Танцующая Мышь

Год. Я уже год живу в своем персональном аду. Засыпаю и просыпаюсь в нем без проблеска луча надежды на лучшее будущее. Если бы мне кто-то раньше сказал, что можно желать убить, при этом даже не испытывая чувства жалости и сострадания, рассмеялась бы ему в лицо. Теперь это желание было постоянным спутником, чем бы ни занималась. Если бы не редкие прогулки вне территории фермы, которые я совершала с Разгромом, то возможно крыша и вовсе переехала жить в подвал, превратив меня в безжалостную машину уничтожения. Учебная неделя была похожа на предыдущую и точно такой же будет следующая… Все расписано по минутам. Если учеников из младших групп постепенно приучали к графику занятий, то на меня он вылился, как ушат холодной воды. Неделю не есть – реально, но по началу я даже на Разгрома смотрела плотоядно, чуть ли не примериваясь куда бы укусить. Задом ко мне демон поворачиваться не рисковал. Пять суток без сна? Сложно, но если прокусить кожицу между мизинцем и безымянным пальцем, то на пару часов от боли забываешь об этом желании, пока регенерация не затянет ранку. Только для меня это оказалось цветочками. Уроки медитации выматывали похлеще голодовок и бессонных ночей, принося мигрени и кошмары, в которых я видела сидящего на кухне отца. Некогда привлекательный мужчина, сильный и уверенный в себе, с красивым голосом и сильным духом, смотрел в одну точку и пил. Стакан за стаканом, пока бутылка не кончалась. После, шатаясь, поднимался и шел держась за стенку в коридор, оставив под столом смятый китель военного без погон, и выходил на улицу в разношенных, с рваными пальцами, тапках. - Вот же ж бедолага… Страдалец. За что ж ему это? – судачили вслед бабки, сидя у подъезда, которых я не помнила поименно, не успев еще познакомиться после очередного переезда. - Да это все Наталья его непутевая. Сбежала небось с солдатиком зеленым, даже об отце не подумала, – вторила вторая сплетница. - Бог с тобой, Семенышна, не наговаривай, не бери грех на душу. Хорошая девочка была. Всегда и поздоровается и сумку принесет до квартиры… - А то ты знаешь че к чему! – отмахивалась Семенышна. - Знаю, мне внучек сказывал, что в аварию попала. Девушка и еще какой-то парень насмерть разбились, а двое в коме, вот только тела Наташи не нашли… Зверье какое утащило может, да только странно это все. Мож, сердешная, где прибилась без памяти? Поначалу после подобных снов я вскакивала с криками: «Папа я жива! Я ТУТ!!!» и истериками, от которых меня бросало в озноб, а после привыкла, просто садясь рядом с отцом бестелесным духом, рассказывала, что со мной все хорошо и жить нужно дальше, зная, что меня не слышат, но видела, что чувствует – отец всегда вздрагивал, а после засыпал, убаюканный моими речами. Просто складывал руки на столе и опускал на них голову. А я все сидела и сидела рядом, сжимая от бессильной злости кулаки, и ничего не могла сделать. Сердце обливалось кровью, видя весь бардак. Тараканы ходили стаями и чуть ли не топали, бесстрашно пробегаясь по отцу. В свою комнату тоже пару раз заходила, но, увидев там толстый слой пыли на всех вещах, поняла, что отец сюда даже не заходит. Больно. В подтверждение моих слов в очередном таком сне увидела, как отец сидит в коридоре на полу и разглядывает мою комнату через щель между косяком и приоткрытой дверью. Он рыдал. Горько, как раненный зверь и тихо, открыв кривой рот, но ни звука, только судорожное и порывистое дыхание. Я бы и рада была проснуться в такие минуты, но не могла, потому только и оставалось, что рвать на себе волосы, усевшись рядом с ним. «Папочка, пожалуйста, не надо…», – подвывала я, умирая вместе с ним от бессилия. После таких снов ко мне лучше было не подходить близко, от меня разве что искры не летели, и только Разгром мог меня утешить. Ему не нужны были слова, он просто все видел… Летать научилась только тогда, когда встал вопрос ребром: либо я воспарю, либо стану блином на земле. Злобный эльф попросту скинул меня с крыши поместья, а до этого чуть ли не как воздушного змея пытался запускать. «Ты пошто, мужик, животину мучаешь?» – вспоминалось периодически фраза из старого мультика про змеино кольцо волшебное. В отместку не раз эльф оказывался покусан, и как выяснилось – мой яд вполне «рабочий». Дня