Мой Лорд

Размеренный стук каблучков разносится эхом под сводами высоких потолков поместья Майклсонов. – Элайджа?– раздается звонкий голосок.– И где носит этого...– девушка осекается, замечая в дверном проеме фигуру Майклсона. – Ка-те-ри-на,– нараспев произносит первородный, жадно оглядывая гостью.– Ищешь моего братца? Как жаль. Вы разминулись,– ехидно улыбается гибрид и разводит руки в стороны. – Клаус,– шипит Петрова и разворачивается, готовая сбежать, как делала на протяжении нескольких веков, но крепкая хватка Майклсона младшего останавливает ее. Сгребая в охапку, гибрид толкает ее к ближайшей стене, наваливаясь сзади. – Пирс-с-с. Я так с-с-скучал,– шепчет Никлаус, касаясь губами ушной раковины брюнетки и двусмысленно прижимается к заднице вампирши бедрами, слегка качаясь взад-вперед. – Чертов извращенец! Отпусти сейчас же,– шипит девушка, чье сердце сковывается в смертельный капкан страха. Капкан по имени Никлаус Майклсон. – Чертовка, не говори, что не скучала по мне!– Майклсон одной рукой сжимает шею девушки, заставляя ее испуганно, по инерции, открыть рот, а второй рукой начинает мять ее грудь. Пирс шипит и вырывается, стараясь посильнее лягнуть гибрида ногой. Бесполезно. – Не говори, что не представляла себе, как я найду тебя и жестко трахну,– зашипел Клаус, сильнее сдавив грудь Петровой, с наслаждением слушая, как та начинает жалобно скулить, скребя ногтями запястье Майклсона, сжимавшее ей шею. Он отпускает ее, и Пирс практически падает на пол, но успевает опереться руками о стенку перед ней. Руки Майклсона блуждают по фигуре Кэтрин. Он мягко проводит ладонями по линии бедер, ведя руки вверх, немного задирая топик вампирши, заставляя ее судорожно вздохнуть и инстинктивно подвинуть корпус назад, ближе к нему, но гибрид словно дразнит потерявшую разум девушку, мягко касаясь ее лишь подушечками пальцев. – И что бы ты сделал, когда, наконец, нашел бы меня?– хрипит Пирс, закидывая голову назад, обнажая кожу шеи, в надежде, что Майклсон воспользуется этим и не заставит себя ждать, прикоснется к ней, пока девушка не вернула себе крупицы самообладания. – Я бы мучал тебя, заставляя выкрикивать мое имя, моля, умоляя меня остановится или… продолжить,– последнее гибрид прорычал девушке на самое ухо, от чего она покрылась мурашками и не смогла сдержать внутреннюю дрожь. Этот мужчина сводил ее с ума на уровне инстинктов. Даже близость возможной смерти не пугала ее сейчас. Она ведь Кэтрин Пирс. Она выживает. Сейчас под выживанием подразумевался не побег от первородного и единственного в своем роде гибрида, а столкновение с собственными демонами, собственными желаниями, признание их, и лишь после этого могла идти речь о бегстве. Хотя разве возможно быть уверенной в чем-то, находясь рядом с таким мужчиной, как Никлаус Майклсон? – Как бы ты заставил меня умолять тебя?– вынырнула из своих мыслей девушка, чувствуя холодные руки гибрида, бесстыдно шарившие под бюстгальтером. Ее соски тут же сжались в тугие горошины и, почувствовав это, Клаус не выдержал и буквально в два движения разорвал несколько слоев одежды на Пирс, обнажив ее выше пояса. – Как бы ты мучил меня?– хрипит она, жадно хватая ртом воздух, выгибаясь в спине, как кошка, ища большего контакта с телом гибрида. – Ох, милая, ты все узнаешь… все узнаешь, – зачем-то повторил Клаус, наматывая кудрявые волосы Пирс на руку и натягивая их, заставляя ее снова откинуть голову назад. Прижавшись губами к изящной шее девушки, Клаус, нежно прикусывая кожу, провел ряд поцелуев вверх, прикусил мочку уха, заставляя бедную Пирс приложить, наверное, последние усилия, чтобы сдержать рвущийся из груди очередной стон наслаждения. Она заводит руку назад, без труда находя напряженный член гибрида и начиная массировать его, поглаживать прямо через плотную ткань штанов. Он прижимает ее к себе с нечеловеческой, животной похотью исследуя ее тело