Охота на акулу

Белый потолок кружился перед глазами, и все тело словно парило, а обнаженную, влажную от пота кожу приятно ласкал мех разложенной на полу леопардовой шубы. Проигрыватель неспешно крутил винил, и музыка наполняла разгромленную комнату, отдаваясь в груди приятной вибрацией. Майкл подпевал, смеялся и жался ближе к Джеймсу, поглаживал его блестящее от пота тело. — Это ведь было «да»? — игриво уточнил Фассбендер, делая очередную затяжку и театрально выдыхая сладкий дым. — Полагаю… да, — кивнул Джеймс, рассмеявшись, и вытянул руку, чувствуя, как одним движением пронизывает ставшее вдруг осязаемым пространство. Кажется, они сейчас курили не просто травку. Свет скользил по коже, отблеском ложился на золотой ободок кольца с небольшим круглым утолщением посередине, придававшим ему необычную форму. — Нравится? — промурчал Майкл, затаив дыхание, и внимательно посмотрел в лицо Джеймса. — Да… — выдохнул МакЭвой, пытаясь все осознать, понять, что он только что обручился с Майклом и что этот факт правда заставлял приятное тепло растекаться от груди по всему телу, и улыбаться хотелось еще сильнее. — Мы можем поехать в Глазго, выберем какую-нибудь уютную небольшую церковь, — как никогда осмысленно рассуждал Майкл и затушил сигарету о пустую бутылку, затолкав окурок в горлышко. — Ты хочешь сделать это прямо сейчас? — немного нервно спросил Джеймс, еще не успев прийти в себя после потрясения. — Можем и подождать, — пожал плечами Фассбендер и приподнялся на локте. Невесомо поглаживая живот любовника, наблюдал за тем, как напрягались мышцы, когда пальцы скользили у самой грани темных волос. — Мне важно, что ты согласился, детка, — Майкл прижался губами к плечу Джеймса и повалился на шубу, позволив, наконец, усталости и напряжению взять свое. Заснул почти сразу, легко приобняв Джеймса за талию и вдыхая запах его кожи. — В Глазго, говоришь, — МакЭвой закинул руку за голову и посмотрел в потолок. — Да, это было бы здорово. Думаю, мы бы могли… — он повернулся к Майклу и нежно улыбнулся, увидев, что тот так быстро уснул; протянул руку и бережно поправил его волосы. — Отдыхай, дорогой, — Джеймс прижался губами ко лбу Фассбендера, все еще чувствуя, как медленно вращается вокруг них мир.

***

Майкл устроился на диване, вальяжно вытянув ноги и закинув их на подлокотник, с наслаждением докуривал сигарету, наблюдая за тем, как Каллорд говорит по телефону. — Двадцать шестого. Да, все уже готово. Я буду с Майклом, — закончил разговор босс и повесил трубку, небрежно швырнув телефон на лакированный столик. Майкл часто бывал в доме Каллорда и знал все его комнаты. Больше похожий на поместье, он всегда нравился Фассбендеру, и здесь мужчина чувствовал себя спокойно и уверенно. — Убери ноги с дивана, — строго приказал Каллорд, но Майкл только недовольно поморщился и остался лежать как есть. — Измажешь подлокотник — с Кэри будешь сам разговаривать, — предупредил босс своего помощника, и только после того, как Майкл вспомнил его жену-истеричку — неохотно сел нормально. — Мы куда-то идем двадцать шестого? — поинтересовался Фассбендер и потушил окурок о прозрачную пепельницу. — Заказ по бумаге готов, нужно будет встретиться с заказчиком… — Каллорд щелкнул пальцами у лица Майкла, и Фассбендер протянул ему свою пачку сигарет и достал зажигалку, учтиво прикуривая своему боссу. — Проведем встречу. И, считай, по документации все закроем разом. Не хочу в этом вопросе на кого-то со стороны полагаться, лучше сделать все самим. — Согласен, — кивнул Майкл, закидывая в рот мятную жвачку. — Ты проверил своего «котенка»? — спросил Каллорд, внимательно глядя на подручного, и мужчина лучезарно ему улыбнулся. — Он чист. Я в этом не сомневаюсь. — И как, позволь спросить, ты это узнал? — Каллорд сел рядом с Майклом и похлопал его по острому колену. — Я поговорил с ним, я бы понял, если бы он врал. — Майки, — обреченно выдохнул Каллорд и глубоко затянулся. — Со своими мальчиками ты всегда слишком мягок и не замечаешь очевидного. Ты уверен, что проверил его достаточно? Я ведь просил именно проверить, а не поговорить. Ты ведь знаешь, что это значит? Встречи, телефонные разговоры, банковские счета, слежку установи за ним, если это нужно… — Я не буду следить за Джейми! — прорычал Фассбендер, но тут же улыбнулся и откинулся на спинку дивана. — Я сделал ему предложение. — Майкл! — Каллорд едва не поперхнулся сигаретным дымом. — Это так ты проверил его? Окольцевал? Ты чем, черт возьми, думал?! Ах, да, словно я не знаю, — и бесцеремонно положил руку между широко расставленных ног Майкла, заставив того охнуть. — Я в нем уверен, — Майкл убрал руку Каллорда и закинул ногу на ногу, недовольно покосившись на босса. — Это потому, что ты сам преданный и считаешь, что все вокруг такие же, — проворчал Каллорд, поднимаясь на ноги.