два-три Директор мог только злобно коситься в мою сторону, прежде чем начинал шевелиться и материться. Возникало желание куснуть его еще раз. И еще… Когда-то мне казалось, что полет – это нечто волшебное, сейчас я знала какой ценой достигается это волшебство: боли в мышцах, причем тут не важно в какой ипостаси я находилась, порванные перепонки при неправильном приземлении и болезненные ушибы, если вовремя не «просвистеть» дорогу впереди. Плохое зрение, плюс приличная скорость, развитая маленьким зверьком, могла вылиться в болезненное столкновение с деревом, стеной или забором. Директор ржал, когда я «стекала» по препятствию, а мне приходилось потом щеголять синяками по всему телу, и только благодаря все той же регенерации не морщиться от боли, которая могла бы возникнуть, будь я человеком. Иногда доходило до того, что Карим меня утаскивал в комнату прямо с места тренировки, так как сил подняться у меня не было. Слишком ранимым оказалось на практике тело преска. Зверьку во мне требовался частый тактильный контакт, и поскольку сородичей я еще опасалась, мне его возмещали директор Анистер, Карим и Разгром, который с упорством курицы наседки разве что под хвостом не вылизывал, но пытался пару раз… Но даже в человеческой ипостаси получилось научиться некоторым преимуществам второй, не принимая ее: слух и обоняние оборотня и так развиты неплохо, но мой был на порядок выше, но вот улавливать волны от свиста не получалось. Пока не получалось, но я старалась. О пресках мне тоже удалось узнать много нового и интересного: что-то я вычитала в библиотеке, что-то мне рассказал Директор, делясь собственными впечатлениями, а что-то методом тыка. Например, у меня на животе есть небольшой кармашек как у кенгуру. Зачем? Не знаю, может запасы еды прятать? Не думаю, что прески носят в нем носовой платок или мелочь на личные расходы… Могу несколько часов проспать вниз головой и не чувствовать потом дискомфорта. Во второй ипостаси меня одинаково привлекало как мясо, так и фрукты с овощами, даже кровь пила и не морщилась, потому что вкусно, но самым любимым блюдом остались зеленые яблоки с кислинкой! За них я была готова Директора не то что покусать – целиком сожрать, когда он пытался мотивировать наши занятия этим лакомством. Даже в человеческом виде у меня проснулась нездоровая тяга к ним и, если попадалась возможность схватить со стола эльфа яблоко, то я ей пользовалась без зазрения совести. От Директора удалось узнать, что прески вообще очень любопытные и наглые животные, и если оставить что-то на подоконнике, что могло привлечь их внимание, то они непременно это забирали, но взамен могли принести что-то интересное на их взгляд – так Анистер в благодарность от своего зверька в прошлом регулярно получал жирных мышей и крыс, причем клал их в вазон на место сожратых фруктов. Про размножение мне не стали разглагольствовать, только кивнув, что все истинная правда, и самочка стимулирует самца на выработку семени. Состояние полуяви во время тренировок правильно называлось трансом, из него я почти не выходила, если дело касалось оружия, но все чаще мне не хватало скорости для проведения приемов, а стоило хоть немного ускориться и не тормозить себя в движениях, возникала опасность повредить мышцы и связки. Вот тут бы мне и пригодилась печать №;%:**)(?%№%:%? но, по словам наставников было еще рано. Оставалось только ждать и терпеть, надеясь, что не придет то время, когда они скажут: «поздно»… Как и обещал Директор, пальчики я тоже развивала, но в свободное от занятий время – в свой единственный выходной. С самого утра садилась за местный рояль и до позднего вечера наяривала гаммы, о какой-либо музыке говорить было еще рано, слишком много клавиш… И звуки не совсем рояльные… Пальцы постоянно соскальзывали и норовили нажать соседнюю. С упорством барана я начинала заново и так по кругу до того момента, когда руки не начинали трястись, позвоночник жечь от перенапряжения, а голова болеть, как после занятий медитацией. Иногда я слышала перешептывание ребят в коридорах, что Директор слишком много мне потакает и возится как с хрустальной, особенно от младших, кураторы же, которые знали и видели больше, наоборот иногда приходили помочь. Так я обрела нескольких друзей. Под ревностные