Надежда всегда умирает последней

      Запись из бортового журнала Ракеты       Раньше я думал, что самое противное чувство - это осознание, что над тобой все смеются из-за схожести твоего вида с каким-то земным животным. Любой бы взбесился, будь он на моем месте. Но теперь я понял, что самое противное чувство - это осознание того, что твой друг мертв. Хотя нет, это осознание, что он мертв, но ты продолжаешь слепо верить в то, что он еще воскреснет, как мудак. Это были самые тяжелые моменты во всей моей жизни. Даже Ронан меня не так напрягал. Вы просто не представляете, как я переживал из-за смерти этого пня. Вроде как обычное гуманоидное дерево, которое осталось единственным в своем роде, подумаешь! На Земле полно таких же, только не... двигающихся и разговаривающих. Боже, что я несу?! Я уже начинаю сходить с ума. Или это простое помутнение рассудка из-за потери лучшего друга? Боже, надо было подготовиться, прежде чем записывать эту ахинею!       Конец записи       В последнее время Ракета вел себя странно. Ну как странно.. После того, как Грут пожертвовал собой, чтобы спасти жизни Стражей Галактики, недо-енот стал сам на себя не похож. Кто бы мог догадаться, что он может быть таким милым и заботливым? Ну, кто-то, возможно, и мог догадаться, но только не Питер Квилл, самопровозглашенный Звездный Лорд и основатель команды с кричащим названием "Стражи Галактики". Этот комок шерсти таскается с цветочным горшком, в котором сейчас стоит обычная веточка, оставшаяся после ужасного взрыва. Всем членам команды было ужасно жаль древоподобное существо, погибшего ради них, но почти все сразу же забыли про него, увидев Ронана. Все, кроме Ракеты. После того, как они победили злодея всея Галактика, он был буквально одержим идеей воскресить Грута. Конечно, никто в команде не верил, что из обычной веточки может вырасти махина в 4-5 метра ростом. Хотя хрен знает, какой рост был у Грута.       Но Ракета не успокаивался. Всем было жалко этого блестящего гения и тактика, который сломался из-за потери.. дерева? Нет, никто в этой команде не считал Грута обычным деревом. Он выручил их, он спас их жизни. Он даже, возможно, был самым сильным членом команды, так как умел сносить врагов одной веткой.       Запись из бортового журнала Ракеты (более ранняя)       Все они твердо уверены, что Грут погиб и больше никогда не вернется. Все они, но не я! Он жив, я это знаю. В этой веточке все еще есть его сок, у него еще остался шанс на жизнь. Возможно он бы и исчез навсегда, если бы я не посадил эту веточку. Да, он воскреснет! Воскреснет же? Боже, я уже не верю в свои слова.. *вхлип* Так, все, я спокоен. А можно будет это как-нибудь вырезать из бортового журнала? Нет? Ну блин, Космо, мог бы и предупредить, я бы тогда был менее эмоционален.       Конец записи       Каково же было счастье Ракеты, когда веточка впервые зашевелилась. Возможно, это было обычное дуновение ветра, но Ракета в это не верил. Какой ветер на корабле, честное слово. А когда веточка начала приобретать черты Грута, недо-енот был вне себя от радости. Но делиться со всеми своей радостью он, естественно, не стал. Стражи тоже наблюдали эти странные изменения у того, что осталось от высокого гиганта, но никто ничего не сказал по этому поводу. Возможно, они уже тоже начали подозревать, что эта веточка постепенно становится Грутом. А может быть они не придали этому особого значения. Нет, это не потому, что они не любили Грута или не считали его своим другом. Просто многие из них были созданы бойцами, воинами, которые должны были уничтожать все на своем пути. Им неведома надежда и доверие, они не могут просто взять и надеяться на что-то.       Ракета такой же. Но когда дело касается Грута, он вдруг становится другим. Он становится... мягким.       