***

К кольцу Джеймс привык быстро. Даже слишком. Уже на второй день почти не замечал его и не чувствовал, словно оно стало частью его тела. В этой иллюзии ему хотелось жить. Настолько сильно, что Джеймс едва не забыл про встречу со связным и опоздал на нее на пару часов, с трудом заставив себя оставить спящего Майкла одного в квартире. У стойки какого-то захудалого бара, где была назначена встреча, Джеймс с ходу заказал ирландский виски. — Я уж думал, тебя не будет, — рядом с Джеймсом примостился суровый с виду мужчина в потертой кожаной куртке. МакЭвой бросил на него короткий взгляд. Снова кто-то новый. В последнее время постоянного связного у него не было. — Задержался. Это проблема? — небрежно пожал плечами Джеймс и отпил немного из своего бокала. — Ты хорошо держишься. — Привык уже. Что-то стряслось? Кроме того, что я сказал в прошлый раз, у меня ничего нет. — У тебя нет, но ты не единственный, кто работает над этим делом. — Точно, — Джеймс хмыкнул и покрутил обручальное кольцо, даже не замечая собственного движения. Это ведь все еще дело федералов и наркоконтроля. Все еще расследование. И всем глубоко насрать, что за полгода для МакЭвоя это стало жизнью. Его единственной настоящей жизнью. Даже в чем-то лучше прежней. Совсем иной, но той, которой он хочет жить, и планы на будущее которой строит. — Я через неделю еду в Глазго с Майклом, так что, что бы вы там ни задумали, меня здесь не будет, — сказал Джеймс и облизнул губы. — Недели и не потребуется, — ответил связной, потягивая дешевое пиво. Такое же пойло когда-то брал и Джеймс, работая под прикрытием в том самом клубе. Он невольно хмыкнул. — Не травись этой дрянью, давай я закажу тебе нормальный ирландский виски. — Мне хватает головной боли от одного ирландца, не хватало еще похмелья от другого, — презрительно скривился мужчина и покосился на Джеймса. — Я знаю, что ты попал сюда случайно. Хорошо держишься в этом гадюшнике. Я бы послал все к чертям, если бы мне приказали миловаться с этим педрилой. Джеймса точно током ударило, он схватил связного за грудки и, резко притянув к себе, угрожающе прорычал: — Еще раз назовешь его так, и я пристрелю тебя как дрянную шавку. — Тише, приятель, тише, — мужчина заметно напрягся, глядя в горящие глаза своего коллеги. — Твою мать, вжился так вжился… Но я не об этом. Я с хорошими новостями. — Да неужели? — Через пять дней все закончится, — кивнул связной. — Берем Каллорда на месте встречи. Помнишь, ты говорил про бумагу? — Они решили всерьез заняться документами, я слышал, что они уже нашли подходящего человека… — Да, на этом и повяжем, прокурор уже потирает руки, ну а с твоими показаниями и той информацией, что у нас имеется, мы засадим его пожизненно точно, хотя этот мудак заслуживает смерти. — Пусть с приговором прокурор разбирается. — Обязательно, — кивнул связной. — Но ты же знаешь, какая репутация у Шарки? Этот… — мужчина осекся, заметив предостерегающий взгляд МакЭвоя. — С ним проблемы. Мы можем засадить его на пару лет, но, зная его адвокатов, максимум — он получит за хранение с целью сбыта. — Вы собираетесь его посадить? — Джеймс словно только сейчас это осознал. Когда все закончится, так и должно быть — хорошие парни в форме сделали свою работу, плохие ребята попали за решетку. Победа. Но только не Майкл. Вот уж кому нельзя в тюрьму. Да там его разорвут на части или того хуже… — Что ты хочешь от меня? — Джеймс лихорадочно соображал, что теперь делать, чувствуя, как трещит по швам мечта о Глазго и маленькой церквушке. — Этот приказ не попадет ни в один протокол, и шеф будет отрицать, если это где-то всплывет, но… Джеймс. Этот беспредел нужно вырвать с корнем. Шеф просил передать, чтобы ты убрал Шарки, а мы все оформим как нужно, сведем к перестрелке и затем… Джеймс перестал слышать его голос, земля качнулась, норовя выскользнуть из-под ног, но заставил себя подняться со своего места. — Джеймс? — Мне нужно идти, — выдохнул МакЭвой и, не глядя, бросил на барную стойку пару смятых купюр.