взгляды Карима пару раз старший нашей группы – Фатим делал мне расслабляющий массаж, когда после тренировок я просто не могла встать с кровати, но это поначалу. После сама сообразила, что после особенно тяжелых тренировок с Директором, где требовались не только сила, сноровка, но и растяжка, начала устраивать себе ледяные ванны. Хотя нет. Друзей тут нет и быть не может. Просто часть существ, которые прониклись уважением к моим трудам и силе воли. Для них я все равно оставалась чужой – не мужчиной! Это злило. Раздражали собственнические взгляды Карима, хотя тату от брака пропало, не оставив и следа, но иногда по ночам я чувствовала его взгляд на себе. Хорошо, что хоть дотронуться не пытается, как это было вначале, но теперь в его глазах поселились боль и сожаление, которых раньше не было. «Я не его судьба!» – одергивала себя, стоило лишь жалости поднять голову в сторону дроу, и брала себя в руки. Нельзя дать веру и надежду на что-то большее, а потом с улыбкой сказать: «А давай останемся друзьями!» Пусть лучше ненавидит, но не обманывается… Да и мне так комфортнее, чем терпеть его «разнесчастные» взгляды и нелепые попытки ухаживаний. Директор придерживался той же политики: я его ненавидела, но уважала. Он скинул свою маску «доброго дядюшки» окончательно и передо мной остался холодный, расчетливый эльф, для которого все его ученики - способ обогащения. Чувства не для его бизнеса! За это я ему была благодарна. Хотя иногда и у него проскакивала слабость. Когда он считал, что его никто не видит, то мог зайти в общую спальню к новичкам-малышам и кого-то потрепать рукой по волосам, чтобы никто не видел, или доставал из потайного отсека нижнего ящика стола тетрадь с именами воспитанников и листал ее. Дотрагиваясь пальцами до надписей, видимо вспоминая их судьбу и просчитывая, где сплоховал, чему не научил, раз его постигла такая участь… Все это было проявлением его эмоций, которые смогла увидеть маленькая и незаметная преск… В остальном он оставался верен только себе! Лучше недолюбить и лишний раз наказать, чем потом нести мертвое тельце с тренировочной площадки в лес Стражников, которые теперь не казались мне такими красивыми, как раньше. Пусть лучше учатся защищаться, и чем раньше, тем лучше, чем погибают, не сделав и одного самостоятельного шага. Такова жизнь… Ее никто не выбирал, кроме меня, но она хотя бы есть! Многие дети были не просто из неблагополучных семей или сиротами, их привозили из закрытых лабораторий психопатов! Да-да, тут были и такие! Обычно таких умерщвляли, но иногда Директор их выкупал. Такое было редко, зато за раз по двадцать-тридцать разумных, из которых за первый месяц половина отсеивалась, а у второй появлялся шанс выжить. Все они готовы были есть с рук эльфа и спать у него в ногах. Теперь я могла оценить отношение Бати и его отряда по достоинству. Что и говорить, мне нужно было не обижаться, а ноги целовать оборотню за его отношение, а не нос воротить, но сделанного не воротишь. Хорошо, что хоть поняла вообще, пусть и не сразу. Поначалу себя жалела, а потом как пелена с глаз упала. Во многом этому поспособствовали вечера, проведенные за игрой «Ворион» с Директором или же наставниками. Я пробовала себя в общении со всеми расами, кардинально меняя свое поведение по отношению с ними: была тираном, чье имя произносили шепотом, демократом, собирала парламент и занимала место главы. Все это стало прекрасным дополнением к полученной информации из прочитанных учебников на ночь и позволило лучше понять психологию различных рас, а также развить разносторонний поверхностный взгляд на сложившуюся ситуацию, помогая найти решение там, где его изначально не видно. Научиться составлять многоходовые комбинации, где приходилось чем-то жертвовать вначале. Проигран бой, но выиграна война… Только с приобретением этого опыта поняла, что все, что делаю сейчас, только мне на благо, и пусть я буду сто пятьдесят раз женщиной, но только в моих руках возможность заставить себя уважать и доказать, что наличие члена ничего не решает. Стержень – вот что решает! Внутренний стержень и здравый расчет. За весь год Пирк со своим отрядом только раз появился на ферме, но об этом я узнала только после того, как очнулась после двухнедельного метания в постели