Осколки счастья

Открыв глаза Лиза сразу увидела своего уставшего и взволнованного мужа. - Слава Богу! Наконец-то! Как ты нас напугала. - А я долго спала? - Больше недели. - Ну вот, отдохнула. Теперь буду в два раза быстрее управляться по дому. - Лиз, врачи тебя не отпустят из больницы, пока не стабилизируют состояние. Твоё сердце может не выдержать очередного приступа. Поверь мне, всё более чем серьезно. - Ну, меня же здесь подлечат. - Одними лекарствами здесь не поможешь. И операций таких в стране не делают. Врач мне сказал, что сердце у тебя болит из-за сильного нервного потрясения. И пока ты не расскажешь мне, в чем дело, лечение будет малоэффективным. - Да какие там у меня потрясения? - Ты что-то скрываешь. Я слышал, ты говорила во сне. Просила вернуть тебе девочку. - Тебе показалось. - Лиза, если Жак хочет забрать Валери, то я этого не допущу. Можешь во мне не сомневаться. Валери - моя родная дочь. Помолчав немного, Лиза вздохнула и решилась на признание... - Знаешь, мне давно стоило тебе рассказать. На самом деле, это очень тяжело скрывать свои переживания от всех. Особенно от тебя. Но я боялась, что ты меня не поймешь. И не захочешь быть со мной. - Расскажи всё, как есть. - Хорошо... Платон слушал рассказ жены молча. Хотя в душе боролись разные чувства. И ревность, и злость, и разочарование. В конце он взял Лизу за руку и сочувственно сжал её. На лице читалось сильное волнение от услышанного. - Прости, я даже слов не могу сейчас подобрать... Поеду к детям. До завтра. Отдыхай. В голове Платона всё время крутились мысли. О бедной брошенной девочке. А еще о Лизе и о Широкове. Земцов вспомнил как несколько дней назад зазвонил телефон. Незнакомый номер. - Алло, Платон Ильич? - Да. - Это Роман Широков. Мы с Вами лично не знакомы. Я старый друг Лизы, мы учились вместе. Лёва мне рассказал, что Лиза в коме. В общем, я хотел предложить помощь. Я живу в столице и знаю многих хороших специалистов. Могу договориться о консультации в лучшем кардиоцентре. - Спасибо. Пока мы справляемся. Если понадобится помощь, я Вам позвоню. Земцов говорил очень сухо, поскольку заочно знал о Широкове и о его взаимоотношениях с Лизой. Хотя, как оказалось, знал не всё... Теперь выяснилось, что их связь гораздо дольше и прочнее. "Лиза родила от него дочку..." Эта мысль никак не укладывалась в голове. "А вдруг она по-прежнему любит его?... И за меня вышла просто, чтобы забыть..." Платон каждый день приходил к жене. Приносил еду, фрукты, интересовался здоровьем. Но что-то в его отношении изменилось. Всё стало как-то формально. И Лиза это прекрасно чувствовала. Через неделю её выписали домой. А еще через неделю он ушел на работу с вещами. Оставил записку. "Прости, мне надо побыть одному. С няней я договорился, она поможет. За Артемкой через неделю приедет отец. Пусть пока погостит у моих." Земцов поехал на работу. Отдежурив, зашел в кабинет к Савиной. - Добрый вечер, Марина Станиславовна! - Добрый вечер, Платон Ильич? Что-то случилось? - Можно и так сказать. - А хотите я Вас угощу армянским коньяком? Мне муж одной пациентки презентовал. - Почему бы и нет. В глазах Марины блеснул свет надежды, что в этот вечер Земцов перед ней не устоит...