***

Тормоза завизжали, и от колес на асфальте остался длинный черный след. Джеймс выскочил из машины и бросился к дому. Нужно подняться в квартиру и надеяться, что Майкл еще там. Он должен быть. Он никогда не встает рано, да и планов на сегодня не было, если только он не отправился слоняться по клубам от нечего делать или не решил попробовать новую партию вместе с Джерри. — Майкл! — Джеймс сорвался на крик, ввалившись в квартиру, захлопнул дверь и бросился к спальне. Пустая смятая кровать, естественно, не заправлена. — Майкл! — Я тут. Джеймс ворвался на кухню и облегченно выдохнул. Все еще сонный Майкл в мягком халате устроился на диванчике, смотрел какую-то ерунду про рыбалку и потягивал светлое пиво. — Малыш, ты чего такой взволнованный? — насторожился Фассбендер. — Я… — Джеймс запнулся и облизнул губы. Отличный вопрос. И что на него ответить? Скоро все кончится, тебя повяжут с Каллордом, а я коп и сливал все, что узнавал, управлению? Даже представить страшно, как бы Майкл отреагировал, узнав правду. Нет, нет, нет. Не так. Ему нельзя этого говорить. Не когда он так обеспокоенно смотрит. Не когда он так счастливо засыпает рядом, пробуя на вкус слово «жених», а на его пальце точно такое же, как и у Джеймса, кольцо, которое пока что являлось только символом и обещанием… — Поехали в Глазго. На этой неделе. Сейчас, — выпалил МакЭвой и подошел к мужчине, уселся рядом и посмотрел в его глаза. — Пожалуйста, я хочу этого прямо сейчас, — он взял Майкла за руку, переплетая с ним пальцы, и старался дышать ровно. Его нужно увезти. Немедленно. Как можно дальше увезти от опасности. Сбежать с ним. От всего этого бардака. — Сладкий, ну что ты, — Майкл счастливо улыбнулся, прикоснулся к лицу Джеймса и ласково прижался к его губам. — Не хочу откладывать. — Мы и не будем, я обещаю, — промурчал Фассбендер, потираясь носом о мягкие волосы Джеймса, скользнул губами по его виску. — У меня есть еще одно дельце с Калли, и как только мы все уладим, то сможем поехать… — Сейчас, — настаивал Джеймс и, крепче сжав руку Майкла, с отчаянием посмотрел на него. — Да что с тобой? — Я раньше не понимал, как сильно хочу этого, — совершенно искренне сказал МакЭвой, чувствуя, как все рушится, трещит по швам, пусть сам Майкл этого еще не знает, но Джеймс уже слышит этот треск. Еще пара дней — и он ничего не сможет сделать. Эта жизнь рухнет окончательно, маска спадет с лица, а когда Майкл все поймет, то… Нет, нужно уберечь его от этого, сохранить именно эту жизнь, закрепить ее, сделать еще более реальной. Джеймс отпустил руку Майкла и обхватил ладонями его прекрасное, такое хищное и в то же время доброе лицо. — Я хочу быть с тобой, — и снова от искренности этих слов болезненно резало сердце, и если Майкл не согласится… Если он… — Хорошо, малыш, — улыбнулся Фассбендер и повернул голову, чтобы поцеловать ладонь Джеймса.