в лихорадке. У волшебного зелья, что избавил меня от проблем с месячными больше чем на год, проявился побочный эффект, и две недели стали для меня настоящим испытанием, когда я не могла не то что встать с кровати, а даже обернуться в преска. Кости и мышцы скручивало от высокой температуры, кровь текла, не переставая, живот, казалось, полностью вырезали, и вместо внутренностей положили тлеющий уголь. И так две бесконечно гребанных недели. Карим только и успевал, что между тренировками забегать и менять холодные компрессы, которые не давали никакого облегчения, зато немного сблизили меня с дроу, но только как с объектом, которому можно доверять, но не поворачиваться спиной. Тут этого вообще нельзя делать. Когда наконец меня отпустило, так же резко, как и началось, Директор Анистер принес этот настой и сказал, что принимать его или нет – выбор останется за мной. Я выпила. Пусть так, раз в год, чем ежемесячный пропуск занятий и автоматическое продление собственного ада хоть на день! - Другого я от тебя и не ожидал, – кивнул эльф, когда я ему возвращала пустой флакончик. Я могла неделями молчать, если не уходя в себя, то просто не испытывая в этом потребности, лишь иногда нехотя отвечая на поставленные вопросы. Замкнулась? Нет. Повзрослела. Я не изменилась, просто научилась себя разделять. На ферме носила маску, где не было места эмоциям, а если и проскакивали, то только те, что от меня хотели видеть, зато за ее пределами ворковала с Разгромом, смеясь, носилась по поляне, на которой останавливались. Иногда разводила небольшой костерок и просто расчесывала гриву демона после часа купания в озерке или речушке. Каждый раз мы искали новые полянки. К одежде тени привыкла, как ко второй коже, и пару раз даже забывала переодеваться, хорошо хоть тут поблизости не было поселений, если не считать светлый лес в нескольких часах быстрого галопа на демоне и трех суток для обычных лошадок. Разгром нежно фыркал мне на ухо, наслаждаясь моментами нашего уединения, так же как и я, постоянно норовил вылизать преска, если оборачивалась в него, но чаще мы просто сидели в обнимку. Он, положив тяжелую башку на мои ноги, а я, перебирала пальцами гриву, вспоминая, как все было раньше. - Все, что не делается, все к лучшему! – шептала в оттопыренное ухо и тут же отстранялась от горячего и мясистого языка. Вот таким был мой первый год на ферме, а потом… - Наталья, готовься, завтра мы попробуем наложить печать. Не ешь и не пей ничего, поняла? – Директор вбежал в нашу с Каримом комнату, когда я уже почти легла спать, оставив дроу приводить свое оружие в порядок. – Да и сделай лучше себе промывание желудка, а то всякое бывает… – брезгливо сморщился эльф, прежде чем уйти окончательно. - И когда мне его делать? – задумчиво протянула я, косясь на дверь, опасаясь, что Директор вернется и еще чем-нибудь озадачит. - Сделай дважды: сейчас и утром, – нейтральным тоном подсказал Карим. – Помочь? - Сама справлюсь, где лежат шланги в лазарете я знаю. Ну, шланги, это я немного переборщила, скорее трубка, шириной с мой палец, но приятного мало… Особенно, когда приходится бежать из помывочной, где проходила вся процедура, до удобств во дворе за особняком. Горшками тут вообще никто не пользовался, а тяжелобольных – не держали. В комнату вернулась изрядно уставшая и взбледнувшая. Все же еще нужно покорячиться, чтобы провести саму процедуру, а потом перенести ее последствия. Раз пять норовила подняться и столько же возвращалась на место, пока не почувствовала боль в животе. - С тобой все хорошо? – видимо Карим даже не думал ложиться, дожидаясь моего возвращения. - Бывало лучше, – неопределенно пожав плечами и не показывая истинного состояния, завалилась на покрывало, стягивая невысокие сапожки из тканевой основы и куском грубой кожи вместо подошвы. - Ты сильно изменилась, – не понятно зачем завел этот разговор дроу. - Ты ошибаешься, я всегда была такой. - Жаль… значит я ошибся. В чем именно он ошибся и чего ему жаль, я не стала переспрашивать и так понятно. Возможно, наконец, развеялся его призрак надежды на наше будущее… Его просто не могло быть, но все чаще я ловлю себя на мысли, что сама не дала этому шансу жизнь… Ночью уснуть не получилось, но пришлось сделать вид, и даже, когда дроу позвал