Маленький Брагинский или Как магия действует на Россию

      В следующую секунду латыш услышал гнетущий пикающий звук на другом конце провода. Он уже начал рассчитывать, через сколько Арловская достигнет дома брата, и как далеко он успеет уехать за это время, как его размышления прервал голос Вани, который всё это время стоял рядом. - Ой! Торис с Феликсом пришли! Ура! - Ну, мы типа дома. Мы тотально долго стояли в очереди, а всё из-за Геракла, - раздался голос Лукашевича откуда-то с нижних этажей. - Он к нам зайдёт сегодня. Кстати, Райвис, мы купили тебе всё нужное для путры, - было слышно, как Лауринайтис поставил пакеты с покупками на пол и стал подниматься по лестнице, - помоги, пожалуйста, разобрать сумки.       Когда Торис поднялся по лестнице, он увидел радостного Ваню, бегущего к нему навстречу. - Привет, малыш, - литовец поймал мальчика и под звонкий детский смех подкинул его над собой, - ты себя хорошо вёл, а? Смотри, а то кто-то останется без сладкого.       Лауринайтис обнял Ваню и поставил на пол. - Ладно, беги пока к себе, - парень потрепал Россию по светлой головке, и тот радостно побежал в свою комнату, - а он забавный, тебе не кажется? Почему мы раньше так его боялись? С тех пор как Брагинский стал ребенком, я намного чаще смеюсь. Мне честно нравится заботиться о нём, и действительно жаль, что это не может продолжаться вечно. Хей, что с тобой? На тебе лица нет, будто привидение увидел, - перед Торисом стоял абсолютно белый Райвис с телефонной трубкой в руках и испуганным взглядом, - что-то случилось? Ч-что произошло?       Латыш медленно положил трубку. На его глаза навернулись слезы, и, сглотнув ком, образовавшийся у него в горле, он потихоньку опустился на пол, чем очень сильно напугал своего друга. - Я не хотел, правда, оно само так получилось, - уже чуть ли не захлёбываясь слезами пропищал Галанте, - она просто позвонила, а вас не было, и... - Кто она-то? Тише-тише, успокойся. Объясни нормально, что случилось? - Беларусь,- осторожно произнес прибалт. - ЛАТВИЯ!- в следующие десять минут из дома доносился поток отборного литовского, а потом уже и польского мата вперемешку с нередкими всхлипываниями Латвии.       Уже в ближайшие двадцать минут все страны были оповещены о произошедшем. Тем,кто находился на территории Российской Федерации повезло меньше всего, ведь покинуть её они уже не успевали. А жить хотелось всем. Но как бы сильно ни боялись государства, больше всех паниковал Артур, и ведь было из-за чего. Кёркленд уже ощущал холодное лезвие сестринской любви у своего горла. Теперь спасти его могло только чудо.