***

Джеймс хотел поторопить Майкла и с трудом сдерживал себя, понимая, что со стороны это будет выглядеть не как желание быстрее добраться до церкви и начать медовый месяц, а как чистой воды паника. И именно ради счастливого образа Джеймс спокойно поел с Майклом и не возражал, когда Фассбендер прижал его к холодильнику и принялся вылизывать его шею. Возбуждение бурлило в крови, а на душе металась настоящая буря, стягивающая все чувства в свой беспощадный центр. Все рухнет. Все закончится. Джеймс чувствовал, как тикают часы, отсчитывая минуты до финальной облавы, мог слышать шум полицейских сирен и видеть группу захвата, которая положит конец той жизни, которая стала для него единственно важной. — Возьми меня, — прошептал Джеймс, прижимаясь к любовнику, но начал сопротивляться, стоило тому попытаться развернуть его к себе спиной. — Нет, хочу… — жаркий поцелуй, — хочу видеть твое лицо. Майкл кивнул и подхватил Джеймса, рывком перенеся его на обеденный стол. Джинсы скользнули по ногам, и МакЭвой не сводил взгляда с Майкла, пытаясь впитать весь его образ, все его черты, каждое движение и усмешку. И от этого все было как в тумане, а мысли пронизывала болезненная мысль: «Если я не справлюсь, то это наш последний раз», и от этого руки дрожали, крепче впиваясь в широкую спину. Поцелуи горчили, а легкая боль внутри тела от ласковых движений пальцев Майкла возбуждала как никогда прежде. Джеймс обхватил ногами бедра мужчины, подставляясь ему и притягивая еще ближе. — Милый, — выдохнул Фассбендер с очередной радостной улыбкой, навалившись на Джеймса и глядя в его слезящиеся голубые глаза. — Ты сегодня какой-то… — Ш-ш-ш, — Джеймс дернул Майкла на себя, жестко целуя, и застонал, когда член медленно протолкнулся в его тело. — Да, — зашептал Джеймс, утыкаясь в плечо Майкла и крепко обхватив его за шею. Он хотел его чувствовать, хотел этих резких движений, хотел, чтобы тело горело и дрожало от напряжения с каждым рывком, хотел потерять нить реальности в руках Майкла, растворяться от ощущений и чувствовать, как его губы ласкают тело, как ловкий язык дразнит твердые бусинки сосков прямо через ткань серой футболки, оставляя на ней влажные пятна слюны. Держаться за него так крепко, как только возможно. Все тело содрогалось от сильных толчков, и стол протяжно скрипел, хриплое, возбужденное дыхание Майкла раздавалось у самого уха. Оно пьянило лучше всякого алкоголя, заставляло улетать выше, чем любая наркота. Он рядом, так и должно быть. Все глубже, резче и быстрее, пока тело не выгнется в оргазме. — Ох, малыш, прости, — блаженно прошептал Майкл, прижимаясь к Джеймсу. — Не сдержался… — Все идеально, — выдохнул МакЭвой, поглаживая мужчину по волосам. Они не торопясь привели себя в порядок, но после душа Джеймс ринулся собирать вещи, сразу свои и Майкла, зная, что если оставить сборы на Фассбендера, то все это затянется до самого вечера. Только самое важное и побольше налички, документы, минимум одежды. Джеймс метался от шкафа к чемоданам, то и дело перебирая вещи, проверяя, все ли собрано. И в очередной раз проверил патроны и пистолет Майкла. — Майкл, ты долго еще? — крикнул МакЭвой, понимая, что больше не слышит шума воды в душе. Он потер нос тыльной стороной ладони и облизнул губы. — Я уже почти все собрал. — …м-м-м, да. Конечно. Нет, я понимаю, — на пороге спальни появился Майкл в джинсах и подмигнул Джеймсу. — Кто это? — насторожился МакЭвой и кивнул на трубку в руках Майкла. — Мы уже почти собрались… А, ну, ладно, конечно. Пара часов погоды не сыграют, — Фассбендер улыбнулся и послал Джеймсу воздушный поцелуй. — Подъедешь к нам? Да, без проблем. Сердце сжалось в груди, и во рту пересохло. — Кто это был? — как можно спокойнее спросил Джеймс. Майкл запихнул телефон в джинсы, взял с кровати тонкий свитер синего цвета и, надев его, поправил складки на одежде. — Не нервничай, сладкий, — небрежно произнес Майкл. — Это Калли, я позвонил ему сообщить, что мы с тобой уедем, и он сказал, что нужно уладить еще одно дельце перед этим. Будет тут минут через десять. Не волнуйся, это не займет много времени.