Маленький Брагинский или Как магия действует на Россию

      На полу, прямо у ног Артура, сидел маленький светловолосый мальчик лет пяти. Он осматривал своими фиолетовыми, будто аметисты, глазами страны, стоявшие полукругом у дверного проема. Но все же, больше всех малыша смущал Венециано, который не мог отвести взгляда от Ивана. - Вее~! Посмотрите, какой Россия милый! Теперь он не кажется мне таким страшным. Можно я с ним поиграю? - и, не получив ответа, Италия двинулся прямо на смущенного Ваню.       Несмотря на то, что мировые державы сомневались в том, что Брагинский подпустит Варгаса к себе близко, через несколько секунд ребенок уже оказался в крепких объятьях итальянца. Даже маленьким, Россия мог остаться таким же непредсказуемым, и было совершенно невозможно понять, что взбредет ему в голову, поэтому по старой памяти все старались держать дистанцию метров в пять, чтобы в случае чего не попасть под горячую руку малыша-русского. Похоже, только беспечный Венециано не побоялся нарушить это негласное правило. И не зря, ведь теперь в облике Ивана уже не было тех черт, которые раньше казались такими пугающими. Скорее, наоборот, теперь одного взгляда было достаточно, чтобы ощутить всю его чистоту и невинность. Даже внешность словно говорила о том, что его помыслы также чисты, как снег, цвета которого были волосы Ванечки, а в прежде вечно грустных глазах России появилось что-то чарующее и по-детски игривое.       Пока Италия проверял пухлые щечки Брагинского на растяжимость, страны стали потихоньку приходить в себя от произошедшего. - Артур, это твоих рук дело?! - завопил Людвиг. - Я? Я - да, - пролепетал британец себе под нос, размышляя в это время над тем, что даже заклинание на русского нормально лечь не может, - точнее нет. Вы что? - Мы же знаем о твоих недавних проблемах с Россией, да и способен на такое только ты! - проговорил Альфред, - нечего отпираться. - Да не я это! Вы о чём вообще?! Не видите что ли, я так же шокирован, как и вы! - А ведь правда, он действительно выглядит удивлённым, готов поспорить, поражен не меньше нашего, - подтвердил слова Кёркленда Франциск, - хорошо, ты оправдан. - Тогда что случилось с Россией-саном? - спросил Хонда, посматривая за тем, чтобы Венециано не затискал ребенка до смерти. - Не знаю, что с ним произошло, но таким он нравится мне гораздо больше! Посмотрите, просто ангел во плоти! - засмеялся Бонфуа. - Я согласен с тобой, но думаю, что сейчас нужно решить основную проблему - как нам это исправить, и что с ним теперь делать? "Ладно, хоть зелье сработало немного не так, как мне бы хотелось, теперь у меня есть прекрасная возможность получить территории и ресурсы России, не стирая его с лица земли" - подумал про себя Артур и коварно улыбнулся. - Ох, так уж и быть! Я готов взять на себя заботу о Брагинском. Можете даже не благодарить, я же джентльмен в конце концов. - А почему ты, чаефил? Я бы тоже не отказался о нем позаботиться, так что давай, уступай мне. Ты же джентльмен, сам сказал! - начал возражать француз. - Как ты меня назвал,виносос?! Да как тебе можно доверить ребенка? У тебя же опыта в обращении с детьми нет! - Вот именно. Нам не нужна вторая Америка! - Эй-эй-эй! А я то тут причем? - Тогда давайте так, если мы не можем договориться, кому перейдет управ... то есть, опекунство над Россией, то... Я сразу заявляю, что мне хватит только Черноморского и Каспийского побережья. - Хорошо! Тогда мне весь оставшийся северо-зап... - А ну всем тихо! - рявкнул Германия, просверлив яростным взглядом предыдущих ораторов, - вы что, совсем ополоумели? Может быть, мы и недолюбливаем Россию, но он все же наш товарищ! Как вы можете говорить так, когда Иван попал в подобную ситуацию? Если мы не можем договориться обо всем между собой, то пусть Брагинский сам решает, с кем жить до тех пор, пока мы не найдем выход из сложившейся ситуации. Все согласны?       В ответ Людвиг получил лишь тишину и парочку виноватых взглядов от Бонфуа и Кёркленда.