***

      Встретить Наташу было решено всем вместе в доме России. От судьбы всё равно не убежишь, да и лучше показать Арловской, что с её братом всё хорошо, и он содержится в лучших условиях. Нет, это, конечно, не уменьшит гнева белоруски, но, может, сила ударов будет меньше. Также ради его же безопасности Ивана закрыли в самой дальней комнате, а рядом посадили провинившегося Галанте. Ведь если бы сестра добралась до России, то ни к чему хорошему это бы не привело.       Ждать пришлось недолго, Венециано даже не успел доесть свою пасту. Беларусь влетела в дом, выбив железобетонную дверь с первого раза. Сразу было заметно, что она приехала настолько быстро, насколько смогла. Её бант на голове был кое-как завязан, а традиционного фартука и вовсе не было. Арловская слегка диким взглядом обвела всех присутствующих. - Где мой братик, и что вы с ним сделали?! - пророкотала Наташа.       Вокруг повисла немая тишина. - Я спрашиваю в последний раз. Считаю до трёх, - на секунду Хонде показалось, что вокруг девушки стала появляться тёмно-фиолетовая аура, как и у её братца, когда он злился, - Раз... Два... - Н-Наталья, присядь. Сейчас мы тебе всё объясним, - попытался разрядить обстановку Людвиг. - Не надо мне ничего объяснять! Лучше покажите брата! - закричала взбешённая белоруска, - хотя знаете, я сама его найду. Ничто не встанет на пути между мной и Ванечкой! А с вами я разберусь позже.       Почувствовав всю опасность ситуации, страны не могли сделать ничего, кроме как идти следом за хрупкой с первого взгляда девушкой, параллельно вспоминая все бойцовские приёмы, которые они знали. Чем чёрт не шутит? В Арловской было много силы, и она только увеличивалась из-за безмерной любви к родному человеку. Её хватило бы не только на то, чтобы выломать все двери в большом русском доме, но и на расправу с дюжиной стран. Грек уже десять раз успел пожалеть о том, что решил навестить Брагинского именно сегодня.       Через полчаса Беларусь добралась до нужной ей комнаты. Никто не решался остановить девушку. Будь что будет.Если что, в комнате есть Райвис, на которого можно будет всё свалить в крайнем случае. Преодолев последнее препятствие, Арловская вошла в комнату. Она огляделась и увидела Латвию, сидящего к ней спиной. Девушка тихо подошла к латышу и посмотрела ему через плечо. На его руках спал маленький Ваня. Удивительно, как его не разбудил грохот, царящий в доме на протяжении последнего получаса, но факт оставался фактом. Наталья присела на колени и взяла Россию на руки. Сначала она впала в ступор, но постепенно её рассерженное выражение лица уступило место самой искренней улыбке. Впервые страны увидели её на милом, но вечно сердитом лице славянки. - А ведь кажется, что только вчера ты таким и был, братик. Ну что ж, теперь моя очередь побыть старшей.       Альфред уже было хотел возмутиться и напомнить девчонке, что здесь много желающих взять заботу о ребенке на себя, но Англия его предусмотрительно остановил. В это время Наташа встала, спросила у Ториса, где находится детская и уверенным шагом пошла в нужную сторону. Никто не стал её останавливать.

***

      До вечера Арловскую никто так и не увидел, но прибалты, дежурившие у дверей детской комнаты, говорили, что иногда из детской доносятся мелодичные русские колыбельные. Ближе к ужину девушка вышла из комнаты и без лишних слов отправилась на кухню, откуда был изгнан француз, который так долго ждал своей очереди там похозяйничать. Но что поделать? Через пару часов перед гостями Ивана стоял накрытый стол, который валился от всяческих яств. Несмотря на бурчание в животах, никто не решался сесть за него. Но голод - не тётка. Первым сдался Альфред. Под множеством изумлённых взглядов Джонс неуверенно подошёл к источнику восхитительных ароматов и положил на тарелку пару драников. Убедившись, что американец не валяется в адских муках на полу, вслед за ним к столу стали подходить и остальные. Вскоре все государства приступили к еде. - Если вы думаете, что это так просто сойдёт вам с рук, то ошибаетесь, - Варгас чуть не подавился своей картофельной запеканкой, услышав низкий голос Натальи, - единственное, что вас спасло - это воспоминания о тех временах, когда мы были детьми.       Белоруска резко повернулась лицом к окну. В лунном свете её волосы отливали серебром, а взгляд казался ещё печальней. - А также то, что теперь у меня появилась возможность отдать долг брату и позаботиться о нём. Возможно, тогда он согласится, что нам нужно быть вместе. Главное - он будет знать, что я никогда его не брошу.       Сзади послышались робкие шаги. - Наташа? - Арловская обернулась и встретила взгляд фиалковых глаз, полный удивления и радости.