Запись бортового журнала Звездного Лорда        Я, конечно, понимаю, что они с Грутом были неразлучны и все дела. Что они были вместе с самого начала и что, похоже, Грут был его единственным другом во всей галактике. Но я не верю, что тот самый холодный и вечно злобный енот сейчас слепо верит в то, чего, по определению, быть не может. Грут умер, мы все наблюдали этот момент. Но он уже одержим этим. Боюсь, что мы можем потерять лучшего тактика и изобретателя нашей команды, если это дело продолжится.       Конец записи       Звездный лорд медленно подошел к сидящему в кресле Ракете, который внимательно наблюдал за уже немного подросшей веточкой Грута, параллельно мастеря какое-то новое дохрена крутое устройство - Питер был в этом уверен. - Ракета, я.. - не успел человек договорить, как его бессовестно прервали: - Я знаю, что ты сейчас скажешь, Питер Квилл. Но я думал, что ты слышал знаменитую фразу на твоей любимой Земле, в которой что-то говорилось про надежду и последнюю смерть. По-моему она звучала так - "Надежда умирает последней". Поэтому даже не смей мне клыки заговаривать про то, что Грут уже не воскреснет. - Но ведь.. - Бла-бла-бла, пошел в задницу, Звездный лорд. У меня есть дела поважнее, нежели слушать твою пустую болтовню. Ничего ты не понимаешь, жалкий человек. - Наполовину человек, - поправил его Питер Квилл, а потом неловко улыбнулся, услышав гневное шипение енота. - Да кого это ебет, честное слово, - Ракета опять зашипел, как бы намекая, что он не рад обществу этого жалкого подобия инопланетного защитника. Боже, их команда с таким лидером долго не протянет. Одного члена уже нет, так он реактивному еноту еще смеет в душу гадить этим напоминанием. - Ладно, я понял. Но вот тебе хотя бы музона, чтоб не скучно был.. - Мне не скучно, - опять перебил его Ракета. Да у него это скоро в привычку войдет, судя по всему. - А тебя никто не спрашивает, - Питер Квилл был ужасно обижен на это подобие земного животного с дохрена умным мозгом. Лучше бы этот мозг был у Грута, тот хотя бы грубить не стал. А Ракета тогда бы говорил "Я есть Ракета". Вообще идеально. Но природа так жестока, что ничего не попишешь. Звездный лорд подошел к старому магнитофону и включил первую попавшуюся песню - "I want you back". Груту бы понравилось. Но это Питер вряд ли когда-нибудь узнает.       Он ушел, оставляя Ракету наедине с прутиком и новым устройством. Музыка разнесла свою мелодию по всему кораблю, не только в месте, где находилась эта странная парочка. Песня и мелодия были такими завораживающими, что хотелось танцевать.       Но еноту было не до танцев. Из-за этого разговора с Питером он еще больше загрустил. Он уже слез с кресла, чтобы выключить этот гребанный магнитофон, который мешал ему сосредоточиться, но вдруг заметил какие-то движения со стороны горшка краем глаза. Обернувшись, он впал в некий шок. Он не знал, что делать - радоваться или начать отчитывать Грута, что тот не показывал признаков жизни.       Грут танцевал. Своими маленькими веточками он двигал, будто руками, а сам наслаждался музыкой. Ракета запрыгнул на стол, где стоял горшок, но Грут тут же замер. Енот взял горшок в лапы и обнял его. Крепко-крепко, прижимаясь своей пушистой мордочкой к вдруг зашевелившемуся прутику, который тут же улыбнулся и сам прижался к нему. - Пень ты лесной, как же я скучал, - не выпуская горшок из своих лап, шепотом произнес Ракета. - Я есть Грут, - голос был лишь немного низкими по причине роста Грута. Реактивный енот даже сначала удивился, а потом сразу же забыл, наслаждаясь тем, что Грут живой, двигается и на данный момент сам обнимает его морду. - Да знаю я, что надежда умирает последней. Боже, какой ты у меня пенек.