по имени, не отреагировала, повторяя про себя названия рун первоосновных стихий, которые успела выучить, но не научиться применять – рано еще мне было. Магические потоки одаренных разумных формировались годам к тридцати-тридцати пяти, но не раньше, так что пока в моем распоряжении была только теория. Да, Карим был прав и неправ одновременно, я изменилась, но внешне, надев маску на лицо и броню на тело. Только снова став свободной и покинув стены фермы, я начну откапывать в себе прежнюю девочку Наталью. Утром меня ждал облом в виде возбужденного эльфа, который вертел в руках исписанный листок и загадочно улыбался сам себе. - Ната, сегодня ты поедешь в Светлый лес. Там встретишься с благородным эльфом, имя его я тебе скажу перед самым отбытием. Он сам объяснит, что от тебя требуется сделать. Одежду я тебе пришлю чуть позже. Иди, завтракай. - А обряд? – сказать, что мне было обидно за бессонную ночь и вчерашнюю процедуру, это ничего не сказать, я была в ярости, но ни один мускул не дрогнул на лице, что заметил даже Директор. - Молодец! – прицыкнул он языком. - Вернешься, поговорим о ритуале еще раз. «Опять проверка…» – я больше чем уверена, что эльф еще вчера знал, что сегодня ничего не получится, но решил проверить, как я справляюсь с собственными эмоциями. Кивнув в знак, что услышала его, тихо вышла из кабинета. Дальше, как и говорил Директор, позавтракала, а в комнате меня уже ждала одежда, причем не самая дешевая, достаточно добротная и богаче, чем у простого наемника. Единственное, что мне не нравилось, так это яркие цвета и то, как она сидела. Все было обтянуто и утянуто, а корсет под грудь, единственный черного цвета из всего комплекта только подчеркивал мою худобу. Темно-синие брюки, белая рубашка, серые сапоги и огненно-красный широкий и длинный шарф, предназначенный для того, чтобы во время дороги не наглотаться пыли из-под копыт и чтобы макушку не напекло солнце. Пояс с кинжалами у меня был свой, а к своим саблям уже успела привыкнуть как к родным и ни на что не согласилась бы их променять. Как только последний нож был спрятан за голенище сапог, в комнату постучал Мар и, не открывая двери, передал, что господин Директор уже заждался. Вот с ним у меня так и не получилось наладить контакт, я физически ощущала его полный ненависти взгляд, когда проходила мимо. Все никак не мог мне простить своего поражения. - Запомни. Приедешь в светлый лес, спросишь, где находится Аллея Лазурная, там найдешь дом с коваными воротами и с оскаленными мордами горгулий среди цветов. Попросишь позвать Светлого Господина Ксандра. Поняла? – я кивнула в ответ. – Дальше разберешься по обстоятельствам. Вот и все напутствие. Ну и ладно, что я не найду Ксандра Светлого? Разгром радовался возможности побегать, как жеребенок, особенно, когда мы выехали с территории и проехали лес Стражников, он прыгал зигзагами по дороге, если из травы у обочины выскакивала мелкая живность, то ее обязательно нужно было поймать и съесть, весело похрустывая косточками и хрящиками. Иногда мимо нас проносились всадники и недоуменно погладывали на все дурачества демона, а я спокойно сидела с тонкой книжкой в руках, перечитывая очередные эльфийские бредни в стиле: «Я его любила, а он меня не простил! Ночью к нему ходила, а он уже кого-то имел…». Не так конечно грубо, но общий смысл сводился к тому, что после нескольких столетий мучений от неразделенной любви, молодую(!) эльфийку выдают замуж по расчету, как раз за возлюбленного ее возлюбленного! Мура полная, но написано так, что мозг сломаешь, прежде чем доберешься до сути – самое оно для зарядки ума! Когда читала в первый раз, чуть не сожгла любовную муру, разбираться в хитросплетениях амурных похождениях длинноухих, все равно что прочитать трактат по психологии маньяков мира с уклоном на сексуальное расстройства. - Как так? КАК ТАК?! – рыдала я над книжкой, читая в первый раз, пытаясь понять, почему героиня, влюбившаяся в эльфа намного старше нее самой и вышедшая замуж по наставлениям родителей за парня в три раза младше ее и по совместительству любовника первого, ни разу с ним не переспала, рожает в конце малыша – копию возлюбленного! Поражало то, с каким пренебрежением первый эльф относился и к любовнику, и к девушке, имея еще кучу