***

      Следующие несколько дней прошли для всех, словно в кошмаре. В доме установился абсолютно тоталитарный режим во главе с Арловской. Она никого не подпускала к ребенку и заботилась о нём в полной мере своих возможностей. Это пугало не только окружающих, но и самого Ваню. Он не мог сделать и шагу без присмотра сестры. Что уж говорить об играх с Феличиано или Райвисом? Брагинский мог забыть о них. Было видно, что Наташа готова защитить брата от любой напасти, пусть даже от самого обычного пустяка. И со всем этим можно было смириться, да собственно другого выхода-то и не было, если не считать одного "но". Это "но" заключалось в том, что несмотря на внезапно пробудившийся материнский инстинкт девушки, её желание выйти замуж за Брагинского не исчезло. Она убеждала малыша, что это просто необходимо, и если бы не Литва, то нарисовал бы Россия закорючку не на раскраске, а на брачном договоре, который ему предусмотрительно подложила Арловская. Из-за последнего никто не решался покинуть дом, приютивший их на последние три недели. За славянкой нужен был глаз да глаз, ведь кто знает, что произойдет, если её желание воплотится в жизнь? И всё же вопрос надо было как-то решать. Но как? Ответ пришёл сам собой, довольно неожиданно и с вилами в руках.

***

      Во время очередного обсуждения ситуации, сложившейся вокруг России, страны уже было решили, что холостяцкие дни Ивана уже сочтены, но тут в комнату влетел Феликс. - Там типа сестра русского пришла. - Здрасте приехали, она тут уже дней пять как околачивается. Ты как-то от жизни отстал. - Да нет же, там другая пришла, - услышав последнюю фразу, представители государств долго не могли понять, о ком говорит Лукашевич. Но когда озарение пришло, они пулей побежали на нижний этаж.       Там перед ними стояла Украина.С растрёпанными волосами, в грязном костюме она оставалась такой же привлекательной, как и обычно, только сейчас на лице читалось ужасное волнение, а в глазах стояли слезы. - Я приехала как только смогла. У меня был сбор урожая, и я была так занята, что до меня только дошло ваше сообщение. Бедный мой Ванечка, как он там? - казалось, Черненко была готова разрыдаться в любую минуту, - где же мой братец, хлопчики, не подскажете? - Наверху, с Беларусью,- только и смог сказать Франциск. - Ох,спасибо! Если с Наташей, то я могу не переживать, - и украинка с безмятежной улыбкой на лице поспешила на второй этаж. - Украина-сан, я бы не советовал вам,- но было поздно, так как девушка уже зашла в детскую.       Страны поспешили посмотреть, чем же всё это закончится. Артур уже представил себе сражение двух славянок за брата, но его постигло разочарование. Не успела Арловская опомниться, как Ваня уже был на руках у Ольги. - Какой же ты маленький, Ваня. Прямо как тогда, в детстве. Сколько счастливых воспоминаний у меня связано с этим временем. Наташа, и тебе привет. Спасибо,что присмотрела за ним. - О-Оля? Что ты здесь делаешь? - Пришла помогать брату, что же ещё? Мне кажется, самое время отвести его в подвал и исправить ситуацию. В доме есть свечи? - Может, не надо? Мы могли бы заново его воспитать, могли бы сделать его детство лучше.Ты помнишь, что ему пришлось пережить? - Помню, но не думаю, что Ваня бы одобрил это. Так что лучше помоги мне, - и украинка решительно направилась в сторону небольшой комнатки, напевая при этом задорную песенку.       Осознание того, что из подвала Россия уже вернётся в своем прежнем обличии, дошло до всех не сразу. Маленький Брагинский успел полюбиться всем своей искренностью, добротой и детской весёлостью. Именно поэтому, пока сестры искали всё необходимое для ритуала, страны тихо подкрались к детской и стали наблюдать за играющим Ванечкой. - Я буду очень скучать по нему, - хныча, прошептал Венециано. - Мы все будем,- отозвался Людвиг.       И только Латвия не пришёл в последний раз взглянуть на своего нового друга.       Но вот пришла Оля и забрала мальчика с собой. Даже Артуру стало как-то грустно. Несмотря на свою первоначальную цель, ему успел полюбиться этот светловолосый малыш, хоть джентльмен и старался этого не показывать. Но что сказать? Всё когда-то заканчивается. Вот и страны решили, что им пора разъезжаться по домам.

***

На следующее утро Иван проснулся как ни в чём не бывало, если не считать того, что он не помнил ничего из произошедшего с ним за последние несколько недель. В очередной раз дав себе обещание больше не пить, он отправился по своим обычным делам, даже не подозревая, как хорошо к нему стали относиться все те, кого он так хотел бы назвать друзьями.