Кто убил Юрия?

      Листок дрожал у неё в руках. Буквы расплывались перед глазами: чернила, которыми она пользовалась, оказались дешёвыми и некачественными – стоило один раз мазнуть по ним мокрой от слёз ладонью, и они тут же размазались.       Прехт.       Верить в это не хотелось. Не хотелось до такой степени, что она впервые в жизни пожалела, что вообще основала эту гильдию.       Верить не хотелось – но выбора у неё не было.       Скрипа открывающейся двери она не слышала.       – Ну и чего, скажи на милость, ты ревёшь? – на лице Прехта застыла причудливая смесь жалости, растерянности и раздражения: чужих слёз он не переносил и оттого всегда злился, когда рядом с ним кто-нибудь плакал. Теперь это казалось Мавис ложью, как и всё, что он когда-либо делал.       – Ты… ты… как ты мог?! – от негодования она буквально задыхалась.       – Что я сделал? Листок твой помял? Да ты каждую неделю пишешь новое «завещание» – и ещё ни разу с кандидатом не повторилась. Даже Макарова умудрилась назначить. Мудрое решение, кстати, – он подошёл к ней и, отогнув край листа, брезгливо скривил губы и кивнул на написанный на нём текст. – В свои пять лет он уже знает, как пишется слово «мастер». В отличие от тебя. А теперь, если не возражаешь, я всё же закончу отчёт.       – Не прикидывайся! Неужели ты так сильно хотел стать мастером, что решил ради этого убить бедного Юрия?!       – Что? Да он наверху и ещё переживёт всех нас, – Прехт и в самом деле казался немного озадаченным. – Что с тобой?       – То есть ты его не убивал? – трудно описать словами радость, которую испытала Мавис, когда в ответ на этот вопрос он отрицательно покачал головой. – А кто тогда?       – Да боже мой! – выходя, Прехт так резко хлопнул дверью, что зазвенели забытые на столе чашки.       Не нуждаясь в приглашении, Мавис потянулась за ним.       Возле комнаты отдыха она немного замешкалась – наверное, она уже никогда не сможет зайти туда без этого парализующего страха – но, услышав шелест раздвигаемых штор, пересилила себя и перешагнула через порог.       При дневном свете всё казалось каким-то ненастоящим, словно прямо сейчас она спит и видит сон, который, проснувшись, не сможет вспомнить.       Прехт приглашающе взмахнул рукой и, убедившись, что она смотрит, с чувством пнул бездыханное тело.       «Что ты делаешь?», – хотела крикнуть Мавис, но не успела: тело дёрнулось, недовольно застонало и, перевернувшись на бок, попыталось закрыть глаза ладонью. В комнате витал отчётливый запах рома – даже странно, что она не почувствовала его, зайдя в неё в первый раз.       – Да он пьян, – мрачно резюмировал Прехт. – Надеюсь, теперь ты успокоишься и не будешь больше мне мешать. По спине Мавис пробежал холодок.       – Эм-ммм, Прехт, ты только не злись… Но я уже написала об убийстве в консульство.       В этот момент на него было страшно смотреть.       – Убил бы!       – Прости… – в этот момент она действительно чувствовала себя ни на что не способной дурой.       – Да не тебя, тебя бессмысленно. Юрия. Вот как мы будем это объяснять?!