***
Рейчел осмотрелась вокруг. Лес, речка и старый дом, который казался заброшенным. - Эндрю любил приезжать сюда, - сказал Гарри. – Но у меня не было времени, и я редко его сюда привозил. Кто же знал…- Гарри запнулся, - что времени нет у него. - Гарри, - по щеке Рейчел скатилась слеза. - Все нормально, - Гарри глубоко вздохнул, - прогуляемся по лесу? Рейчел кивнула. Они шли рядом и молчали. Затем Рейчел почувствовала прикосновение. Гарри взял ее за руку. И именно в этот момент у нее появилась надежда, что все у них будет хорошо, что все наладится. Но то тревожное чувство, которое возникло у нее, когда она увидела Гарри на пороге своего дома, не покидало ее. - Рейчел, я хочу, чтобы ты знала. Я люблю тебя и всегда буду любить, - сказал Гарри через некоторое время. Рейчел остановилась. - Стайлс, обними меня, пожалуйста, обними, - сказала она, дав волю слезам. Гарри послушался и крепко обнял ее, утыкаясь лицом в ее шею. Рейчел продолжала плакать. - Господи, почему мне так страшно, - прошептала она. Гарри промолчал, Он провел рукой по спине Рейчел и оставил нежный поцелуй на шее, от которого по всему ее телу разбежались мурашки. - Я люблю тебя, Гарри. Слышишь? Люблю, - она продолжала плакать, но сама не знала почему. Возможно, ей что-то подсказывала ее женская интуиция? - Не плачь. Пожалуйста, не плачь, - Гарри осторожно коснулся ее губ, словно боялся сделать что-то не так. Именно этот поцелуй был проявлением того чистого и нежного чувства, которое так неожиданно возникло между ними. И именно этот поцелуй был доказательством их искренней любви. Той самой любви, которая и в горе, и в радости, и в болезни, и в здравии… Но Рейчел почему-то так и не перестала плакать.***
Было уже около полуночи, когда они подъехали к дому родителей Рейчел. Во всех окнах на первом этаже горел свет. - Наверное, Хораны еще не ушли, - сделала вывод Рейчел, но, казалось, Гарри ее не услышал. - Все, кто находится рядом со мной и кого я люблю, рано или поздно умирают, - произнес он, глядя перед собой пустыми глазами. - Все рано или поздно умирают, - ответила Рейчел. – Это жизнь. И у каждого свой конец. - Ты не понимаешь, - Гарри набрал больше воздуха в легкие, - это как проклятье. Я люблю тебя и боюсь за тебя. Рядом со мной опасно. - Ты за этим приехал? Попрощаться? Гарри кивнул, а Рейчел уже не смотрела на него, она и так знала, что он приехал за этим. Просто она чувствовала. - А если я скажу, что не боюсь этой опасности? Это ничего не изменит, да? – спросила она, сдерживая вновь подступившие слезы. Гарри как-то грустно усмехнулся и сказал: - Ты смелая девушка, Рейчел. Пожалуй, самая смелая из всех, кого я когда-либо встречал. Ты ушла из дома в шестнадцать лет, чтобы родить ребенка. Ты вырастила замечательного сына одна, несмотря на то, как тебе было тяжело. Ты даже не дрогнула, когда Зейн приставил пистолет к твоему виску, потому что знала наверняка, что это отвлечет его от Эндрю с Джаспером. Но есть у тебя одна слабость – твой сын. И если ты не боишься за себя, то должна бояться за него. Ведь если ты будешь со мной, то в опасности будет и Джаспер. Он и так уже не разговаривает из–за меня. - Нет! Это не из-за тебя! Гарри Стайлс! Прекрати нести всякую чушь и винить во всем себя! Мир не крутится вокруг тебя одного, чтобы ты знал! Просто иногда так случается. Так предначертано. И если ты сейчас уйдешь и бросишь меня, то я возненавижу тебя до конца своих дней. Просто знай это, я тебя возненавижу! - Лучше ты будешь меня ненавидеть, чем будешь любить, но вечно находиться в опасности. Нам надо расстаться, Рейчел. Так будет лучше нам обоим, - настаивал на своем Гарри. - Мне так не будет лучше. И если ты решил отречься от любви и друзей и побыть отшельником, то это твое право. Только подумай еще раз, правда ли это тебе нужно? – Рейчел пыталась достучаться до него, сделать все, чтобы он только не ушел. Гарри молчал около минуты, затем произнес: - Я уже все решил. Я должен уехать. Уехать навсегда и как можно дальше. И тогда больше никто не будет в опасности. По щекам Рейчел покатились крупные слезы. - Понятно, - она сделала глубокий вдох и открыла дверцу машины. – Будь счастлив, Гарри Стайлс, - произнесла она, прежде чем захлопнуть ее. - Больше никогда я не буду счастлив, - Гарри вздохнул и нажал на газ, уезжая в направлении, известном только ему. Рейчел смотрела на угасающий свет фар и вытирала слезы рукавом рубашки. Как раз в этот момент из дома вышел Найл. - Я увидел машину Гарри из окна, - сказал он, но потом заметил, что Рейчел плачет. – Господи, Рей, что случилось? - Он уехал, - всхлипнула Рейчел. – Он уехал и больше не вернется. Не вернется! Не вернется! – ее уже начинало трясти то ли от холода, то ли от слез. Найл подошел к ней и обнял ее за плечи. Она уткнулась лицом в его рубашку и дала слезам полную волю. - Все пройдет. Это только сначала больно, - проговорил Найл, слегка поглаживая Рейчел по спине. – Хочешь, мы пойдем и купим в том круглосуточном магазине твое любимое мороженое? - Которое ты купил мне, когда я поругалась с миссис Джекобсон в школе? – всхлипнула Рейчел. - Да, то самое, - улыбнулся Найл. - Ну, почему ты такой хороший, - Рейчел тоже постаралась улыбнуться. - Потому что я Хоран. И если авантюризм – фамильная черта Брикманов, то доброта – фамильная черта Хоранов.