? Уж шел четвертый месяц года, Уже проснулась вся земля, Неделя третья уж похода - А князь не проявил себя. Но вот терпение иссякло: К себе он мальчика зовет. Князь заставлять готов по-всяку, Хоть к горлышку приставить нож. Но и не нужно было это, Ведь сердце милого юнца Давно откинуло запреты И трепетало. А слова Казались не нужны и глупы, Ведь в его мире только ОН! Он протянул Мстиславу руки И словно маков цвет зацвел. В порыве страсти - все безумцы, Безумны мальчик и Мстислав. И поступать всегда разумно Не каждый может. Крутой нрав Мстислава мальчику приятен, А князь - как будто не в себе: Не так уж очень аккуратен, Как в каждом полунОчном сне. На ложе мальчик уж уложен, Одежда улетела прочь: Самоконтроль для князя сложен, Но это скрыла тёмна ночь. Она все тайною покрыла И не расскажет никому, Как силуэты страсть скрепила, Как мальчик Отдался ЕМУ. И князь не помнил пробужденья Приятней, чем наутро то, Ему не верилось: виденье Его под боком с ним спало. Он целовал уста любимы, И гладил щечки, милый нос - Все придавало ему силы, Хоть ночью раньше не спалось. Так были счастливы те двое, В столицу возвращались вновь. И их глаза уже не скроют, Как крЕпка, Искренна любовь. И все шептались в подворотнях О той любви, что всем - табу, И как княжна все хмурит брови, Не доверяя никому. Но сам же князь все рассказал ей, Так было правильней всего. И за себя он поручался: Семью не бросит ни за что. Прошло довольно много время, Детишки княжие растут, И так же любит без сомненья Князь давнюю любовь свою. Мальчишка вырос еще краше, Образованье получил, И как бояре не стращали, Помощником при князе был. Советом где когда поможет, Иль гнев правителя смягчит. Тому, что многое он может Был княжич рад. Но лишь стучит ОН в дверь заветной спальни, Приличий спала пелена: Нет дел, нет новостЕй печальных, И стоны рвутся с губ юнца. И так бы вечно продолжалось, Будь мальчик в подлостях умней, Но он приличным воспитался И жертвой стал мирских страстей.