***

      Во время того, как происходил этот диалог, маленький Ваня оказался окружен вниманием уже двух стран - Италии и незаметной Канады. Они сидели вместе, и, пока Варгас и Брагинский играли с Кумаджиро, Уильямс тихо смеялся, умиляясь картине, развернувшейся перед ним: на спине у Италии сидел малыш, из-за пазухи которого выглядывал мишка, и при всем этом они еще бегали по комнате, поедая конфеты, которые Феличиано нашел у себя в кармане. Мэтью был так увлечен происходящим, что не на шутку испугался, когда увидел брата, тихо крадущегося к России, который к этому времени уже уснул, спрятав лицо в пушистый мех питомца Канады.

***

- Альфред, что ты делаешь? - шепотом спросил Уильямс, пытаясь оттащить Америку от спящего ребенка, - ты же его сейчас разбудишь! - Ничего страшного. Я собираюсь сделать ему предложение, от которого невозможно отказаться. Я наконец готов стать единым с Россией, с маленькой поправкой на то, что это он станет единым со мной.       Услышав посторонние голоса рядом с собой, Ваня раскрыл свои сонные глазки и устремил взор прямо на причину своего пробуждения. Последний уже стоял наготове с непонятно откуда взявшимся сникерсом и натянутой улыбкой. Это сразу же не понравилось проницательному русскому. - А кто это у нас тут такой хороший? А? Хочешь шоколадку? - спросил Джонс, чуть ли не запихивая злополучный батончик в рот ребенку, - нравится? А хотел бы ты есть их каждый день в неограниченном количестве?       Ваня перевел вопросительный взгляд на нарушителя спокойствия, медленно откусывая по кусочку от шоколадки. Альфред принял этот жест за согласие и продолжил. - А еще я мог бы дать тебе все свои комиксы, даже самые редкие, ты смог бы пить столько газировки, сколько пожелаешь и есть столько картошки фри, сколько только в тебя влезет, я бы даже разрешал тебе смотреть ужастики вместе со мной! Знаю,все дети мира хотят того, что я тебе только что предложил, они готовы сделать все что угодно ради такой возможности, но от тебя не требуется почти ничего. Просто скажи остальным, что ты хочешь жить со мной. И все! - Америка, уверенный в своей победе, посмотрел на малыша, который к тому времени уже почти доел свой сникерс, - ну что? Ты согласен?       Ваня положил фантик от угощения на пол, размазал рукой шоколад по лицу и отрицательно закачал головой. Альфред не мог поверить своим глазам. Он уже представлял себе, как с фирменным выражением лица "Ну я ж герой" приедет домой и научит Брагинского играть в приставку, параллельно присоединяя его земли себе. - П-почему? Это же заветная мечта всех детей! Я был уверен, что ты согласишься! - Америка недоуменно уставился на то, как Россия робко подзывает его к себе. Джонс присел на колени,чтобы услышать,что говорит ему малыш. Но чем дольше говорил Иван, тем мрачнее становился его искуситель.       Через пять минут к странам большой восьмерки подошел Альфред и сказал, что отказывается от опекунства над Ваней. - Ахахах, что? Отказываешься от России? Альфред, ты ли это? - прыснул Кёркленд, - полчаса назад ты готов был разорвать всех, кто встанет у тебя на пути, попытавшись взять заботу о Брагинском на себя. Что успело измениться за это время? - Судя по всему, какая-то часть воспоминаний у него осталась, - пробурчал Америка и плюхнулся в кресло, явно недовольный тем, что произошло. - Германия-сан, мне кажется, нам стоит отправить Россию-сана обратно на Родину, а также сообщить о случившемся всем остальным государствам. - Да, Кику, я согласен с тобой. Но все же есть одна вещь, которую нам следует избежать. Нельзя, чтобы Беларусь узнала о том, что Артур сотворил с ее любимым братом. Достанется не только ему, но и всем нам. Да и за безопасность России я тоже переживаю, сейчас он не может сам себя защитить. - Да сколько раз вам повторять?! Не я это, не я! - с ноткой испуга в голосе прокричал Англия. - Все согласны со мной? После этих слов в комнате раздалось дружное "да!".