похождений, но все разовые, сохранял достоинство в глазах окружающих, когда на самом деле подобная огласка никогда не была в чести у лопоухих? Только прочитав роман в третий раз, я разобралась в хитросплетениях и не без помощи Директора докопалась до сути, что первый эльф все же любил героиню и чтобы хоть на каплю быть к ней ближе соблазнил ее будущего мужа, а все остальные интрижки были только для отвода глаз! Когда мне это объясняли, я почувствовала, что глаз задергался у меня… Сука! Автор сего творения просто сука! Он на расстоянии поимел мой мозг, загнув в неизвестную местной науке руну «зю» и отымел во все отверстия разом своим легким росчерком пера. Что б ему не опохмелиться поутру и нижняя «ля» запала!!! Если бы не постоянное психологическое давление обстоятельств – у меня наверняка был бы нервный срыв, но для себя я решила, что никаких, никогда, ни при каких обстоятельствах шашней с эльфами не заведу! Эти уроды меня поимели на десять жизней вперед! До города добралась, как раз закончив перечитывать последнюю страницу романа и убрав ее в корсет. Кинула страже серебрушку за проезд в столицу всей ушастой братии, добралась до торгового квартала. Везде, даже в захудалом городишке от любого въезда, можно было по прямой добраться до рынка. Вот там и узнала, как добираться до Лазурной Аллеи. Битых два часа каталась по самой аллее, выискивая кованые ворота с оскаленными мордами горгулий среди цветов. Выбор был потрясающий, хоть в каждые стучись и спрашивай Светлого Ксандра! У каждого дома на воротах имелись крозябры, и какие из них горгульи нужны мне было непонятно с первого раза, так как и цветочный орнамент присутствовал на каждых. В конце концов, искомое нашлось в самой середине и на воротах были оскалы, только цветы настоящие, а не часть орнамента. На стук вышел напыщенный эльф и, посмотрев на меня как на грязь под ногтями, заявил: - Нищим не подаем! От наглости эльфа и усталости от поисков, чуть не натравила на него Разгрома, который и сам был не против полакомиться свежим мясом – тех зверушек, что он съел по дороге, ему было мало, а те, что считались разумными, для него все равно оставалось мясом и плевал он на толерантность с высокой башни. Не знаю, что рассмотрел в наших оскалах эльф, но калитку захлопнул быстро и громко, так что пришлось Разгрому с разбега брать баррикаду, приземляясь практически на голову не успевшему далеко отойти эльфу. - Господин Светлый Ксандр у себя? Мне назначено! – ухмыльнулась я, не считая больше должным расшаркиваться с привратником или кем бы то ни было. - О-о-одну мм-ми-минуту, – попытался взять себя в руки эльф, но это явно давалось ему с трудом. Не привыкли местные к такому вопиющему непочтению со стороны других разумных, особенно проживающие в элитных районах города, и этот был не исключением. - Спасибо, уважаемый, мы пока тут подождем, – спрыгнув с демона, я сорвала зеленое яблоко с ветки, растущего у ограды дерева. Разгром заинтересованно посмотрел на плод. – Держи! – от всей души отдала другу лакомство, рассматривая, нет ли на нижних ветках еще. К тому моменту, как к нам вышел эльф с темными волосами и фиалковыми глазами с наивной поволокой, я успела ободрать пол яблони и, не стесняясь хозяина дома, готовилась расправиться и со второй. - Чем обязан? – смерил меня взглядом эльф. - Господин Светлый Ксандр? – наконец сделала вид, что заметила подошедших. - Да. У вас ко мне какое-то дело? – сморщил нос эльф. - Нет. А чем докажите, что вы это вы? Дело-то у вас ко мне, а не наоборот, – сложила я руки на груди, облокотившись на бок демона. - Не уверен, что вел с вами когда либо дела… - погладив подбородок, задумался эльф. - Ага, значит я тогда пошла, и Господину Анистеру вы платите неустойку за ложный вызов сотрудника, – кивнула сама себе и погладила демона по гриве, зажмурившегося от незатейливой ласки. Совсем я его забросила. - Это он ВАС прислал?! – уставился на меня эльф. - Скажу больше, он нас к ВАМ прислал! Ну, это, конечно, если вы – Светлый Ксандр, – ответила в тон эльфу, отмечая про себя слабые стороны остоухого. То, как держит осанку, говорило, что он может и лучник, но с мечами не особо дружит. То, как быстро вышел из себя, тоже о многом нашептывало, но пока «прочитать» его до конца не получалось.