руками, сжимая, стискивая, вдавливая, подчиняя. Освободившись от тугости брюк, немного замедляет движение Пирс, направляя ее своей рукой. – Я возьму тебя стоя,– хрипит Майклсон, уверенным движением расстегивая ширинку и маленькую пуговицу на облегающих джинсах девушки. Он тянет ткань вниз, вместе с трусиками, слегка царапая ногтями больших пальцев нежную кожу девушки по всей длине ее впечатляющих ног. Терпеливо подождав, пока Пирс стянет с лодыжек собранные гармошкой джинсы, Никлалус упивается видом сзади, слегка проводя по эрегированному члену рукой и удивляясь силе своего возбуждения. Чертовка Пирс. Она часто влажно дышит, когда он снова наваливается на нее сзади, прижимая к стене. Его руки мучительно медленно терзают груди и спускаются по животу к эпицентру желания девушки. Требовательный рот кусает нежную мочку, заставляя Кэтрин повернуть голову, подставляя свои губы. Она резко выдыхает и не может сдержать рвущийся стон, когда Майклсон вводит в нее сразу два пальца, начинает быстро двигать, вращать, нащупывать что-то внутри девушки. – Ты готова принять меня,– хрипит он,– ты готова, ты жаждешь, ты хо-о-очешь меня,– тянет он.– Будто я бы спрашивал разрешения,– хмыкает он, находя большим пальцем набухший клитор и не щадя массируя его. Пирс шипит что-то нечленораздельное, громко стонет, напрягаясь всем телом и еле держится на ногах из-за обрушившегося на нее оргазма. Клаус кладет руки на поясницу девушки, заставляя ту прогнуться сильнее, опираясь руками о стену. Резко, на всю длину войдя в Кэтрин, еще не успевшую отойти от обрушившегося на нее оргазма, гибрид замирает, слегка ведя бедрами из стороны в сторону, наслаждаясь глубиной проникновения. –Не смотря на твое блядство, ты такая же тесная, как и тогда – хрипит Майклсон, мертвой хваткой сжимая бедра девушки, он медленно отстраняется, выходя почти на всю длину, а затем так же мучительно медленно входит, заставляя бедную Пирс скулить под ним, дрожа. – Оох… Прошу… – Чего ты просишь?– он облизывает свои пересохшие губы, наматывая темные локоны на запястье, от чего Кэтрин сильнее закидывает голову назад. Он заставляет ее неестественно прогнуться в спине. Заставляет сильнее почувствовать наполненность им. Он мучает ее, этим нестерпимым медленным наслаждением, не позволяя потерявшей рассудок девушке достичь кульминации, он лишь сильнее наматывает волосы на кулак.– Проси так же, как просила тогда! – Прошу! Прошу, мой Лорд!– срывается на крик она, начиная двигаться навстречу гибриду.– Умоляю, мой Лорд!!! Первородный рычит, отпуская волосы и впиваясь пальцами в бедра девушки, начинает вколачиваться в нее с яростью и рвущейся изнутри болью. Старая, зажившая рана, снова начинает кровить, и он вкладывает в толчки всю обиду, что накопилась на самоуверенную девушку. Она стонет, скребя ногтями стену, второй рукой держится за запястье Майклсона, лежащее на ее бедре. Ее ноги подкашиваются, рот открывается в беззвучном стоне, внутренняя дрожь прошибает ее тело и сознание. – Ну же,– рычит Никлаус,– давай же! – Клаус!– вскрикивает она, когда возносится на самую вершину удовольствия и, достигнув пика, падает вниз, содрогаясь от судороги, сильнее обволакивая Майклсона, затягивая его в себя. Еще несколько резких толчков и он, сдержав полустон-полурык кончает, бурно излившись в девушку. Они лежат обессиленные на полу, храня тишину, которая прятала обиды, угрозы и страхи. Молчание – лишь иллюзия покоя. Она поворачивается и кладет голову гибриду на плечо. Его ладонь тут же ложится на ее талию, теснее прижимая к себе. Липкие, потные, разгоряченные тела льнут друг к другу. – Сколько еще раз мне придется попросить, чтобы ты простил меня, мой Лорд?– шепчет девушка, слегка задержав дыхание – ей страшно. Майклсон щурится. Он, в отличие от брата не питает иллюзий по поводу чертовки. Но, в отличие от брата, он любит играть в игры, как и сама Пирс. – Еще сотни тысяч раз, моя Катерина.